Итак, варяги-русь, о которых упоминают русские летописи в связи с призванием на княжение Рюрика, Синеуса и Трувора, были этническими росами, расселившимися вдоль южного побережья Балтийского моря и частично на островах. Их история – это тоже часть истории русского народа. Причислять их к норманнам – значит совершать историческую ошибку.
Заключение
Итак, к проблеме происхождения и начальной истории русского народа обращались историки в разные времена и эпохи, начиная с русских летописцев, но до сих пор она весьма важна и актуальна. Проблема эта очень сложная, емкая, многогранная и включает в себя множество аспектов. Поэтому ее решение на современном уровне требует привлечения различных научных методов и подходов, включая междисциплинарный, использования самых разнообразных источников, в том числе и не вполне традиционных для исторической науки (например, мифы, русский орнамент, лексический запас и т. д.).
Как и всякая другая научная проблема, она предполагает различные подходы к ее решению и освещению, разные варианты, разные концепции. Для науки не может быть приемлем застой и длительная консервация гипотез, которые, так и не получив статуса теории, тем не менее, со временем приобретают тенденцию превратиться в истины последней инстанции (примерами тому могут служить трактовки вопросов о происхождении названия русского народа, об именах Рюрика, Синеуса и Трувора и даже о начале русской истории, попавшие на страницы школьных и вузовских учебников).
В настоящей монографии предложен новый подход к изучению Руси изначальной, а также новый взгляд на некоторые традиционные источники; с новых позиций, учитывающих достижения этнологии, лингвистики, фольклористики, антропологии, археологии, климатологии и ряда других смежных дисциплин, рассматривается процесс формирования древних росов.
Анализ новейшей этнологической и философско-антропологической литературы позволяет прийти к выводу о том, что понятия «этнос», «народ» применимы к различным стадиям исторически формирующихся общностей людей и что начальные моменты образования этносов относятся к начальным этапам истории человечества. Поэтому современное понимание этноса позволяет не только на теоретическом, но и на научно-практическом уровне начинать историю русского народа не с периода становления государственности, а с его историко-этнических корней, уходящих в глубины общеиндоевропейской эпохи.
Наиболее существенными внешними признаками этноса, в которых обнаруживается этническая ценностная специфика, являются этнический стиль культуры (в широком смысле этого слова) и образ жизни; они же служат и ориентирами для этнической идентификации. В свою очередь, этнический стиль культуры, как отмечал С.Е. Рыбаков, ярче всего проявляется в мифологии, религии и народном искусстве[683]. Но мифология и религия, наряду с самоназванием отражают и более глубинную сущность этноса – его самосознание. Методы компаративистики, а также сравнительной мифологии и ономастики позволяют прийти к заключению о том, что эти основополагающие признаки этноса начинают формироваться у росов еще задолго до распада индоевропейской семьи, в длительный период их близости к древним арьям. Именно в это время закладывались основы того «бессознательного наследства», которое «держит под своей властью все проявления ума и характера»[684] и которое определяет особенности русского стиля мышления, образа жизни, того, наконец, что принято называть «загадочной русской душой».
Один из важнейших моментов становления этноса – возникновение у него собственного имени, самоназвания, которое является внешним проявлением этнического самосознания и связано с необходимостью самоидентификации, выделения себя из других народов. И поскольку осознание своего
коллектива и его противопоставление другим коллективам началось в эпоху верхнего палеолита и нашло внешнее выражение в понятиях-символах «мы», «наше» в противоположность «не мы», «не наше», то слово-местоимение «мы» можно считать древнейшим самоназванием предков русского народа.
Данные компаративистики и палеолингвистики позволяют также утверждать, что и этноним росы не был заимствован из других языков, а является одним из древнейших русских слов, со временем претерпевшим семантическую эволюцию и получившим значение людей, живущих на своей, родной земле. Древность этого слова подтверждается тем, что оно сохранилось и в других языках индоевропейской языковой семьи и, в частности, в санскрите – одном из древнейших языков (rasa, rāṣṭrá, rāçi). Однако в санскрите это слово не имеет значения этнонима, поэтому можно считать, что оно закрепилось за нашими предками в качестве самоназвания уже после ухода арьев из Восточной Европы, то есть не ранее II тысячелетия до н. э. Росы – это «свои люди», живущие на своей древней земле, не покинувшие ее, это – все «мы» (в отличие от «не мы», «чужие», «не люди»). Древность этого этнонима также подтверждается и чередованием о-у в корне слова (росы – русы) – явлением, не несущим никакой семантически дифференцирующей нагрузки и объясняющимся историей языков, некогда составлявших единую общеиндоевропейскую семью.
