Читаем без скачивания Путь тьмы - N&K@

или сразу несколько магов взялись творить совместное колдовство. Десятки. Может быть сотни. Причем не только людские. Никаниэль чувствовал также элементы эльфийской волшбы и вонь орчьего искусства. Подобный ритуал требовал не одного дня подготовки.

— Пантиок! — взревел Мейсис и бросился к лошади, но прямо перед ним в землю ударила молния, испугав животное.

Дико заржав, то встало на дыбы и умчалось, не разбирая дороги. Следующая вспышка обратила в пепел мертвого коня Ника.

— Назад! — крикнул принц, рванув Вардена на себя и укрыл их обоих Каменным щитом.

Защитную сферу сразу же сотрясла еще пара разрядов.

— Выпусти меня, я сверну этому ублюдку шею! — рычал Мейсис. — Кфханов Пантиок использовал меня как приманку. Он совсем с катушек с летел, как ты его папашу прикончил.

— Он сам его прикончил. — уточнил Никаниэль.

— Плевать. Выпусти!

— Ты умрешь.

— У меня амулеты.

— Да там никакие амулеты не выдержат!

Варден обнажил меч и двинулся на Ника, но принц повел рукой и из земли вырвались десятки костяных рук, попытавшихся схватить бывшего наемника. Тот отбивался, щедро поливая во все стороны алхимическим зельем. Наверняка при каждом солдате снадобья тоже было с избытком.

Разозленный помехой принц выставил вперед руку со крюченными пальцами. Он намеревался прикончить Мейсиса и сосредоточиться на магической обороне. По-другому было не уцелеть.

Судя по сиянию савана Вардена, жить ему оставалось лет пятнадцать. Не так и мало, учитывая что тот уже немолод. Никаниэль схватился за край и приготовился дергать, но в последний момент передумал, и пара вызванных из гауинта призраков обезоружили мужчину.

— Ты труп, Никанор. — разъяренно процедил сквозь зубы Мейсис.

— Мы оба трупы, если не успокоишься. — парировал Ник. — «Спасибо» скажешь пот о м.

И, не обращая больше внимания на злобное сопение за спиной, принц сконцентрировался на внутреннем зрении.

А посмотреть было на что.

Оказалось что молнии, непрестанно бившие в землю, являлись всего лишь побочным эффектом поражающего своей мощью заклинания. Словно наяву Никаниэль увидел, как высоко в небе формировался сгусток пламени. Тот рос и ширился, вбирая в себя все больше и больше маны.

Но то был не обычный огненный шар.

Вокруг него сверкали вспышки разрядов, кружились ураганные вихри, капли воды, объединяясь, замерзали бритвенно острыми лезвиями, чтобы тут же растаять и вновь продолжить свой бег. В самом же центре возникло массивное каменное копье, своим размером и силой достойное почетного места в божественном арсенале.

Словно десятки заклинаний разом сплетались в одно, удерживаемое оковами совместного ритуала. А все стихии, позабыв былые распри, объединились, чтобы прикончить двух простых смертных.

Реальность стонала от чудовищной концентрации маны. По ней пошли трещины, угрожавшие разрастись и уничтожить все сущее. Но жгуты силы, сплетаясь в тугие канаты, продолжали стремиться ввысь, чтобы вскоре безудержным ревущим потоком обрушиться на многострадальную землю.

Мало что могло противостоять столь грандиозной мощи.

Но Никаниэль и не думал сдаваться.

Только не ощутив дыхание родных лесов.

Только не оказавшись столь близко от заветной цели.

Глубоко вдохнув, Ник начал творить.

Глава 52

Водный щит.

Воздушный щит.

Каменный щит — еще один, сменивший подточенный молниями предыдущий.

Подобно гусенице, Никаниэль укрылся трехслойным коконом. Однако удастся ли выбраться наружу бабочке — до сих пор оставалось под вопросом.

Заклинание в небе продолжало набирать силу, и Ник не сомневался, что обычными щитами его не удержать. А значит пришло время новых наработок.

Первым делом принц, подправив магический узор, заставил кристаллизоваться купол воды, превратив тот в ледяной шатер. Затем настала очередь оставшихся двух.

Никаниэль не зря тренировался всю дорогу, ища возможности усиления защиты. Всего пару дней назад ему удалось подобрать ключ к магическому орнаменту и теперь, с искусностью опытной швеи, Ник вплетал новые нити в сложную колдовскую структуру.

