Глава 24
– Вика! Давай скорее! – хнычет Карина. – У меня сейчас пальцы на ногах отвалятся!
– Да блин! Показывает тридцать минут ожидания! Я не понимаю… – рычит моя подруга, колотя пальцами по дисплею телефона.
Я солидарна с Кариной: мне кажется, что у меня обморожение, а если постучать коленями друг о друга, они рассыпятся, как стекло. Наша нетрезвая невеста уже пятнадцать минут пытается вызвать такси, и без прикрас – к первой брачной ночи она обзаведется циститом, как и мы все!
Да что творится с этой зимой?! Сегодня минус двадцать! Минус двадцать, когда такое было?
Пф-ф-ф…
Мы окоченели, даже несмотря на алкоголь. Хотя, мне кажется, что я уже успела отрезветь.
Сегодня суббота, и сегодня у нас девичник. Нас четверо. Я, Вика и ее коллеги – Карина и Марина. Очень приятные девушки, мы уже встречались раньше. Сегодня мы пили текилу в баре, потом решили поехать в…
Господи, я не помню.
В какое-то место, где все танцуют на столах…
Почему нельзя было подождать такси внутри? Очевидно, все мы забыли, что на улице декабрь. У меня в носу иней. Жмемся друг к другу, как цыплята. Это выглядит забавно, потому что на нас разноцветные тюлевые юбки до колен. У меня, например, красная. А на ногах серые чулочные ботфорты, но они не того сезона, поэтому, если мы тут же не уедем, меня ждет ампутация пальцев.
В кармане вибрирует телефон. Сегодня я не брала с собой сумку и у меня минимальный набор вещей: телефон, карточка и ключи от квартиры. Главное - ничего из этого не потерять.
Я знаю, кто звонит.
Антон «Бес» Наумов.
Он звонил сегодня дважды, но я не брала. Потому что не знаю, что делать. Ответить ему – значит опять пустить в свою жизнь. Я могла бы это сделать только в том случае, если в ней не будет Веры. От слова вообще.
Пойдет ли он на это? Я не знаю.
К серьезному разговору я пока не готова. Если ему надоест за мной бегать, значит, я для него всего лишь разноцветный перепихон. Боль от этого факта я уже пережила, два раза умереть нельзя. Но вчера в его глазах, в его поцелуях я чувствовала что-то большее. Я и раньше это чувствовала. От этого мое сердце машет крыльями. В то же время у меня на него целый мешок обид, с которыми я не знаю, что делать. Он не развеял ни одного моего сомнения, скорее, наоборот. Стоило Наумову появиться из ниоткуда, и я обо всем на свете позабыла.
Вести войну, когда влюблен в противника, оказалось катастрофически сложным. За мою тридцатидвухлетнюю жизнь ничто не подготовило к этому бою.
Он что, поставил автодозвон?
Достаю телефон.
Засунь обратно.
Не засуну.
Засунь.
Я люблю его…
Ты пьяная…
– Алло…
– Я два раза звонил… – рычит Наумов.
Жмурю глаза. Какой же приятный у него голос. Меня даже качнуло немного.
«Аленушка, притормози…»
«Бл*ть, обхвати сильнее… м-м-м…»
«У тебя кожа сладкая…»
А-а-а…
– Алёна?..
Черт, черт, черт…
– ...где ты?.. – доносится до меня сквозь параллельную реальность.
– А?
– Пи*ц! Где ты?
– Я… эм-м… не знаю…
– Ты в раскидухи. В курсе? – орет он. – Где ты?
– Мне… мне пора… – говорю и вешаю трубку, потому что перед нами тормозит черный джип «Мерседес».
Телефон, тут же начинает звонить снова, но я игнорирую его. Это достаточно просто, ведь я соображаю кое-как.
Стекло пассажирской двери опускается, и я вижу за рулем улыбающегося блондина, моего спасителя-парковщика!
Губы расползаются в ответной улыбке.
– Подвезти? – спрашивает он, наклонившись ближе к окну.
Киваю и переминаюсь с ноги на ногу.
– Запрыгивайте! – говорит он, махнув светловолосой головой.
Нам не нужно предлагать дважды, спустя мгновение разноцветные зефирки загружаются в «Мерседес». Мне, как невольному организатору этого такси, предоставили переднее пассажирское сидение.
Как такое возможно? Я имею в виду то, что мы снова встретились.
– Привет… – говорю, потирая окоченевшие руки в оранжевых рукавицах.
Он включает печку на полную и спрашивает, скользя глазами по моему образу:
– Ты всегда так одета?
Запрокидываю голову и смеюсь. В самом деле, в его глазах я что-то вроде городской сумасшедшей.
– Ага, – отвечаю, желая поддержать свой имидж. – Как тебя зовут?
– Костя, – протягивая руку, представляется он. – Ты не нашла мою визитку?
Улыбка сползла с моего лица, когда я вспомнила, куда делась его визитка.
