— Не буду, если закроешь свой ротик.
— Любишь меня?
— Люблю. И бедной, и толстой, и тощей.
— И без желудка?
— И без желудка.
Рэйко с удовлетворением потянулась, пробормотала «я тебя люблю» и притихла. Вскоре послышалось ее ровное дыхание. С Юи же сон слетел окончательно. Он вылез из постели за шерри, убедился, что утро уже близится, и снова лег. Лег и отдался смутным тревожным фантазиям. «Сегодня уже не уснуть», — подумал он, свертываясь калачиком.
...Аромат мыла, благоухание юной девушки, смеется Рэйко. Она поднимает руку, дует на ладонь — и рождается множество мыльных пузырьков. Переливаясь густо-бордовым, они не уплывают в небо, а исчезают в темном полу, поглощенные мрачной бездной. Рэйко внезапно сжимает руку в кулак. Мыльные пузырьки мгновенно исчезают, белая жидкость сочится между пальцев и капает на пол. Прощайте, детки мои... Там мой ребенок, говорит Юя. Ребенок не нужен, говорит Рэйко и разжимает руку. Маленький голубой мячик. Прыг, прыг, п р ы г... Подскакивая, несется прочь. Прощай, детка моя, машет Юя вслед мячику, а тот все меньше и меньше. Прощайте, любители детских сказок!..
Нет ли сна поприятнее, кричит Юя во тьму, обращаясь к черной тени, еще более черной, чем окружающий мрак.
— Для сна после шерри это самое-самое, отвечает Мефисто. — Откуда ты? — Я? Из пентаграммы. — Врешь! Я знаю твое имя... SFX 5U... Давай-ка сон получше! — У нас всякие сны имеются! После пива, после виски, после джина, абсента... — Мне бы после вина. — Белого или красного? — Бордового. — Хо-хо! Какой марки? — «Миса». И предупреждаю сразу, я ничего такого не думал, это Рэйко сама разговор завела. — Во сне оправдания не принимаются!
...Венера, родившаяся из моря вина, в платье винного цвета. Повальсируем, милая девушка? — Я предпочитаю фокстрот. — Может, без платья, ведь на Венере при рождении его не было? — Ах, от него без противозачаточного не избавиться... Ой, нету, неужели обронила? Венера принялась шарить под столиком. Волей-неволей Юе пришлось взять подсвечник.
Эй, Мефисто, прекрати! — Ну прости, прости... Невидимый Мефисто хохочет. Словно кошка орет. — Это же все шерри, давай что-нибудь новенькое... Запах дикого шиповника.
Ах, нашла! Это шиповник, ой нет, лиана мататаби. Ну да не все ли равно... Роскошная грудь... Не любишь толстых женщин?.. Рэйко?! Суровый, да? — это голос Мисы... Смотреть противно было! Рэйко поглаживает свои груди...
Мефисто! Это же Рэйко! Ты еще не решился, кривит губы Мефисто. Он похож на Китами... Ну что, одолеешь меня, спрашивает тень. Что скрывать, я никакой не Мефисто... Серебристо-голубоватый шар... Стой, стой, мой желудок! Миса несется вдогонку. Нет, это мой! Как знать, хохочет над головой Мефисто... Серебристо-белый мир... Луна в небе... Мой желудок — Луна?.. Да, за сегодняшний сон мне бы должны заплатить.
Он лежал. Он видел свое лежащее тело. Его двойник поднялся и принялся судорожно ловить Луну, но впустую. Луна хохотала. Юя потерял силы и рухнул. 5U, 5U, спаси меня!.. Огромная капсула... «Мам, она слишком здоровая!» Юя ощутил боль в голове. Из головы двойника вылетел серебристо-белый шар. Это... мой мозг!!! Я освободился от собственного тела! Идиот, сказала ему Луна, не понял, что ли, это не мозг, это душа, ты умер. Луна спустилась на землю, заглотнула его душу и еще громче захохотала...
