Читаем без скачивания Болиголов (СИ) - Леус Сергей

И вот Роджер говорит, что они одна большая семья! Как это понимать? Они настоящая семья, которой не страшны разлуки и расстояния, или все это временно? Может, Роджер просто обманывает, подбадривает его, потому что сейчас им всем это нужно? Но чем больше Кристоф задавался вопросами, чем больше он размышлял, тем скорее понял, что он просто боится принять тот факт, что они друг другу самые близкие на свете люди. И боится он потому, что чем выше заходишь в своих мыслях и мечтах, тем больнее будет падать с небес на землю. Но рано или поздно все люди когда-нибудь упадут и разобьются, и больше не поднимутся, заберутся ли они высоко в своей радости или будут ползать по дну ущелья своих страхов, — все равно в итоге они останутся лежать. Поэтому нет никакого смысла жить в страхе что-то потерять — это будет уже не жизнь, а вечная боязнь потери, сожаления, падения. А еще он верил Роджеру, потому что любил его, любил Джофа, любил Хлою, и даже Балду. Они не случайно вместе, несмотря на их различия и секреты, и никакой эгоистичный самовлюбленный честолюбец не смог бы удержаться в их компании дольше одного сезона охоты.

Кристоф повернул голову в сторону Роджера и сразу почувствовал его присутствие. Роджер посмотрел на него и выражение его лица стало мягче.

«Говори! — сказал Кристоф. — Мне самому сложно общаться, пока я не могу отделять разговор от своих мыслей».

«Значит, с этого и нужно начать, — улыбнулся Роджер своей обезоруживающей улыбкой. — Представь себя внутри себя же и веди беседу от своего внутреннего «я». Пусть он говорит, когда ты хочешь сказать, и молчит, когда ты хочешь все обдумать. Это самое простое объяснение, какое только можно придумать. Есть и другие варианты: создай дополнительный уровень или зону для общения и отдели ее от своего разума, создай дополнительную границу, за которую не может проникнуть твой собеседник, создай островок или комнату для общения. Не важно, как ты это осуществишь, главное, чтобы ты четко отграничил свое личное пространство разума от места для бесед. Попробуй».

Кристоф открыл рот. Все, что он понял, это то, что нужно построить отдельную беседку рядом с домом, но, как это сделать внутри своего разума, понятия не имел.

«Вся настоящая магия происходит в твоем разуме. Как только ты осознаешь это и научишься ей управлять — творить волшебство станет так же легко, как и дышать»

«Как можно знать столько о магии, если сам не владеешь ею?!» — продолжил удивляться Кристоф. Он уже пытался представить себе все то, что объяснил ему Роджер.

«Ну, старики тоже когда-то бегали, лазали по деревьям и разоряли птичьи гнезда, хоть уже давным-давно и шагу без палочки ступить не могут», — опять ответил Роджер незамысловатой метафорой.

Кристоф долго разбирался со своими попытками воплотить в действие советы Роджера и в итоге сделал так, что Роджер не мог слышать его мыслей. Как выяснилось чуть позже, он полностью вытолкнул Роджера из своего сознания и заблокировал возможность вести диалог.

— Это тоже хороший навык, — произнес Роджер вслух, потому что ничего другого ему не оставалось. — Попробуй найти середину между полным доступом к разуму и полной блокировкой. Как только получится, я попробую объяснить тебе, как залезть в мой разум, как прочесть мои мысли и передать свои.

Глаза Кристофа загорелись от всего этого, как ему казалось, безумия. Телепатия не была чем-то сверхъестественным в их мире, но ее навыками владели немногие. И это всем казалось врожденной способностью, никак не связанной с магией. О магических способностях к прямому общению Кристоф не слышал даже в школе: такие знания не находили в древних книгах либо потому, что они были очень тайными, либо, что всем казалось более вероятным, эти знания были такими обыденными, что упоминать о них в книгах не было никакого смысла. Точнее, так считали люди и маги древности, но никак не современники Кристофа.

