уйдете.
— Святослав? — Дыханье перехватило.
— Всё так.
София сорвала алую ленту, после чего в ее руках оказалась старинная книга с плотным переплетом и обложкой из темной кожи. На первой странице сверкала рунная вязь: «Созвездия Северной Сферы».
Это приятное открытие начисто стерло из памяти уколы ревности. Она вдруг поняла, что вновь обрела в его лице близкого, надежного друга.
* * *
Теплое дыханье коснулось щеки, а настойчивые губы подарили первый в ее жизни поцелуй. Соня вытянула руку — кто-то склонился над ней: знакомое лицо, густые волосы с косичкой воина за левым ухом, на рельефном голом торсе холодный кусочек металла — медальон.
— Святослав?
Князь сидел на краю кровати полутемной комнаты, обнаженный по пояс и в слабом свете раннего утра девушка увидела, каким дерзким и жарким был взгляд его пленительных синих глаз. Она хотела заговорить, но он обхватил ее голову ладонями и привлек, снова целуя. София, не отошедшая от дурмана сна, не сопротивлялась. Она так долго и упорно считала его врагом, виня в бедах измученной Арги, и потому испытав сейчас удовольствие — смутилась.
Мужские руки соскользнули на плечи, изучили шелк тонкой ночной сорочки.
«Но…» — сознание медленно пробуждалось. Верея сказала — Святослав уехал на север. Не мог же он развернуться на полпути и вернуться в Стифополь? Или мог?
Душу затопил холодок. Она попыталась отстраниться, но князь не пустил. Неожиданно ее пронзил ледяной холод, а голова взорвалась воющим свистом пугающего хора.
Заложница, что было силы оттолкнула Святослава и вскрикнула от ужаса — его облик стал преображаться: лицо окаменело и покрылось ледяным панцирем, глаза ввалились, обратившись двумя белыми колодцами и вспыхнули мертвенным светом. Волосы побелели и спутанными клоками замерли на голове. Мускулы пожрала костлявая немощь, на пальцах блеснули д черные когти. Вместо молодого красивого мужчины к ней тянулось уродливое порождение Мрака. Белоглазое чудовище распахивало беззубый рот и издавало чудовищный рык:
«Мы тебя увидели…»
Резкий вскрик… и сон развеивается.
В спальне было темно и тихо. В соседней комнате спали Лия и Мия. В камине тлели угли; за окнами шумел дождь и визжал ветер. И никаких белоглазых чудовищ.
— Просто кошмар, — выдохнула девушка и откинулась на подушку.
Однако больше не уснула. Проворочавшись еще час, встала, натянула теплый халат и, взяв в руки кровавый рубин (он всегда ее успокаивал), стала мерять комнату шагами. Ну, прям, как Будиш, усмехнулась мысленно.
Нужно было принимать решение. Однажды ужас пересилит, и ее ночные крики станут достоянием всего Стифополя. Правитель Роман примет ее за ненормальную и, чтобы излечить, сошлет в какой-нибудь дальний монастырь, благополучно забыв. Тогда последняя надежда, что однажды ей позволят вернуться домой — навеки угаснет.
Девушка стиснула холодный камень в ладони. Кому можно доверить темную тайну? Кому можно открыться в городе врагов?
Снаружи начало светать. Она уставилась на сереющее небо и вспомнила: старый целитель Хорс узнал ее тайну еще у Лысого Утеса! Но, как и обещал — сохранил при себе. К нему и помчалась на рассвете.
… Колдовское ложе Стифополя, алхимические лаборатории и помещения целителей и придворных лекарей располагались в южных башнях дворца.
— По коридору — восьмая дверь справа, — ответил слуга на вопрос: где найти сударя Хорса.
Каблучки Софии цокали по мраморным плитам. Из распахнутых дверей, мелькавших мимо, доносились мужские голоса. На столах в колбах кипели разноцветные жидкости, что-то блестело на стеллажах, несло тяжелыми земляными запахами и яркими острыми ароматами специй и металлов.