Сгинь, сгинь, колдовской мир!
Эй, глупый странник! — это Мефисто-тень. — Пока ты странствуешь, тебе от меня не сбежать. Ты хоть соображаешь, что говоришь? Мне — сгинь! До чего же ты глуп, странник, взгляни на мир здраво, пока утренний свет еще не превратил его в призрак и не окутал твое id покровами сознания. Ты же знаешь, 5U не изгоняет тревогу. Потому ты и назвал меня SFX 5U. Признай, что ты это знаешь. Признай — и твое странствие тут же закончится.
Значит, я умру. И взамен получу покой. Юя помчался к тени. Его руки, его ноги становились все тоньше и тоньше, растворяясь во мраке. Я люблю жуков, смеется Миса. Это смех Рэйко.
Что-то мягкое, влажное. Грудь Рэйко. Юя проснулся оттого, что трудно дышать. За плотными шторами угадывалось утро. Он погладил живот, убедился, что желудок на месте. Ежеутренний ритуал. Чтоб окончательно избавиться от сновидений. «Поганый сон», — пробормотал Юя. Ощущение только одно — мерзость. Сон-гротеск, как и всегда.
— Насладился? — спросила Рэйко.
— Что, разбудил-таки?
— Ты ночью впился мне в грудь, очень сильно, прямо следы остались... Так кого же ты видел во сне?
«Миса там тоже была», — вспомнил Юя. «Мерзкий сон», — повторил он. Часы еще позволяли поваляться, но он заставил себя сесть. Спать не хотелось. Утренние видения бывали еще более причудливыми и ощущались, как полная реальность.
— Надеюсь, не мамочкину грудь ты сосал?
— Кто его знает. Если да, то ты вышла замуж за мужчину с комплексом матери. — Юя вылез из постели.
— Это лучше, чем ловелас, или нет? Я люблю тебя.
— ...ну еще же так рано...
Юя распахнул дверь и обернулся:
— Слушай, а Мива-то уже в доме!
Снизу негромко доносился шум вентиляции.
— Ну и что! Она же не заходит в спальню.
— Что мне сегодня изобразить на лице?
— Ты о чем?
— Перед шефом, я имею ввиду. Надо бы подумать, как теперь держаться.
— Может, что-нибудь вроде «скорблю о вашей утрате»?
Юя резко выдохнул и вышел из комнаты.
Он принял душ и привел себя в порядок. Воспользовавшись тем, что Рэйко молча стоит к нему спиной, спустился по лестнице вниз.
В белоснежном фартуке с оборкой, надетом поверх темно-голубого платья, горничная убирала в комнате следы вчерашней суматохи.
— Ах, это вы, хозяин! — сказала она своим низким спокойным голосом и поставила на стол чисто протертую хрустальную пепельницу. — Рано поднялись сегодня. Доброе утро.
В ее словах был укол, скрывать свои мысли она не умела. А тон хорош, без всякого суетливого подобострастия.
— Доброе.
Он поправил свой галстук.
— Не темноват ли, хозяин?
Юя рассказал о Мисе.
— Очень печально, — отозвалась Мива, — но ведь вашей вины в том нет. Поздравляю с повышением.
— Хочешь сказать, теперь повышайте оплату? — Юя пристально посмотрел в узкий разрез ее глаз. Моя ровесница, а такое ощущение, что она старше. Не из-за этого ли холодного взгляда? — Так за этим к Рэйко.
Мива отвела глаза.
— Вы последнее время стали походить на хозяйку.
— Не хотел тебя обидеть.
Юя вслед за ней вошел в столовую, сел за стол.
— Сейчас все подам.
— Я не буду завтракать. Голова побаливает.
— Ага, значит, не нравится, как я готовлю?!
От нервозного тона Юя чуть не уронил газету. Мива рассмеялась:
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