Он вспомнил урок в академии, где обсуждали один текст, в котором древние маги общались между собой. Все бы ничего, если не считать огромное расстояние между этими магами: один маг находился в школе магии, а другой в отдаленном городе. Кто-то наивно высказывался про голубиную почту и световые сигналы, кто-то — про тайные коды и магические сигнальные амулеты, но все предположения не выдерживали критики, потому что текст представлял собой сложный диалог, многие слова из которого до сих пор оставались непонятными, а значения понятных слов были не совсем ясны.

Оставалась только телепатия, но тогда каждый из магов должен был быть таким телепатом. И вот Роджер показал ему что-то совсем иное, что сразу же решало ту непосильную для них задачу. Стоп, но ведь даже для магии существуют физические пределы. Как же тогда можно общаться друг с другом, например, через горы или через моря?

«Как маги могли общаться на больших расстояниях?» — Кристоф снял всю блокировку, только чтобы задать этот вопрос.

«Значит, в академии у вас были древние книги, и вам даже что-то рассказывали! — быстро сообразил Роджер. — Так же, как и мы с тобой, только с помощью парных магических амулетов!»

«Вот я тупой — это понял бы даже ребенок, — Кристоф хлопнул себя по лбу. Парные амулеты имели магическую связь, через которую можно было вытворять разные фокусы, которые изобретали до сих пор. — А на каком расстоянии можно общаться без амулетов?»

«До куда магией сможешь дотянуться», — объяснил Роджер простыми словами. Кристоф хлопнул себя по лбу еще раз.

Магия, конечно, не палка, чтобы ей до куда-то дотягиваться, но Кристоф понимал, что речь идет о способности чувствовать магию на расстоянии. Роджер увидел неподдельный интерес на лице своего друга и решил, что можно и усложнить объяснение.

«Например, если один маг чувствует магию в радиусе одного полета стрелы, а другой — в радиусе двух полетов, то на расстоянии двух полетов они смогут общаться усилиями второго мага. Но я знавал уникумов, которые могли складывать эти расстояния и общаться на расстоянии трех полетов стрелы.»

Кристоф чуть рот не открыл от такой простой магической математики, которой его никто до сих пор почему-то не смог обучить.

«А маг может передавать сообщения через амулет тому, кто магией не владеет?» — Кристоф решил позориться до конца. Но Роджер вдруг повернулся к нему с задумчивым лицом.

«Хм. Не знаю! Не помню таких случаев — нужно проверять!»

Роджер всерьез задумался — Кристоф поставил его в тупик. Может ли маг залезть через амулет в голову того, с кем не имеет магической связи? А магическую связь могут установить между собой только маги? Роджеру казалось, что он знает о магии больше, чем кто-либо из ныне живущих, но вот простой вопрос поставил его в тупик. Дает ли магический амулет какие-то преимущества тому, кто магией не владеет? Связывается ли магия амулета с носителем напрямую или же она просто фиксирует изменения носителя? Это было бы интересно узнать.

Кристоф строил свою границу, то блокируя, то открываясь Роджеру, и чувствовал восторг от обучения. Совсем дряхлого еще полчаса назад старика Роджер вдруг превратил в юного школяра, который открывает для себя совершенно новый мир магии, а, точнее, мир принципов общения с помощью магии. Но еще удивительнее для Кристофа было даже не то, что волшебник мог, пользуясь своей магией, передать сообщения кому угодно, а то, что Роджер, кому магия, казалось, была недоступна, мог воспользоваться чужой. Все представления Кристофа о магии древних изменил человек, который ехал с ним рядом, — руку протяни и коснешься его.

«Слышишь меня?» — прозвучал в голове Кристофа голос Роджера.

«Слышу» — раздалось в пустоте одинокое слово.

«Ты быстро справился! Теперь мне не придется лишний раз открывать рот, чтобы тебя подколоть», — Роджер повернулся к Кристофу и усмехнулся.

«Твое объяснение действительно простое и понятное. В академии нас закапывали в тома настолько пространных объяснений, что мы не были уверены, понимают ли их сами преподаватели!»

Настроение у Кристофа было прекрасным. Он был открыт к знаниям как никогда раньше. Теперь ему еще сильнее хотелось узнать, кто такой Роджер, ну или хотя бы немного приоткрыть завесу его тайны, но он решил, что для этого еще наступит подходящее время. А сейчас нужно пользоваться предоставленной возможностью и обучаться.