Читаем без скачивания Персона грата: Фантастические повести и рассказы - Фредерик Браун

Все подключив — к счастью, он вспомнил потом, как именно, — ученый несколько раз крутанул колесо… и тут его нога вместо педали ударилась о пол, а сам он едва не свалился со стула.

Швейная машина, педаль… генератор — все исчезло.

Профессор, не без юмора писал Уэллс, был тогда совершенно трезв, однако быстро исправил это упущение… Протрезвев, он отобрал у жены новую швейную машинку и точно скопировал генератор. На этот раз он сознательно повторил ошибочное соединение, нажал на педаль — и новехонькая швейная машинка исчезла.

Профессор еще не знал, что открыл, но догадывался — нечто великое. Он снял деньги со счета и купил еще две швейные машинки: одну для жены, чтобы ей было на чем шить, а вторую переделал точно так, как и две первые.

На сей раз он позаботился о свидетелях, среди которых были ректор и декан. Он не сказал им, чего следует ожидать, просто попросил смотреть на швейную машину.

Они и смотрели, но через секунду смотреть стало не на что.

Ученому пришлось приложить немалые усилия, чтобы убедить кое-кого, что это не фокус, но когда он все же убедил — после исчезновения швейной машинки жены декана — все признали, что он действительно открыл нечто.

Его освободили от лекций и выделили средства на дальнейшие исследования. Профессор лишился еще нескольких швейных машинок, после чего перестал ими пользоваться и сосредоточился на сути.

Он установил, что для приведения в движение «ошибочно» смонтированного генератора можно использовать пружинный привод, подключенный особым способом. Если же к генератору подключали электрический двигатель, что-то нарушалось и эксперимент заканчивался неудачей. По ходу дела выяснилось, что не нужен ни ремень, ни маховое колесо, однако челнок необходим и должен быть непременно из ферромагнитного сплава.

Профессор открыл, что для приведения генератора в движение можно использовать что угодно, кроме электричества, он опробовал ножной и пружинный приводы, водяное колесо и даже паровую машину — игрушку сына. Потом пришлось купить ему новую.

В конце концов он редуцировал прибор до относительно простого набора элементов, смонтированных в ящике — это было дешевле швейной машинки — и приводимых в движение пружинным механизмом от заводной игрушки, причем весь аппарат стоил менее пяти долларов, а собрать его можно было за пару часов.

После этого достаточно было завести пружину, толкнуть рычаг и… механизм отправлялся куда-то. Куда, каким образом — профессор не имел понятия, однако продолжал экспериментировать.

Потом в газете появилось сообщение о чем-то, что поначалу сочли метеоритом; оно ударило в стену небоскреба в Чикаго. После детального осмотра предмет оказался остатками деревянного ящика и нескольких странно повязанных частей, как электрических, так и механических.

Ярли отправился в Чикаго первым же поездом и на месте опознал свое творение.

Теперь он знал, что аппарат перемещается в пространстве, и мог работать над этим. Никто не засек время удара аппарата в здание, но из косвенных данных вытекало, что прибор перенесся из Гарварда в Чикаго за время, близкое к нулю.

Университет тут же выделил Ярли ассистентов, и группа начала экспериментировать, посылая устройства, снабженные номерами, и ведя точный реестр числа оборотов заводного ключа, ориентировки и времени — с точностью до секунды — исчезновения аппарата.

Кроме того, всему миру было объявлено о предмете исследований и выражалась просьба искать «коробки».

Из нескольких тысяч отправленных аппаратов были найдены два. Заглянув в реестр, профессор узнал кое-что важное. Во-первых, аппарат двигался в направлении оси генератора, во-вторых, отыскалась связь между количеством оборотов ключа и расстоянием, преодоленным аппаратом.

Теперь можно было браться за дело всерьез. К 1904 году он установил, что расстояние, преодоленное машиной, пропорционально кубу числа полных или частичных оборотов заводного ключа, и что время путешествия составляет ровно ноль секунд.

Уменьшая генератор до микроскопических размеров, можно было отправить устройство на относительно короткое расстояние — несколько километров — и нацелить так, чтобы оно приземлялось в определенном месте за городом.

Это могло бы произвести революцию на транспорте, если бы не факт, что машины на финише неизменно подвергались серьезным внешним и внутренним изменениям. Говоря простыми словами, от них мало что оставалось.

В качестве оружия это тоже не годилось: взрывчатые материалы никогда не достигали цели, вероятно, взрывались где-то по дороге, в каком-нибудь надпространстве.

Однако после трех лет опытов ученые смогли свести все данные воедино и даже начали понимать принцип… в той мере, чтобы предсказывать результаты.

Было установлено, что причиной разрушения аппаратов является их внезапная материализация в конечной стадии полета, в воздухе. Воздух — материал весьма солидный и нельзя мгновенно переместить какой-либо его объем за время, не уничтожив при этом предмета, вызывающего перемещение — тот подвергался разрушению не только как целое, но и во всей своей молекулярной структуре.

Стало очевидно, что единственным местом, куда можно посылать устройство, чтобы оно прибывало туда невредимым, может быть, вакуум, Космос. А поскольку дальность полета росла пропорционально кубу оборотов ключа, требовалась не такая большая машина, чтобы достичь Луны и даже других планет. Даже межзвездное путешествие не нуждалось в каком-то большом аппарате, тем более, что совершить его можно было в несколько прыжков, причем каждый отнимал не больше времени, чем нужно было пилоту, чтобы нажать кнопку.

Более того, раз время не играло никакой роли, то не требовалось и рассчитывать траекторию. Достаточно было нацелиться на конечную точку, установить дальность, нажать кнопку — и ты уже на месте, на безопасном расстоянии от планеты и остается только сесть.

Разумеется, первой целью была Луна.

Методику посадки разрабатывали несколько лет. Принципы аэродинамики были еще плохо изучены, хотя два брата по фамилии Райт еще несколько лет назад успешно летали на машине тяжелее воздуха — в том самом году, когда профессор Ярли лишился своей первой швейной машинки. К тому же на Луне воздуха не было.

В конце концов методика была разработана, и в 1910 году первый человек ступил на Луну, а потом вернулся целым и невредимым.

В течение следующего года люди достигли пригодных для заселения планет.

Следующая глава называлась: «Межпланетная война», однако Кейт не сумел ее прочесть: было уже половина четвертого, а день был слишком долгим и богатым событиями. Глаза его закрылись сами собой.