Читаем без скачивания Юлий Цезарь. Политическая биография - Алексей Егоров

Для продолжения войны, римский командующий разделил армию. 4 легиона Лабиена должны были идти в область сенонов и паризиев, а сам Цезарь с 6 легионами выступил против столицы арвернов Герговии, куда двинулся и Верцингеторикс (VII, 34)[50]. Перейдя Элавер, Цезарь осадил Герговию (VII, 34–35) и вскоре убедился в крайней сложности осады. Город находился на высокой горе, занятой войсками Верцингеторикса. Цезарь занял холм у города и стал выжидать (VII, 36).

Во время осады Герговии начались брожения среди эдуев. Конвиктолитав, обязанный своим положением Цезарю, вступил в контакт с арвернами. Командование армией, посланной на помощь римлянам, было поручено соучастнику замысла, молодому аристократу Литавикку, который пытался поднять восстание (VII, 38). Предлогом стал слух об убийстве римлянами знатных эдуев, Эпоредорига и Виридомара, а затем и уничтожении конницы эдуев (VII, 38). В отместку эдуи перебили находившихся при армии римлян. Узнав об этом, Цезарь с 4 легионами выступил навстречу эдуям. Обман раскрылся, и Литавикк и его сообщники бежали в Герговию, а мятеж прекратился (VII, 39–41). Цезарь поспешно вернулся в лагерь и узнал, что оставленый им для командования войсками Фабий был атакован Верцингеториксом (VII, 41–42). Волнения у эдуев на время прекратились, но положение было настолько серьезно, что Цезарь стал думать о прекращении осады (VII, 43).

Впрочем, пока осада продолжалась. Цезарь предпринял атаку, вероятно, задуманную им как локальная операция для захвата стратегически важного уступа (VII, 44). Выведя вперед конницу для отвлекающего маневра, римский командующий перевел в ложбину у холма один из легионов, продолжая отвлекать противника, а затем начал атаку с другой стороны. Для обхода правого фланга были посланы и эдуи (VII, 45–46). Уступ был захвачен, римляне заняли три неприятельских лагеря и Цезарь дал сигнал к отходу (VII, 46). Его план явно ограничивался локальной задачей, или, возможно, демонстрацией силы перед снятием осады.

Ситуация развивалась в другом направлении. Армия увлеклась преследованием, опьяненные успехом легионеры подошли к стенам воротам Герговии и начали на них взбираться (VII, 47). В городе началась паника, на помощь прибывали новые силы галлов, снятые с других участков. Цезарь приказал легату Т. Секстию вывести часть когорт, чтобы принимать и прикрывать отступающих римлян (VII, 48–49). Впрочем, солдаты у стен продолжали сражаться, и положение изменило только появление эдуев, которое испугало не галлов, а римлян. Решив, что их обходят, солдаты бросились отступать и были сбиты с позиции. Чтобы отразить галлов, Цезарь выслал вперед свой отборный 10 легион. Верцингеторикс отступил (VII, 50–51).

И сам Цезарь и его биографы, Плутарх и Светоний, считают «штурм Георговии» серьезным поражением (Caes. В. G., VII, 52–54; Suet. Iui., 24–25; Plut. Caes., 26). Цезарь, всегда крайне щепетильно относящийся к собственным потерям и дорожащий жизнью своих солдат и офицеров, оценивает потери в 700 человек и 46 центурионов (Caes. В. G., VII, 51). При Диррахии Цезарь потерял 960 пехотинцев и 200 всадников (Caes. В. С, III, 71), при Мунде — 1000 человек (В. Hisp., 30–31). Оба сражения он считал самыми тяжелыми. Потери в центурионах, которых особенно ценил полководец, были велики (64 человека), при Диррахии пало 32 человека. Общее число центурионов в 6 легионах могло достигать примерно 360 человек (а реально даже меньше), и это означало, что при Георговии пала 1/6 общего количества римских унтер-офицеров. Вероятно, именно они сыграли основную роль в том заграждении, которое сдержало атаку галлов.

Выступив перед солдатами, Цезарь попытался вселить в них уверенность: их вина состоит в неподчинении приказу командующего (Цезарь всегда считал это самым серьезным проступком), но его восхитил их героизм, и именно он является залогом победы (VII. 52–53). Опасаясь за положение в общине эдуев, куда отправился Литавикк с конницей, Цезарь выступил туда, перешел Элавер и подошел к Новиодуну на берегу Нигера (VII, 53–54). Случилось то, чего он опасался. Победа при Герговии и прибытие Литавикка побудили эдуев и их правителя Конвиктолитава заключить договор с Верцингеториксом (VII, 55). Римляне в Новиодуне были перебиты, а галльские заложники отправлены в Бибракт (VII, 55). Цезарь оказался отрезан и от провинции, вода в Лигере поднялась, а Севенны оставались непроходимыми (VII, 56).