Сперва медленно, а потом все быстрее воздушный щит принялся вращаться. Воздух внутри него сгустился, сжался в тугую струю бушующего ветра, способного с корнем вырывать вековые деревья, затем эти струи размножились и принялись словно сражаться за право укрыть своего господина.

Возможно у него получились не столь изящные плетения, как у оригинальной магии, но, тем не менее, результата он достиг.

Дикий рев Ураганного щита заставил Мейсиса заткнуть уши, но Ник, погрузившись в глубины внутреннего зрения не обращал на внешние раздражители никакого внимания. Он чувствовал, что зависшая в вышине чудовищная сила должна вот-вот рухнуть вниз.

И чтобы ее остановить придется выложиться на полную.

Спрессованная сфера земли, еще пару лет назад вызвавшая бы восторг у недоучившегося эльфа, теперь заставляла лишь раздраженно стиснуть зубы. Ее явно не хватало против объединенной мощи вражеского колдовства. Поэтому, вновь нырнув в глубины магических узоров, принц принялся править их структуру, не забывая удерживать ключевые узлы и напитывать новые линии маной.

Земля вокруг Никаниэля еще больше уплотнилась, потемнела, исчезли едва заметные стыки и трещины. Ник с Варденом словно очутились внутри скальной полости без входа и выхода. Подобный Гранитный щит должен был бы выдержать даже прямое попадание осадной машины.

Но хватит ли этого?

Щедро зачерпнув некроэнергии, принц, напрягаясь до предела, сформировал поверх всего еще три защитных слоя из школы магии смерти. Судя по воспоминаниям Дредерса, они тоже должны были противостоять стихийному колдовству.

Это все, что успел сделать Никаниэль перед тем, как на них с Мейсисом обрушился целый мир.

Именно так показалось Нику.

Земля дрогнула, воздух вмиг раскалился так, что стало больно дышать, некромантская защита продержалась не дольше мгновения, лопнув подобно скорлупе яйца под ногой гиганта.

Кто-то кричал.

Может быть Варден.

А может и сам Ник.

Рухнув на одно колено, он прокачивал через магические каналы чудовищное количество маны, поддерживая щиты, но этого явно не хватало.

Оборона трещала по швам и должна была пасть с секунды на секунду.

Тогда, не ведая себя от напряжения, принц, действуя скорее по наитию, взял немного эссенции естества, скрутил ее в тугую нить и, продев ту в воображаемую иглу, принялся сшивать все три щита воедино.

Время остановило свой бег, и даже жар раскаленного воздуха перестал терзать легкие эльфа.

Он делал невозможное!

В волшебном трансе Никаниэль водил рукой, стежок за стежком сплетая узоры столь разные, что день и ночь показались бы близнецами рядом с ними.

И у него получалось!

Тысячи лет Альйон не видел подобной магии, но Ник не сомневался в своем успехе. До предела напрягая волю, стиснув зубы и не обращая внимания на заливавший лицо пот, он творил то, что иначе как чудом назвать никто бы не смог.

Титаническим усилием ему удалось сплавить воедино лед, гранит и ураганный ветер, создав совершенно новый Стихийный щит! И ни один из ныне живущих не смог бы его повторить. Для этого нужно быть богом. Или иметь уникальные глаза цвета жидкого золота.

Время вернулось в свое русло, и принц, тяжело дыша раскаленным воздухом, упал на колени, пытаясь унять бешено колотившееся сердце. Сверху на него посыпалась каменная крошка — наконечник копья вражеской магии пробил его оборону, но дальше продвинуться не смог.

Никаниэль выстоял.

И теперь настало время ответного удара.

— В атаку! — скомандовал Ник, отправляя в бой орды нежити.

Зомби, гули, умертвии, рыцари смерти и прочие, чье холодное сердце давно уже застыло в груди бесполезным комком, рванули с места, подвластные воле некроманта. Чуть помешкав, к ним присоединились живые.

Пораженные творимой посреди поля волшбой, они стояли с открытыми ртами, но, увидев атаку мертвецов, поняли — Владыка выжил! И ведет свою армию в бой.

Взревели огры, завыли кобольды, завели боевую песнь тролли. В едином порыве они, вместе с остальными, понеслись вперед, чтобы отомстить за вероломное нападение на лидера и смешать с грязью войска светлых.

— Это… Это… — пытался подобрать слова Мейсис, но не находил.

Даже он, не будучи магом, ощутил скольких сил стоило Никаниэлю в одиночку отразить совместное заклинание. И был безмерно поражен могуществом своего бывшего сержанта.

— Иди. — сказал Ник с трудом поднимаясь на ноги и развеивая защиту. Трава