Дэву на горе дело складывалось так, что этому Хасегаве было известно о планах империалов больше, чем ему. Может быть, эскадра «Цветок сакуры» уже получила соответствующее сообщение со специальным курьером, например, или же с каким-нибудь кораблем, хотя бы с тем же самым «Араси», только настоящим, о начавшейся на Эриду высадке сил Империи? Или же Хасегава лишь думает о том, что запланированное вторжение на Эриду уже идет полным ходом и просто желает узнать у Ихары подробности?
Ответ невпопад мог вдребезги разбить план Дэва.
– Операция осуществляется согласно плана, – напустил туману Дэв. – «Араси» вряд ли был бы здесь, будь это по-иному, не так ли, капитан?
– Итаримае-е! – закивал Хасегава. – Конечно!
– Как здесь дела? – полюбопытствовал в свою очередь Дэв, чуть успокоившись.
– Все нормально. Первые операции повлекли на удивление небольшие потери и удачно завершились взятием космопорта и всех прилегающих к нему районов. Вскоре после этого нам удалось овладеть и столицей. А бунтовщики теперь перешли к партизанской войне, их базы в горах. Из. того, что мне удалось услышать от наших сухопутных коллег, наши силы подавят сопротивление бандитов в течение нескольких последующих дней.
– Ятта! – изобразил восторг Дэв. – Прекрасно!
Впрочем, если говорить откровенно, восторг он и не пытался изобразить. Он, действительно, был обрадован тем, что не опоздал. Не опоздал!
Конечно, это не доказывает, что Катя и Синклер живы, что правительство Конфедерации существует, но, по крайней мере, была хоть какая-то надежда.
– Вы не хотели бы обменяться загрузками, тайса-сан?
– Очень сожалею, капитан, – ответствовал Дэв. Вот на эту любезность он уж никак не мог ответить любезностью – непосредственный обмен цефлинк-данными между двумя капитанами хоть и входил в этикет общения, но стоило Дэву подбросить этому японцу хоть чуточку данных из своей персональной памяти – и конец этой шараде. Хотя, с другой стороны, Дэв многое готов был отдать за то, чтобы покопаться в аналогичном хранилище Хасегавы – узнать, например, как развертывались силы империалов или планы предстоящих операций. – Не могу, капитан. Не имею возможности.
Хасегава недоверчиво, а может и сочувственно хмыкнул.
– Какие-нибудь сложности, капитан?
Вообще, конечно, вряд ли можно считать проявлением хамства отказ от обмена персональными запасами памяти – ритуал этот был сугубо неофициальным. Однако, если тебя приглашало лицо, находившееся на ступеньку выше тебя, отказываться было не принято.
Кроме тех случаев, разумеется, когда приглашаемой персоне было что скрывать.
Дэв вежливо поклонился.
– Тайса-сан, для меня большая честь получить от вас такое приглашение, но к великому моему сожалению, время не терпит. У меня… я столкнулся с небольшой проблемой на борту моего «Араси». Может быть, мы могли бы назначить обмен на другое время?
– Конечно, – отвесил ответный поклон Хасегава. – Я понимаю, что у вас сейчас дел по горло, вы ведь только что вышли на орбиту.
Вежливый отказ Дэва, стало быть, принимали.
– Благодарю вас, тайса-сан. Надеюсь, что наша следующая встреча будет более длительной.
Дэв отключил ВИРком и очнулся, плавая в невесомости в рубке связи «Орла». Лицо его взмокло от пота, Дэв заметил, как от носа внезапно отделилась капля и маленьким, напоминающим крохотную планетку, блестящим шариком повисла в пространстве. Нет, он не опасался, что своим отказом возбудит подозрительность Хасегавы – этот старичок просто желал узнать новости. Это лишний раз подтвердило, что капитаны кораблей эскадры «Цветок сакуры» питались, главным образом, слухами и всякого рода известиями, которые они получали друг от друга, избегая для получения информации забираться на ступеньку выше по иерархической лестнице.
