Она все еще не могла привыкнуть к своему источнику. Теперь он гораздо больше напоминал огненный смерч, пусть маленький и не такой широкий, как у магистра. Но возросшее сходство вызывало у нее почти детский восторг, который Райга пыталась скрыть от товарищей.
Райтон, заметив отсутствующий взгляд подруги, спросил:
— Ты стала сильнее и должна радоваться, а ведешь себя, как будто что-то не так.
Пламенная призналась:
— Я рада. Но, наверное, не верю, что все это мне досталось просто так. Магия выросла без всяких оговорок и опасных снадобий? Странно.
— Опасных ритуалов и снадобий за минувшие полгода было достаточно, — усмехнулся принц. — Пришло время собирать плоды. Так что, расслабься и учись пользоваться возросшим объемом.
Девушка серьезно кивнула и спросила:
— Поможешь мне сегодня? Возможно, теперь у меня получится создать пламенный кокон.
Райтон, конечно, согласился.
Но планам Райги не суждено было сбыться. Рост источника преподнес новые сюрпризы. На тренировке она обнаружила, что лента магии стала, как будто, шире и толще, и тянуть ее сложнее. Магистр Лин понаблюдал за тем, как девушка замедленно создает привычные заклинания и сказал:
— Пожалуй, тебе понадобится несколько дней на привыкание.
Райга вытерла пот со лба и спросила:
— Почему у меня не получается?
— Вероятно, причина в том, что рост был слишком резким, — пояснил наставник. — Если бы твой источник рос постепенно, ты бы ежедневно приспосабливалась использовать другой объем магии. А теперь нужно время.
Миран хлопнул Райгу по плечу и сказал:
— Вот видишь, все как всегда. Ничего не дается даром, и тут есть подвох.
Сверху на темного тут же выплеснулась пара ведер воды.
— За что?! — возопил он. — Ну п-простите же!
Магистр Лин холодно посмотрел на него и отвернулся. Райга торопливо высушила друга, пока учитель объяснял Райтону и Ллавену их задачи на тренировку.
Еще пару дней Пламенной пришлось осваивать новую силу. Все заклинания стали медленными, неповоротливыми, и это неимоверно раздражало Райгу. В четверг первым уроком снова были “законы”, и на привычно злобный взгляд, который магистр Райс адресовал Мирану, девушка ответила не менее яростным взглядом в сторону учителя. Райтон ткнул ее в бок и прошипел:
— Да что с тобой сегодня? Прекрати.
Девушка послушно опустила взгляд и открыла учебник. Магистр Райс сегодня заполнял какие-то очень важные бумаги, а класс получил задание читать учебник и выписывать основные положения первой эльфийской Хартии в тетрадь.
После изматывающих тренировок последних дней ни читать, ни конспектировать Райге не хотелось. Она начала задумчиво листать учебник. Половина была написана на привычном эльфийском, и Райга ее меланхолично пролистала. А дальше начинался древнеэльфийский, и девушка начала выискивать взглядом знакомые руны. Для того, чтобы разобраться в учебнике Вина, ей пришлось выучить их достаточно много.
Внезапно, Райге в глаза бросилась последовательность из трех рун в одном из заголовков. “Аиллиэцзай” — на автомате прочитала девушка и пальцы, которые собирались перелистнуть страницу, замерли. Она уже слышала это слово. Но зацепило не звучание, а то, как оно было написано. Три руны. “Любовь”, “Обмен”, “Магия”.
Воспоминания накатили тут же. Цитадель орков и зимний лес… Страх и боль. Прикосновение губ магистра Лина, наполняющая источник чужая магия. Такое же прикосновение, которое забирало эту магию вместе с её пламенем. Неприкрытый ужас в глазах Ллавена, который узнал об этом.
Райга подперла пылающие щеки ладонями, надеясь, что сейчас на нее никто не смотрит, и пробежала глазами по странице. Больше всего она боялась, что ей не хватит знаний древнеэльфийского, чтобы понять, что там написано. Хватило. А лучше бы — нет.
Пламенная дочитала страницу до конца, резко захлопнула книгу и почувствовала, что ей не хватает воздуха.
— Леди Манкьери? Вы хорошо себя чувствуете? — раздался осторожный голос магистра Райса.