Цезарь принял решение соединиться с Лабиеном. Оставив обоз в Агединке, Лабиен выступил против Лютеции, где собрались большие силы галлов (VII, 57). С другой стороны, подходили белловаки. Узнав о неудаче Цезаря, Лабиен решил отступить в Агединк (VII, 58–61). Командовавший ополчением Камулоген начал преследование. В упорном сражении Лабиен разбил галлов, пал и сам Камулоген (VII, 62). Выполнив свою задачу, Лабиен отступил в Агединк и через три дня соединился с Цезарем (VII, 62).

Победивший Верцингеторикс попытался оформить свою власть. В Бибракте был собран общегалльский съезд, на котором его избрали командующим. Фактически только ремы сохранили верность Риму (VII, 63). Верцингеторикс принимает наступательный план войны, приказав собрать 15 000 кавалерии и некоторое число пехотинцев и продолжая придерживаться тактики «выжженной земли». 10 000 эдуев и сегусиавов были посланы им в Провинцию против римских войск и поддерживающих их провинциальных племен (аллоброгов, габалов и вольков) (VII, 64). Галльский вождь считает себя и правителем Нарбонской Галлии (VII, 64). Галлы атаковали римские владения: гельвии были разбиты, аллоброги установили оборону вдоль границы. Римские войска Луция Цезаря (22 когорты) были недостаточны для обороны (VII, 65).

Цезарь начал движение в сторону римских владений, двигаясь в область секванов и лингонов, и тогда Верцингеторикс решил атаковать римлян. Ударной силой стала 15-тысячная конница (VII, 66). Галлы обрушились на римскую походную колонну. Против них была брошена конница римлян, лучшую часть которых составляли германцы. Коннице помогала пехота (VII, 67). Упорное сражение завершилось разгромом конницы галлов и теперь уже Верцингеторикс был вынужден отступать (VII, 68).

Наступил последний этап войны. Верцингеторикс ушел в центр мандубиев, Алезию. Вскоре сюда пришли римляне. Это было самое большое сражение Цезаря в Галлии. Алезия (Ализон-сен-Рем) лежала на вершине холма. Подошва холма омывалась большими реками. Вокруг города были холмы и равнина, а линия укреплений вокруг Алезии тянулась на 11 миль (VII, 70){207}. Снова разбив конные отряды галлов, Цезарь подошел к Алезии. Верцингеторикс решил отпустить кавалерию. Римская армия стала блокировать город, вокруг которого появилась укрепленная линия длиной в 17 км. Вождь галлов понимал, что его армия не сможет держаться долго, продовольствия оставалось всего на 30 дней, а потому отдал приказ привести ополчения галльских племен (VII, 71). Именно на них он и рассчитывал. Это понимал и Цезарь: для защиты извне появилась вторая линия длиной в 20 км. Между ними находилась вся армия римлян.

Укрепления римлян были, видимо, беспрецедентным примером фортификационных сооружений. Римские позиции опоясывали три рва: внешний — 20 футов (около 7 м) шириной и два по 15, средний ров наполнили водой. За рвами находились плотина и вал высотой в 12 футов (около 4 м) с бруствером. В 80 футах друг от друга (более 25 м) находились башни, стены были снабжены рогатками, а вокруг были выкопаны ямы с кольями (VIII, 72–73). Римляне запаслись месячным запасом провианта и фуража (VII, 72–74).

Вскоре положение в Алезии стало критическим. Хлеб был съеден. Дело дошло до того, что некоторые галльские вожди предлагали сдаться, другие требовали устроить вылазку и вырваться наружу. Один из знатных арвернов, Критогнат, предложил питаться трупами и с этой целью убивать местных жителей (VII, 77). На совете было принято более «гуманное» решение: местное население было изгнано из города и находилось между Алезией и укреплениями Цезаря (VII, 78).

В этот момент к Алезии подошло огромное галльское ополчение. Армией командовали четыре вождя: арверн Веркассивеллаун, двоюродный брат Верцингеторикса, эдуи Эпоредориг и Виридомар и атребат Коммий. Трое последних были ранее близки к Цезарю (VII, 76). Цезарь оценивает силы ополчения в 240 000 пехоты и 8 000 всадников, еще 80 000 находились в Алезии (VII, 76). Еще большие цифры дает Плутарх: 170 000 в городе и 300 000 в ополчении (Plut. Caes., 27). Современные ученые оценивают гарнизон Алезии в 20 000 человек, а ополчение — в 50–70 000[51]. Этим войскам противостояли 10 легионов Цезаря, т.е. 40–45 000 римских солдат. Согласно Цезарю, ядро галльского ополчения составили эдуи и арверны (по 35 000 человек каждые), большие контингенты дали секваны, сеноны, битуриги, карнунты, рутены, сантоны и лемовики (по 10—12 000). Остальные (почти все племена Галлии) представили более мелкие контингента. Около 30 000 дали племена Арморика (VII, 75).

Задачей галлов было найти слабое место римской обороны и прорвать линию. Первый штурм, предпринятый с ходу, был отбит (VIII, 80). Через день последовала новая атака, сопровождаемая вылазкой из города. Римляне отразили удар: галлы, наступающие извне, были разбиты до того, как осажденные достигли римских укреплений (VII, 81–82).