— Да, я знаю, славная девочка. Вы решили пожениться?
— Я сделал Клер предложение.
— Я рада, что вы познакомились из-за меня, Майкл, — это единственное, что действительно меня радует сейчас.
Через неделю, повидавшись с Сашей, очень довольным жизнью в Кембридже, где он был одним из самых молодых студентов, я всей семьей уезжаю в Рим.
Жизнь, если бы не была для меня так трагична, устроилась как нельзя лучше. Вилла, часть которой мы заняли, радовала европейским комфортом и была очень красива. Прекрасный сад, огороженный старинной кованой решеткой, затенял ее от весеннего, но уже палящего солнца. Алиса играла целыми днями среди цветов. По субботам мы ездили на море. Такое удовольствие наблюдать, как Алиса плещется в воде и самой окунуться.
У меня, видимо, срабатывает защитный инстинкт. Я начинаю находить удовольствие в нашей жизни в Риме, она безусловно спокойнее и свободнее, чем в Москве. Сама я впервые в Италии и, когда позволяет время, мы с Клер и Алисой ездим по городу, осматривая достопримечательности. Мы втроем ходим по картинным галереям, а если мне по работе нужно съездить в Милан, Флоренцию или Венецию, я беру их с собой, пока жара не становится невыносимой. В середине лета я могу уже работать только в посольстве, которое все оснащено кондиционерами. Я хожу, переваливаясь, как утка, тяжело плюхаюсь в кресло, подставляя лицо под вентилятор, а на выходные мы уезжаем на горное озеро Бриччано, где прохладней. Посольские арендуют там на берегу домик и пользуются им по очереди. В посольстве меня стараются освобождать от утомительной работы, но заменить меня пока некем, боюсь, что ехать в Лондон придется прямо в сентябре, накануне родов. Коля должен приехать пятнадцатого числа.
— Знаешь, Клер, я думаю, что мне незачем теперь переезжать в Лондон, — говорю я то, о чем не раз задумывалась последнее время, — Какая разница, где жить, раз вдали от Коли? Я, пожалуй, соглашусь продолжить здесь работу. Ведь и наши дома будут сданы в аренду еще два года.
— Вот и отлично, — обрадовалась Клер, — Майкл мне написал, что в Риме требуется офицер охраны. Может, будем жить рядом. Скоро приедет Дженни, она ведь должна познакомиться как следует с Алисой. Малышка не должна бояться ее.
В июле на каникулах ко мне приезжает Саша. Он сильно изменился за полгода, повзрослев, но сохранил, к счастью, детскую непосредственность, за которую я его всегда любила.
— Ого, леди Бетси, ты всегда отлично устраиваешься, это просто музей! — говорит он, осматривая виллу.
— Саша, я бы с удовольствием оказалась сейчас в комнате нашей ленинградской коммуналки, но с Колей.
— Ну, это само собой, но раз уж не получается, лучше так, чем в нищете, правда? Коко просил присмотреть за тобой. Может, у тебя двойня?
— Нет, дорогой, у нас сын, твой тезка, я уже сообщила Коле.
Саша трогательно заботится обо мне, хотя отвлекается посмотреть город. Колизей и римские развалины производят на него впечатление, как на любого мальчишку, видевшего в кино «Спартака». Вечерами за ужином, уплетая понравившуюся пиццу, он с набитым ртом рассказывает о своих впечатлениях.
— Леди Бетси, правда, мне везет в жизни? Мне всего шестнадцать лет, а я уже учусь в Англии и вот теперь я в Риме! И еще мама завет в Аугсбург.
— Да, Саша, но ты ведь заслужил это.
— Знаешь, сколько ребят там у нас в Ленинграде таких же, как я, и даже лучше, а повезло мне!
Почти одновременно с Сашей в Рим приезжает сестра Клер Дженнифер. Она очень похожа на Клер, но моложе, ей двадцать лет. Алисе она понравилась сразу. Все должно было быть хорошо. Я ходила огромная, как слониха, Саша подавал мне вечерами книгу или стакан сока, подставлял скамеечку под ноги. Мне вспоминалось, как три года назад за мной так же ухаживал Алекс. Ах, как бы я хотела, чтобы со мной был Коля, но Саша очень мне помогал, и с ним не было так тоскливо.
В середине августа, перед Сашиным отъездом в Лондон, мы на машине возвращаемся с озера в Рим. Я теперь предпочитаю ездить с шофером, сама я уже не рискую садиться за руль. Нашу машину догнала группа мотоциклистов, затянутых в черную кожу. Черный пластик шлемов, не дающий увидеть лица, вызывал тягостное чувство тревоги. Объехав нас с двух сторон, они понеслись с шумом перед нашей машиной, выезжая на встречную полосу, опять отклоняясь к обочине. Шофер чертыхнулся и дал гудок. Мотоциклисты еще беспорядочнее засновали то вправо, то влево, внезапно один из них, должно быть зацепив колесо впереди идущего, падает вместе с мотоциклом, развернувшись несколько раз на асфальте, и наша машина резко тормозит и останавливается в полуметре от распростертого тела. Я уже не вижу, что мы на него не наехали, мне становится плохо. К счастью, предусмотрительная Клер берет с собой радиотелефон на всякий случай, и вот такой случай наступил. С места происшествия уезжают две машины скорой помощи, одна не спеша увозит тело пострадавшего в морг, другая срочно доставляет меня в клинику.
Ночью у меня родился сын. Саша всю ночь продремал в холле перед моей палатой. Рано утром, измученная борьбой с природой в безуспешных попытках сдержаться и остановить преждевременные роды, пока мне не пригрозили, что это вредно для здоровья младенца, я лежу в изнеможении, напичканная транквилизаторами, и только судорожно прижимаю сына, боясь выпустить его из рук в мир, полный сумасшедших мотоциклистов. Ко мне входит Саша и, нервно улыбаясь, смотрит на малыша и на меня.
— Бетси, с ним все в порядке?
— Да, Саша, познакомься, это Алик. Не смотри, что он такой маленький и страшненький, ему ведь не дали догулять каникулы. Он наверстает!
Саша смеется радостно.
— Надо дать телеграмму Коко?
— Мы ему позвоним чуть позже, он еще спит. Жаль, он так хотел присутствовать при этом событии. Но главное, что все хорошо закончилось. Тебе тоже нужно отдохнуть, ты бледный. Ты спал эту ночь?
Саша кивает головой: — Со мной все в порядке, не волнуйся!
— Ах, Саша, я так рада, что ты здесь! Без тебя я чувствовала бы себя очень одиноко. Спасибо!
Саша подходит ко мне и целует покровительственно в щеку, как взрослый мужчина. Тут появляются Клер, Дженни и Алиса.
— Это тоже Алиса? — ревниво спрашивает моя дочь.
— Нет, котенок, это Алик, твой братик. Ты будешь его защищать? Видишь, какой он маленький!
Алиса, насупившись, тут же подходит к Саше и обнимает его. Саша берет ее на руки.
— У Элис старший брат и младший братик, — наставительно говорит Клер и Алиса расплывается в улыбке.
Дженни берет у меня из рук Алика и укладывает в кроватку. Я набираю Колин телефон, хорошо, что теперь появилась автоматическая связь. Коля подходит к телефону сонный, еще семь часов, я передаю трубку Саше, чтобы он его подготовил.
