своей речи на Генеральной Ассамблее Фейсал сказал: «В Уставе ООН вы обязались перед Богом и историей, что будете выступать против любого агрессора и не пожалеете усилий, чтобы достигнуть мира и безопасности во всем мире. Что же сейчас происходит в Палестине, если не пример открытой агрессии?.. На самом деле некоторые люди хотят, чтобы вы разрушили своими собственными руками то, что вы построили вчера, и разорвали Устав ООН ради достижения их целей»[105].
Комментируя уже принятую резолюцию Генеральной Ассамблеи, Фейсал заявил: «Мы, подобно многим другим, ощущали давление, оказываемое на различных членов этой организации некоторыми великими державами для того, чтобы они проголосовали в пользу раздела. По этим причинам правительство Саудовской Аравии официально констатирует по этому историческому случаю тот факт, что оно не считает себя связанным резолюцией, принятой сегодня Генеральной Ассамблеей. Мало того, оно оставляет за собой полное право свободно действовать так, как оно сочтет нужным, в соответствии с принципами права и справедливости»[106].
Фейсал не скрывал свое разочарование и гнев из-за позиции США.
В американской печати началась травля Саудовской Аравии. Саудовцы не понимали этой свободы печати.
Говорит дипломат Надим Димашкийя: «В 1947 г. Фейсал обещал членам арабских делегаций, что палестинский вопрос будет решаться в интересах арабов, а не евреев, основываясь на полученных от американцев обещаниях. Однако он оказался в крайне тяжелом положении. Более того, арабские делегации долгое время бойкотировали его. Затем они уладили это дело между собой. Фактически он потерял веру в американцев»[107].
Глубоко разочарованный, обманутый и оскорбленный, Фейсал вернулся на родину. В конце августа 1948 г. британский посол нанес ему визит в Эт-Таифе, и эмир разразился длинной речью с критикой американской поддержки евреев в палестинском вопросе. Содержание беседы англичанин передал американцам. Изложив с горечью список американских действий, пиком которых было признание Соединенными Штатами Израиля по сути еще до того, как было провозглашено его создание, Фейсал заявил, что американцы не обладают политической мудростью и моралью. По его мнению, американцы — чистые материалисты, они не интересуются моралью… Поэтому у них не хватает мудрости в человеческих делах, которые могут существовать только на основе нравственных принципов. Фейсал посоветовал британцам учить американцев политической мудрости.
Фейсал добавил, что, по его сведениям, большинство американских дипломатов на Среднем Востоке осознают справедливость позиции арабского мира… Он был шокирован, узнав, как мало веса имеет в США их мнение.
Поражение арабских армий в первой войне с Израилем, захват им новых территорий, установление контроля Трансиордании, противника Саудовской Аравии, над Западным берегом — все это добавило горечи к его оценке ситуации.
Американские дипломаты забили тревогу. Получить в лице Фейсала противника США было опасно. Поэтому в секретном послании от 3 сентября 1948 г. была поставлена задача «вернуть принца Фейсала в американский лагерь». Это будет целиком зависеть от «нашей политики по отношению к Палестине и по другим вопросам. Его восхищение достижениями Америки давно уже угасло»[108].
Во взаимоотношениях с США и Великобританией Абдель Азиз и Фейсал быстро усвоили риторику холодной войны, что звучало музыкой для ушей американцев. Какие бы претензии ни выдвигались к США, королевство было вместе с американцами по их сторону баррикад. Выпады против СССР и коммунизма давались саудовским руководителям тем легче, что дипломатических отношений с Советским Союзом не было, атеистический коммунизм был абсолютно чужд глубоко верующим королю и его сыну, а поддержка Москвой Израиля в первые месяцы его существования не была секретом в арабском мире.
«Особые отношения» между Саудовской Аравией и Соединенными Штатами, заложенные в 1930–1940-х гг., осознание общих интересов выдержали испытание кризисом 1947/48 г., хотя им не раз предстояло переживать бурные времена. Холодный расчет заставлял и Абдель Азиза, и Фейсала строить свою внешнюю политику на основе сотрудничества с США.
31 декабря 1950 г. президент США Трумэн направил письмо королю Абдель Азизу, выразив намерение США поддерживать суверенитет и территориальную целостность Саудовской Аравии. Это обязательство основывалось на принятой в 1950 г. трехсторонней декларации, в которой США, Великобритания и Франция обещали противостоять любым попыткам изменить границы на Ближнем Востоке путем применения силы. О нем президент США Линдон Джонсон писал: «…мы поддерживаем территориальную целостность всех государств региона. Наше обязательство не было зафиксировано ни в каком договоре. Оно основывалось на Трехсторонней декларации 1950 г…Четыре президента — Трумэн, Эйзенхауэр, Кеннеди и я — публично подтвердили это обязательство»[109].
Фейсал посетил США в 1952 г. для участия в работе Генеральной Ассамблеи ООН и вернулся туда в начале следующего года. Он встретился с новым президентом Эйзенхауэром и его госсекретарем Джоном Фостером Даллесом. Эмир добился подтверждения письма Трумэна, но не получил поддержки в споре с Великобританией из-за Эль-Бурайми. Но об этом — позднее.
В Вашингтоне специалисты-ближневосточники тоже понимали важность сотрудничества с королевством. В сентябре 1950 г. для администрации был разослан под грифом «секретно» меморандум Госдепартамента, в котором, в частности, говорилось, что ближневосточная нефть важна для США, так как ее использование сохраняет ресурсы Западного полушария, которые жизненно важны для Объединенных Наций в чрезвычайной ситуации.
В конце 1940-х гг. совместный комитет Пентагона и Госдепа сделал заключение, что безопасность Саудовской Аравии жизненно важна для национальной безопасности США, и рекомендовал направлять в Саудовскую Аравию военных инструкторов и поставлять оружие.
С 1944 г. в Саудовской Аравии действовала американская военная миссия, занимавшаяся реорганизацией армии и бедуинских формирований. В 1946 г. в Дахране вступила в строй база американских ВВС. С 1942 г. в стране работала американская геологическая миссия, а также сельскохозяйственная миссия, создавшая несколько образцовых ферм.
В январе 1949 г. в Вашингтоне была провозглашена «программа Трумэна», четвертый пункт которой предусматривал оказание технической помощи зарубежным странам. В рамках помощи по «четвертому пункту» с 1952 по 1954 г. Саудовской Аравии было предоставлено около 5 млн долларов для развития сельского хозяйства, транспорта и разработки природных ресурсов.
Если говорить о региональных проблемах, то и Абдель Азиз, и Фейсал не уставали выражать опасение по поводу планов Хашимитов, правящих в Ираке и Трансиордании (Иордании). Их проекты «Великой Сирии» или «Благодатного полумесяца» воспринимались в Саудовской Аравии как реальная угроза королевству. На антихашимитской основе было налажено сотрудничество с египетским королем Фаруком.
В Саудовской Аравии приняли как политического беженца Рашида Али аль-Гайляни, руководителя антианглийского восстания в Ираке в 1940 г., который находился до конца войны в Германии. Британский представитель встретился в Джидде с королем Абдель Азизом и потребовал его немедленной выдачи как «военного преступника».
Принц Фейсал, который присутствовал на беседе в качестве министра иностранных дел, ответил резко и бескомпромиссно: «Знайте, что Рашид Али аль-Гайляни нашел у нас политическое убежище, и не выдавать его
