— Меня зовут Джером Хэнди, — представился он.
— Эрик фон Даркмур.
Шо Пи по одному показал четыре движения, которые им предстояло сегодня освоить, а потом медленно повторил их все вместе. Стоя на шканцах, Фостер и де Лонгвиль наблюдали за тренировкой.
— Что ты об этом думаешь? — спросил Фостер.
Де Лонгвиль пожал плечами.
— Трудно сказать, Чарли. Возможно, это пустая трата времени. Но, быть может, то, чем они сейчас занимаются, однажды спасет кому-то из них жизнь. Этот кешиец мог бы убить меня так же легко, как сбил с ног этим градом ударов. Но он сдержался, хотя и был на меня очень зол. — Де Лонгвиль помолчал и добавил: — Дай понять остальным, что я не буду против, если они последуют примеру Хэнди. Самое время присоединить последних шестерых ко всей стае.
С каждым днем к ним присоединялись новые желающие, и к концу третьей недели все тридцать шесть человек изучали ката под руководством Шо Пи.
— Как, вы все осужденные? — с недоверием воскликнул Луи.
— Да, парень, — ответил ему чернокожий уроженец Долины Грез по имени Джедоу Шати. — Каждый здесь принял участие в маленьком спектакле Бобби де Лонгвиля, каждый взглянул в глаза Богине Смерти или по крайней мере решил, что уже близок к этому. — Он усмехнулся, и Эрик непроизвольно улыбнулся в ответ. Когда этот человек улыбался, весь свет и все счастье мира отражались в этой улыбке, которая казалась еще ослепительнее по контрасту с его кожей, чернее которой Эрик никогда не видел. Джедоу обладал способностью находить смешное почти в любой ситуации и, кроме того, умел сделать так, что в конце концов и те, кто был рядом с ним, тоже смеялись.
Ру всплеснул руками:
— Так почему же вы вели себя как последние сволочи, когда нас привезли в лагерь?
Этот разговор происходил в трюме. За последние несколько дней благодаря занятиям ката барьер между товарищами Эрика, о которых он привык думать «мы», и остальными тридцатью, которые в его сознании назывались «они», стал постепенно исчезать.
— Парень, ну как ты не понимаешь! — воскликнул Джедоу с мягким акцентом, характерным для жителей Долины, нейтральной земли, на которую в разное время претендовали и Империя Великого Кеша, и Королевство, где смешались языки, кровь и верность. — Это же был приказ! Каждый раз, когда прибывала новая группа, мы должны были устраивать новичкам ад! Так решил Бобби. Разве ты не видишь, что пока он не решит, вешать нас или нет, он обращается с нами хуже, чем с грязью на подметках своих сапог? Только когда нам разрешили снять эти чертовы петли, мы начали надеяться, что сумеем протянуть чуточку дольше.
Джером Хэнди, который ростом почти не уступал Бигго, а в плечах был даже шире, сидел напротив Эрика.
— Мы с Джедоу были в первой шестерке. Четверо других погибли. Двое попытались перелезть через стену, и эти застрельщики со своими огромными луками подстрелили их как куропаток. — Хэнди сложил руки, изображая птицу, а губами издал смешной хлопающий звук. Эрик с удовольствием обнаружил, что Хэнди, у которого был такой угрожающий вид, совершенно преображался, получая аудиторию, и становился весьма обаятельным. — Один потерял голову на тренировке и напоролся на меч. А последний… — Он поглядел на Джедоу.
— Да, плохая история, — сказал тот. — Роджером его звали.
— Верно. Роджер. Он пытался бежать и убил стражника. За это его повесили.
— И давно это было? — спросил Эрик.
— Больше года назад, приятель. — Джедоу провел ладонью по голове. Он был почти полностью лыс, а остатки волос за ушами каждое утро брил насухую, и Эрик всякий раз вздрагивал, глядя на эту процедуру.
— Год! — воскликнул Билли. — Вы проторчали целый год в этом лагере?
Джедоу усмехнулся.
— Можно подумать, парень, что у нас был выбор, — он загугукал, изображая счастливого младенца. — Кормили от пуза, компания была, — он метнул на Хэнди притворно злобный взгляд, — забавной, не сказать бы иначе. Ну, и чем дольше мы там торчали…
— Тем что? — спросил Ру.
— Тем дольше де Лонгвиль и Орел тянули с отправкой туда, куда они сейчас нас везут, — ответил вместо Джедоу Бигго.
— Точно.
— Так вы целый год играли в солдатиков? — спросил Луи.
— Больше года, и я не назвал бы это игрой, потому что люди гибли взаправду, — сказал человек по имени Петер Блай. Хэнди кивнул:
— Из семидесяти восьми человек, которых за это время привезли в лагерь, остались мы тридцать.
— Тогда понятно, почему капрал Фостер и… каково настоящее звание де Лонгвиля, кто-нибудь знает? Когда я в первый раз увидел его, то принял за аристократа, — сказал Шо Пи.
Джером покачал головой:
— Сержант — это все, что я о нем слышал. Зато своими глазами видел, как он отдавал приказы рыцарь-капитану королевской гвардии. Здесь он второй после эльфа.
— Эльфа? — переспросил Эрик.
— Так кое-кто из ветеранов называет Орла. И это не шутка. И не признак неуважения. Я слышал, они говорили, что он не человек, — сказал Луи.
— То-то он выглядит несколько странно, — сказал Ру.
Джером рассмеялся, а Джедоу сказал:
— Вы только подумайте, и это он говорит о странном виде! Все расхохотались, а Ру, покраснев от смущения, отмахнулся:
— Я хотел сказать, что он не похож на остальных.
— Ни один из нас не похож на остальных, — заметил ШоПи.
— Ладно, мы поняли, что ты имел в виду, — сказал еще один мужчина, имени которого Эрик не знал.
— Я никогда не был на западе, хотя во время Войны Провала мой отец сражался в этих краях с цуранцами. Парни, слышали бы вы, о чем он рассказывал! Он видел эльфов в битве у Серых Башен, когда эльфы и гномы нарушили договор, и говорил, что эльфы высокие и красивые, хотя волосы и глаза у них почти как у нас. И еще он говорил, что в них чувствуется что-то необычное и двигаются они, как будто танцуют, вот как, — сказал Джедоу.
— Тот, кого называют Орлом, соответствует этому описанию. Но вообще-то мне бы не хотелось с ним сталкиваться, — сказал Шо Пи.
— Это тебе-то? — сказал Эрик. — Тому, кто способен вырвать меч у солдата? Я думал, что ты никого не боишься.
— Я действительно отнял меч у солдата, Эрик, но я никогда не говорил, что при этом не испытывал страха. — Шо Пи задумался. — В этом Кэлисе есть что-то очень опасное.
— Он сильнее, чем кажется, — сказал Хэнди, почему-то смутившись. — В самом начале, еще до того как он поставил главным Бобби, я решил с ним подраться на тренировке, и он двинул меня так, что я до сих пор удивляюсь, как у меня не раскололся череп.
— Очень толстая кость, парень, даже слишком, — заметил Джедоу, и все засмеялись.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
