- Чудесно! - воскликнул Толстяк.
- Джейсон, ты с ума сошел! - встревожилась не на шутку Эшвуд.
Он положил руку ей на плечо:
- Успокойся, Марджори! Я справлюсь. Вспомни, они работают в прямом эфире! Ко времени окончания трансляции бужумы уже сделают свое дело, а я свое.
- А как насчет актеров? Они же не будут знать, что делать, когда на площадке вдруг появится еще одно действующее лицо и начнет выкрикивать текст, которого нет в сценарии!
- Я выступлю с живым диалогом, и если они подлинные профессионалы, они подстроятся под меня. У них не будет другого выхода, поскольку это прямая трансляция. Режиссер подумает, что мое появление на площадке - дело рук продюсера, а актеры примут его за выходку режиссера. Даже если они заподозрят что-то неладное, все равно будут вынуждены продолжать трансляцию, по крайней мере, до первой рекламной паузы. А мне всего лишь нужно продержаться на площадке несколько минут.
- Ты хочешь, что ли, чтоб тебя, дурака, пристрелили на площадке?
- Этого не случится, Марджори. Наверное, есть у них вооруженная охрана в вестибюле, но не на съемочной же площадке!
Эшвуд была настроена скептически:
- Все вы тут сумасшедшие! Предположим, вы подъезжаете к главному входу, и тут кому-нибудь из охранников позарез требуется узнать, что у вас там в фургоне.
Картер уже успел подумать и об этом:
- Игорь скажет, что бужумы - это реквизит, и охранники ему поверят. Посмотри на наших друзей! Реквизит да и только! Чем другим они могут быть?
Следующим утром они провели разведку местности. Пустыри чередовались с приземистыми одноэтажными тор говыми складами без окон и сборными заводами. Снаружи студийный комплекс выглядел иначе, чем другие коммерческие сооружения, заполнявшие промышленную зону к югу от Эдинбурга. Огромная тарелка спутниковой антенны уставилась в небо на главном здании комплекса, который был обнесен сетчатым забором.
Картер оказался прав, предполагая, что контисуйцы вряд ли выставят сколь-нибудь заметную для окружающих охрану, но стало ясно также и другое, а именно то, что они ни в коем случае не позволят разгуливать по студии случайным посетителям.
В распоряжении бужумов находилось несколько органов чувств, и зрение не было из них лучшим, потому, сидя на переднем сидении фургона, Игорь и Картер в бинокль разглядывали территорию комплекса.
- Вот это, видимо, административное здание, - не отрывал глаз от бинокля Картер. - Студийные помещения находятся, скорей всего, за ним, а передающее оборудование должно быть под этой огромной тарелкой. Вот туда-то и следует доставить бужумов.
- А ты? Как ты проберешься на съемочную площадку?
Картер закусил нижнюю губу:
- Пока не знаю, но думаю, что пробраться туда будет потрудней, чем к передающему оборудованию. Но чем дольше я останусь незамеченным, тем неожиданней будет мое появление на съемочной площадке, и тем больше будет шансов на успех. В идеале я не должен попадаться никому на глаза до того самого момента, как предстану перед камерами.
- Надо придумать, как ты проберешься! - сказала Эшвуд.
Картер обернулся к ней:
- Я не вижу другого входа, кроме главного.
Она улыбнулась и ткнула игриво его кулаком под ребра:
- А ты еще не искал другой лазейки! Давайте-ка заедем и посмотрим на комплекс сзади!
Они припарковались на территории фабрики пластмасс, примыкавшей к комплексу. Занятые своим делом рабочие не обратили на фургон доставки внимания. Эшвуд взяла бинокль:
- Я вижу дорогу, проходящую через поле между студией и фабрикой, - она крепче вцепилась в бинокль. - Дорога упирается в ворота. Я вижу огромный амбарный замок. У меня с ним проблем не будет!
- Ты же говорила, что лично никогда не принимала участия в организованных твоим дружком ограблениях! Она опустила бинокль:
- Я говорила только, что никого не убивала, но не говорила, что я никогда не взламывала замки. Картер скривился:
- Так когда мы приступаем?
- Рано утром, - решила Эшвуд, - до того как соберется технический персонал. В это же время как раз смена караула, вряд ли стражи будут очень бдительны. Мы прихватим с собой бутерброды и найдем укромное местечко, где можно будет до вечера спрятаться и перекусить.
Картер нахмурился:
- А кто говорил, что ты пойдешь со мной?
- Почему бы и нет? - огрызнулась она. - В фургоне с Игорем мне тоже вроде как делать нечего, и если вы думаете, что я буду сидеть в коттедже и ждать, пока вы вернетесь и расскажите, как прошел вечер, то вы глубоко заблуждаетесь. И кроме того, если они все-таки наткнутся на нас, я смогу отвлечь на себя их внимание. Попрошу, например, срочно помочь мне расстегнуть бюстгальтер, скажу, плохо с сердцем.
Повернувшись на сидении, она посмотрела на бужумов:
- Они начинают трансляцию в 19.00. Во сколько Картер должен появиться перед камерами?
- Не имеет значения! Мы будем держать под контролем оборудование, сказал Коротышка, - и увидим на мониторах, когда он попадет в кадр. Мы начнем передавать наше послание, как только он начнет свою импровизацию.
- Думаю, нужно будет подождать второй половины серии, - предложил Картер. - В этом случае, у них не останется времени, чтобы пустить в эфир новое послание, если им удастся снова захватить передающее оборудование.
- Отличная идея, старина! - Эшвуд повернулась к Игорю. - Ты подъедешь к воротам непосредственно перед началом трансляции, чтобы не парковаться где попало и не привлечь внимания досужего дорожного инспектора. Охраннику скажешь, что попал в пробку. Думаю, в этих местах время от времени должны случаться пробки. Ты скажешь, что реквизит, который ты везешь, срочно необходим для телесериала. У охранника не будет времени, чтобы позвать кого-нибудь для проверки, и он пропустит тебя. Такое не прошло бы на студии в Лос-Анджелесе, но здесь, я надеюсь, пройдет.
- Жесткое расписание, - сказал Игорь.
- У нас будет не так уж мало времени, - от бужумов исходила непоколебимая уверенность. - Раз уж мы захватим передающее оборудование, мы не подпустим к нему никого, пока не закончим свою работу. Контисуйцы не успеют осознать, что происходит, а когда они это сделают, все будет кончено.
- Мне в голову пришла одна забавная мысль, - Эшвуд всех оглядела. Предположим, мы добьемся своего, но что помешает контисуйцам начать все сначала?
- Мы позаботимся о том, чтобы производная обучающей машины была уничтожена и не подлежала восстановлению, - ответил Толстяк. - Обучающие машины - достаточно сложная техника, требующая компонентов, которые невозможно изготовить при имеющихся в вашем мире технических возможностях. Заброшенные сюда контисуйцы не смогут восстановить производную обучающей машины, даже если они воспользуются помощью ваших специалистов. Ведь ваш даже самый лучший автомеханик не сможет собрать автомобиль из оплавленной кучи металла и пластика, не так ли?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
