улице?
Через мгновение он ответил:
— Пыль.
— Хорошо.
Пока Габриэль вёл байк, я попыталась мысленно дотянуться и посмотреть, не приближается ли ещё больше вампиров. В настоящее время моя голова была на пределе. Стекло скрежетало в моём черепе, но я продолжала пытаться. В конце концов, я увидела слабые вспышки, но ничего поблизости или движущегося в нашу сторону. Туманные облака, однако, казалось, сгустились вокруг меня, словно моя собственная призрачная буферная зона.
Габриэль вздрогнул у меня за спиной. Через несколько минут он съехал на обочину и остановился, мотоцикл работал на холостом ходу. Пауза затянулась, пока он, наконец, не спросил:
— Ты всё ещё хочешь бенье?
Верно. Я совсем забыла.
— Зависит от обстоятельств. Я вся в крови или пыли?
Я почувствовала, как Габриэль наклонился вперёд, без сомнения заглядывая мне через плечо.
— Крови нет. Ветер на дороге в лицо, вероятно, он и позаботился о пыли кровососа.
Идеально.
— Ты можешь поднажать?
Согласившись, он пару раз прибавлял газ. Я повернула голову и прошептала:
— Я ничего не вижу, но мне нужно поесть. Здесь много людей? Я слышу голоса.
Приблизив губы к моему уху, он выдохнул:
— Два столика от шести до восьми. Вероятно, люди возвращаются домой из баров. Ещё семь разрозненных столиков на одного.
— Ты можешь подвести меня так, чтобы никто не мог сказать, что я слепая? — прошептала я.
Выключив двигатель, он опустил подножку и помог мне слезть с мотоцикла.
— Давай, дорогая, — произнёс он нормальным голосом. — Laissez les bon temps rouler15, как ты говоришь, — он обнял меня и притянул к себе. — Мы добавим в тебя немного жира и кофе, и ты будешь в полном порядке.
Я обняла его за талию, закрыла глаза и положила голову ему на грудь. Пьяная и сонная, надеюсь, это скроет любые оплошности.
— Доброе утро, мэм. Мы хотели бы две дюжины бенье, один большой чёрный кофе и… — он повернулся ко мне. — Как ты себя чувствуешь, дорогая?
Притворяясь, что щурюсь на доску меню, я сказала:
— Горячий шоколад.
— Большой, пожалуйста.
Он переместил нас на сторону ожидания.
Я почувствовала его губы на своей макушке. Для любого наблюдающего это выглядело бы как поцелуй.
— У нас в стае есть медик. Тебе в глаза попала пыль от кровососов?
Я покачала головой.
— Вот, пожалуйста, дорогая, — голос пожилой женщины, казалось, был обращён к нам.
Мгновение спустя чашка коснулась тыльной стороны моей ладони. Я схватила её, надеясь, что это был верх, и я не пролила.
— Мы остаёмся или едем домой?
— Давай немного посидим.
Я очень хотела что-нибудь съесть, прежде чем мы отправимся, и я хотела дать своему зрению время вернуться. Да, яичница с беконом подошла бы лучше, но я не собиралась жаловаться на бенье.
Габриэль продолжал обнимать меня, обводя нас вокруг столиков, пока мы не оказались прямо рядом с двумя шумными компаниями. Он усадил меня в кресло, а затем передо мной оказался опьяняющий напиток с сахарным ароматом.
— Тарелка стоит на краю стола, прямо перед тобой. Наклонись вперёд, чтобы не испачкаться.
Он старался говорить так, чтобы его голос был едва слышен, громкие разговоры вокруг нас заглушали его слова.
Пошарив, я нащупала край бенье, поднесла его к губам и откусила. Всё такой же божественный, каким я его помнила. Я запила бенье какао и поняла, что темнота, в которой я была поймана, как в ловушку, начинает рассеиваться. Мир стал тёмно-угольно-серым, но края, казалось, посветлели.
— Ты можешь рассказать мне теперь?
Смогу ли я? Я знала этого мужчину один день, и наши отношения начались с похищения, в самом мягком смысле этого слова. Тем не менее, он уже доказал, что защитит меня. Ну, для оборотней это было менее опасно знать, чем для вампиров, и три вампира — четыре, если считать Сен-Жермена, что, вероятно, следовало бы — уже знали.
Серый светлел и формы обретали края. Я обратилась к большому расплывчатому пятну передо мной. С чего начать…
— Мой отец был Куинн, как ты уже знаешь, а мать была ведьмой.
Я услышала резкий вдох. Очевидно, им здесь не нравились ведьмы.
— Это будет проблемой для тебя?
Наконец зрение прояснилось, и я увидела, как в его глазах смешались шок и отвращение.
— Габриэль?
Лицо его стало пустым, и он ответил:
— Нет.
— Видишь ли, я на это не куплюсь, — я оглядела помещение, а затем наклонилась вперёд. — Я освобождаю тебя от твоего слова. Тебе не нужно защищать меня или даже есть со мной. Давай, иди.
— Теперь ты можешь видеть?
Он изучал меня с гораздо меньшим обожанием, чем раньше. Ты никогда не узнаешь, чего тебе будет не хватать, пока это не исчезнет.
— Зрение вернулось. Я в порядке. Ты можешь идти.
Я откусила бенье и махнула «прочь» свободной рукой. Тесто ощущалось во рту, как паста. Какое-то время было здорово иметь стаю на своей стороне. Они помогли с Сен-Жерменом. Стоит признать.
Встав, я предложила свою тарелку шумному столику рядом с нами.
— Я бы съела больше, но боюсь лопну. Вы, ребята, не хотите?
— Чёрт возьми, да.
Молодая женщина в чёрной майке с волосами, собранными на макушке, захлопала в ладоши. Взглянув на Габриэля, проходя мимо, она потянулась за тарелкой. Она подошла гораздо ближе, чем это было необходимо, и прошептала:
— Тебе нужна помощь? Ты в порядке? — взяв тарелку, она двинулась, чтобы заслонить Габриэля от моего взгляда. — Мы позаботимся о том, чтобы ты благополучно добралась домой.
Доброта. Ниоткуда, доброта. Моё горло сжалось, и я покачала головой.
— Спасибо, искренне, но я в порядке. Я знаю, как защитить себя.
— Хорошо, — она одобрительно кивнула. — И спасибо за бенье.
Схватив свою чашку с какао, я отсалютовала Габриэлю.
— Спасибо, что подвёз.
Лавируя между маленькими столиками, я пересекла почти пустое помещение. До восхода солнца оставалось ещё пару часов, поэтому, когда я была близко к выходу, я быстро просканировала окрестности на наличие вампиров. Примерно в полумиле отсюда было скопление холодных вспышек. Интересно.
Допив горячее какао, я бросила чашку в мусорное ведро на выходе. Улицы были мокрыми в свете фонарей. Услышав громкий гул, я взглянула на Декейтер. Грузовик для уборки улиц медленно приближался к пеплу нашего мёртвого вампира. Идеально.
Улицы были в основном пусты, поэтому я перешла широкую дорогу, огибая Джексон Сквер. Оказавшись вдали от огней кафе «Дю Монд», я побежала трусцой. Сколько вампиров осталось в Новом Орлеане? По нашим подсчётам, их должно было остаться всего около двадцати или около того, и всё же казалось, что, по крайней мере, многие собрались вместе в квартале