Наконец, она заметила восьмую дверь. Трижды постучала и, получив приглашение, вошла. Большая затемненная комната произвела гнетущее впечатление. Унылый серый свет пробивался сквозь затянутые узорными решетками окна. На широких подоконниках покоилась коллекция полированных черепов с пустыми глазницами. На низеньких диванах вдоль окон пестрели расшитые серебром подушки и полуразвернутые свитки.
Стеллажи и полки были завалены древними книгами в красивой коже. На стенах висели пучки разных трав и соцветий, как сухих, так и недавно сорванных. На столе посреди комнаты мигала свеча, рядом поблескивала чернильница с несколькими перьями и чистый лист. Сам Хорс сидел за столом и вчитывался в какую-то старинную рукопись.
Увидев гостью, он отложил ее и приветствовал:
— Сударыня, какая неожиданность.
— Сударрррыня, сударррыня, — ворон, дремавший на высоком шесте около окна, вскочил на лапы и захлопал крыльями.
— Господин Хорс. Корвин, — София улыбнулась старику и говорящей птице.
— Чем могу помочь? — Целитель предложил девушке кресло у очага, над которым в котелке булькала пахучая жидкость. — Вывариваю корни лунной сивушки, — пояснил, оглаживая подбородок. — Братья Ордена, Тех кто Умножает прислали мне любопытный рецепт. Не поверите, но согласно старым записям снадобье из вываренных корней сивушки способно унимать самые сильные и безнадежные кровотечения.
— Как интересно, — София села в кресло.
В полумраке у стены что-то заворочалось, издав глухой рык. Девушка испуганно обернулась и встретилась взглядом с двумя большими янтарными глазам с круглыми зрачками.
— Не пугайтесь, это мой пес. — Старик и обратился к животному: — тихо, тихо, она друг.
Пес храпнул, зевнул и послушно вернулся на лежанку у стены.
— Красивый, — улыбнулась София, разглядывая большую собаку светло-серебристого окраса с острыми ушами, точно волчьими.
— Он из породы северных данасси. Охотник. Я подобрал его, возвращаясь из Ордена Тех, кто Умножает. Он был сильно изранен и, видят Боги, страшно истощен. Пришлось потрудиться, чтобы вернуть Янтаря в прежнюю форму. — Хорс задумчиво помолчал и вернулся за стол. — Итак, чем я могу вам помочь? Рана на ноге снова открылась? Или вас беспокоит ожог на ладони?
— Не совсем…
— А… дайте угадаю, кошмары?
— Да, — печально кивнула. — Я очень боюсь.
— Кошмаррры. Кошмаррры, — Корвин повторил за хозяином, хлопая крыльями, и балансируя на шесте на одной лапе.
— Так, так, — старик потер руки, встал, прошел вдоль полок и, раздвинув пучки неизвестных сушенных трав, собранных на склонах неприступных гор, нырнул в полумрак. — Думаю, у меня есть кое-что подходящее. Дай, Властелин Небес, поможет.
Хорс вернулся к столу, сжимая в руке вычурный талисман, сплетенный из крепких серебристых нитей и магических жил, натянутых на круг из ивовой ветви; на узорную паутину были нанизаны сушеные веточки бузины, хрустальные бусины и перламутровые перья диковинной птицы.
— Это амулет Светлых Сновидений. Он заклят северной магией и очень силен. Повесьте его около кровати и кошмары, запутавшись в этой паутине, больше не причинят вам вреда.
— Благодарю, — София встала и поклонилась старику.
— Благодарррю, благодарррю, — Корвин прыгал по шесту, как заводной — только черные перья летели по сторонам.
— Всего доброго, господин Хорс. И тебе, Корвин.
Он проводил девушку глубоким взглядом ледяных серых глаз и обратился к ворону:
— Ну, что, скажешь, помощник?
— Рудррра Эфира.