Это чуть облегчало задачу «Орла».
Снова войдя в сеть бортовой цефлинк-связи он поднял по тревоге Лару и остальной офицерский состав, объявив, что настало время действовать согласно плану.
Несколько часов спустя Дэв сидел уже в другом аэрокосмолете VK-180 «Небесный ветер» и выводил с орбиты эту машину. Этот корабль был большой, абсолютно новый, один из тех, что им удалось захватить на Дайкокукичи, поэтому у него отсутствовали опознавательные знаки подразделений. Перед мысленным взором Дэва проплывали данные, странно смотревшиеся на фоне огненных сполохов, окутавших аэрокосмолет – он входил в плотные слои атмосферы. Среди данных появилась семерка зеленых ромбиков, обозначавших вероятное местонахождение остальных аэрокосмолетов. Вообще-то достоверность таких данных, доходивших сюда извне во время входа корабля в плотные слои атмосферы, внушала сильное сомнение. Ионизационные хвосты от кораблей растягивались на многие километры за ними, светясь во тьме космоса ярко-зеленым свечением. Аэрокосмолет стал входить в более плотные слои атмосферы, огненная пелена, окружавшая его, исчезла, как только скорость аэрокосмолета уменьшилась до семи единиц.
Яркий – намного ярче, чем свет полной Луны на Земле, – застывший неподвижно диск Колумбии высветил под ним голубовато-жемчужную пелену облаков, напоминавшую расплавленное серебро. По левому и правому борту, остальные семь аэрокосмолетов держали боевой порядок. Чувство одиночества не покидало Дэва, да и остальные наверняка испытывали схожие чувства – каждый корабль имел лишь один пилотский отсек. Между ними не было переговоров по эфиру, поскольку их тут же засекли бы пеленгаторы империалов. Перед ленчем на борту «Орла» Дэв дотошно объяснил каждому пилоту все боевые порядки соединений и подразделений империалов, и их теперешний спуск на Новую Америку мог бы послужить образцом для любого выпускника Имперской военной академии.
Далеко внизу, на фоне пепельно-серых облаков высветились ярко-белые инверсионные следы. Вот эти уж точно империалы, мелькнуло в голове у Дэва. Интересно, бросятся они на них или же просто, приняв за своих, спокойненько пропустят?
Дэв переключил внимание на объемно-голо-графическую карту-макет, которую он вызвал из блока ИИ, ведавшего рекогносцировкой. Несколько маломощных лазеров давали на борт аэрокосмолета данные непрерывного сканирования поверхности планеты, им в этом помогали и несколько остронаправленных радаров. В соответствии с данными на дисплее, его аэрокосмолет находился над Морем Форрестола в пяти тысячах километрах на северо-запад от Стоун-Маунтин.
Им как раз туда и было нужно, на Стоун-Маунтин. Там, где прежде размещался арсенал вооруженных сил Гегемонии, теперь находился самый надежный бункер планеты и Дэв знал, что правительство конфедератов планировало переместиться сюда в случае падения Джефферсона. Здесь было вдоволь места для размещения и десяти таких правительств – десятки километров ходов сообщения и тысячи квадратных метров защищенных многими метрами крепчайшего гранита. Дэв продолжал вглядываться в дисплей; как только аэрокосмолет, снизившись, прорвал толщу облаков, лазерные лучи, устремившиеся вниз из подбрюшья аэрокосмолета, тут же представили ему подробнейшую картину поверхности – облачный покров заметно снижал разрешающую способность сканеров. Прекрасно. Курс верный, нет задержек и по времени. Дэв разглядел линию берега, затем какую-то деревеньку – разбросанные домишки, несколько фермерских хозяйств чуть поодаль – все это пестрым ковром проплывало на экране, хоть и находилось в тридцати километрах внизу.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