Девушка подняла на него глаза и наткнулась на встревоженный взгляд учителя.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Свой голос Райга услышала как будто со стороны:
— Нет, я очень плохо себя чувствую. Наверное, мне стоит отправиться в целительское крыло.
Получив утвердительный кивок Хаято, девушка медленно поднялась со своего места, сделала шаг вперед, вцепилась в рукав Ллавена и добавила:
— Мне так плохо, что Ллавену стоит меня проводить.
И прежде, чем учитель успел возразить, она стремительно вышла из класса и утащила эльфа за собой.
— Что случилось? — спросил он в коридоре. — Куда мы идем?
Райга молча впихнула друга в одну из ниш и сказала:
— Черти невидимость и глушилку.
Пламя окутало ее руку до локтя. Глаза Ллавена расширились. Эльф дрожащими руками сделал нужные пассы и произнес заклинание. Зеленоватый купол эльфийской магии раскинулся над их головами. Райга видела, с каким ужасом друг смотрит на ее пылающую руку и сказала, тщательно выговаривая все нужные ударения:
— Аиллиэцзай.
Страх в глазах эльфа сменился сочувствием. Девушка с горечью продолжила:
— Запрещено проводить с представителями других рас. Запрещено проводить с несовершеннолетними. Запрещено проводить без предварительного согласия. Запрещено между связанными ученической нитью. Наказание — изгнание, лишение имени и всех регалий. Почему ты не сказал мне?
Ллавен вздохнул и ответил:
— Прости. Я был обескуражен. А у тебя было такое лицо, что… Я просто не смог.
Эльф смотрел на неё виновато. Он, с опаской, покосился на Пламя, которое все еще окутывало её руку. Райга усилием воли собрала свою магию, погасила Пламя, молча развернулась и пошла прочь. Ллавен выскочил из ниши вслед за ней и растерянно спросил:
— Ты куда?
— Не ходи за мной, — бросила Райга через плечо. — Хочу побыть одна.
— Это опасно! — взмолился Ллавен.
Девушка оглянулась, и ее руку снова окутало пламя.
— Боюсь, что сегодня это опасно только для тех, кто решит воспользоваться моим одиночеством.
Она пошла в сторону ворот. Ллавен не решился последовать за ней.
Райга сама не заметила, как нащупала ученическую нить. Отклик был далеким и слабым — магистр находился за пределами замка. Он спас ей жизнь, зная, что может лишиться всего. Семьи. Положения в обществе. Если хотя бы одна живая душа узнает о том, что произошло. Пламенная вспомнила самый первый день в Мерцающем лесу. Хаэтеллио сказал тогда брату: “Еще одна ошибка, и ты потеряешь все”. Только теперь Райга осознала значение этих слов. Неприязнь эльфийского принца стала понятной и близкой, а чувство вины затопило девушку с новой силой. И, вместе с ним, в ее душе медленно тлела злость. И она требовала хоть какого-то выхода.
Райга отправилась на тренировочное поле и опустилась на утоптанную землю. Через полчаса левый глаз кольнуло. Она почувствовала, что Райтон в замке, и глаз тут же погас. Девушка ожидала, что друзья придут, и приготовилась к тягостному разговору. Но ее не искали. На обед она не пошла. Когда наступило время тренировки, и юноши ступили на поляну, Райга молча поднялась им навстречу. По их глазам и виноватому взгляду Ллавена она поняла, что тот им все рассказал. То ли у эльфа взыграла совесть, то ли Райтон вытащил из него признание. Райга молча заняла свое место в строю, и на поляне воцарилась тишина. И за это она тоже была благодарна.
Магистр Лин появился через минуту. Эльф тут же нахмурился и спросил:
— Что происходит?
Он обвел взглядом учеников, а затем вернулся к Райге. Девушка чувствовала, что наставник смотрит только на нее, но продолжала глядеть себе под ноги. Она совершенно не понимала, что делать с теми знаниями, которые у нее есть. Точнее, пока она видела только один выход — молчать. И надеяться, что у друзей хватит ума сделать то же самое.
Пламя в ее источнике пыталось пуститься вскачь. И Райга, неимоверным усилием, сдерживала его. Магистр Лин обратился к ученице:
— Хаято сказал, что ты ушла в целительское крыло с его урока и не была на последующих, а Махито утверждает, что ты к ней не обращалась. Что происходит?