На глубокую древность русского народа указывает и удивительное сходство русского языка с санскритом, особенно древнейших слоев его лексики, относящейся к эпохе формирования семьи и рода, а также местоимений, слов, обозначающих действие или состояние, явления природы и т. д. Поскольку санскрит – язык древних арьев, отмеченное явление свидетельствует о длительном соседстве этих двух народов, что могло иметь место в эпоху, предшествующую уходу последних из Восточной Европы, то есть до конца III – начала II тысячелетия до н. э. На длительные контакты древнейших росов с арьями указывает и сходство их религиозных воззрений, имен богов, обрядов и обычаев, религиозных и магических терминов. Анализ некоторых особенностей религии древних росов позволяет прийти к заключению, что формирование ее древнейшей основы происходило в природно-климатических условиях, аналогичных тем, которые нашли отражение в древнейших гимнах «Ригведы».
Можно утверждать, что этногенез древних росов протекал одновременно с этногенезом древних арьев и историко-этнические корни русского народа уходят в глубь тысячелетий.
Анализ целого ряда письменных источников, в том числе и некоторых священных книг, позволяет прийти к выводу о том, что древнейшие росы были известны среди других народов древнего мира и играли определенную роль в их истории. И именно поэтому их имя оказалось зафиксированным в этнографической таблице Книги Бытия – Первой книги Моисеевой из Ветхого Завета. Текстологический анализ этой таблицы, наблюдения над особенностями древнееврейского письма позволяют утверждать, что имя народа Рос здесь употреблено по отношению к младшему сыну Иафета – третьего сына Ноя в форме θирас (Тирас, Тирос), в которой начальный элемент ти-(θи-) является древнерусским указательным местоимением (по типу летописного «ти Словене»), сросшимся с этнонимом Рос (Рас). Имя народа Рос называет и пророк Иезекииль, живший в VI в. до н. э., книга которого также вошла в состав Библии. В том, что это слово в книге пророка означает имя народа Рос (а не «голова», или «глава», как оно переведено в Вульгате), убеждают те факты, что в переводе Библии на греческий язык, осуществленном семью веками раньше Вульгаты, оно писалось как этноним ‘Ρως и в более поздних средневековых источниках ассоциировалось с русским народом. Идентичным библейскому имени Рос (Тирас) является и этноним ар-Расс, упоминаемый в Коране среди древнейших народов, которых жестоко покарал Аллах.
Сообщения о древнейших росах встречаются также и у позднеантичных, и средневековых авторов (как европейских, так и восточных). Вполне возможно, что роксоланы (светлые аланы), которые упоминаются древними источниками, были частью росов, увлеченных потоком арьев на юг и давших начало Приазовско-Причерноморской Руси. Вполне логичной представляется идентификация с росами росомонов, о которых также упоминает ряд средневековых авторов, и народа Хрос (Ерос, Рос) Псевдо-Захарии. Византийские авторы, сообщавшие о нападении росов на Византию в V и IX вв., видели в этом осуществление пророчества Иезекииля о народе Рос. Не выражая ни малейшего сомнения в существовании между ними прямой преемственности, они тем самым подтверждают глубокую древность русского народа.
Глубокую древность существования южной Руси подтверждают и свидетельства арабских и персидских средневековых авторов, а название реки ар-Рас ассоциируется ими с именем древнего народа ар-Расс, упоминаемого в Коране. Не было сомнения в том, что русский народ своими историко-этническими корнями уходит в древнейшую эпоху, и у русских летописцев и книжников, которые его происхождение связывают с потомством библейского Иафета и, в частности, сообщают о русских «воях» IV века и более древних времен.
