болью. Если ты про эмоциональную боль, то нет, не особо. Так устроен мир.
— Ты когда-нибудь был влюблен? — спросила Хлоя.
— Что ты определяешь как любовь? — ответил он с лукавой усмешкой.
— Ну, в твоем понимании, — она пожала плечами, надеясь услышать его точку зрения.
Он на мгновение задумался, устремив взгляд вдаль.
— Я не знаю… Любовь — сложная штука, смесь эмоций, желания и привязанности. Я был влюблен, поглощен желанием и даже одержим. Но настоящая любовь? Это сложный вопрос. Возможно. Но ничего хорошего из этого не вышло.
Хлоя поняла, что его эмоции оставались для него самого чем-то вроде загадки, если он не мог с уверенностью сказать, испытывал ли он любовь.
— О, — ответила она с оттенком сочувствия в голосе, — мне жаль это слышать.
— Это жизнь, Хлоя, — искренне рассмеялся он. — Любовь — это не сказка, которую изображает Голливуд. Иногда она красива, но чаще всего она приносит боль.
Его голос звучал так, словно он давно примирился с этой реальностью. Хлоя не могла не согласиться, признавая сложности любви, особенно когда она рассматривала их собственные отношения.
— Да, — тихо пробормотала она, — иногда и то, и другое.
— Действительно, — согласился он. — Будь осторожна с тем, кому отдаешь свое сердце.
Она не смогла удержаться от горького смешка. Его совет звучал иронично, учитывая ту боль, которую он ей причинил. Раны от его прошлых поступков все еще гноились, как бы старательно она их ни скрывала.
Почувствовав напряжение, он сжал губы и указал на дверь.
— Может, зайдем внутрь, в тепло? — предложил он, тонко приглашая на данный момент оставить эту тему позади.
Когда они вернулись в комнату, Хлоя игриво запрыгнула на кровать, не сводя глаз с Ричарда.
Захваченный теплотой в ее взгляде и легкой, искренней улыбкой, он спросил:
— Что тебя так забавляет?
— Я не знаю, — просто ответила она. — Ты красивый, и я скучала по тебе.
— Ну, разве ты не лучик солнца? — он тихо засмеялся, присоединяясь к ней на кровати.
Она обняла его сзади, повернув его лицо к себе и скрепив их воссоединение поцелуем.
Она испытывала сильную тоску по нему после их воссоединения. Когда их поцелуй прервался, он слегка откинулся назад, с игривыми нотками в голосе заметив:
— Ого, сколько страсти ты скрываешь в своем маленьком сердце?
Она прикусила губу, скрывая свой восторг, и ответила с озорным блеском в глазах:
— Узнаешь.
Ричард не смог удержаться от искреннего смеха над ее ответом. Ее пылкий дух и энтузиазм, несомненно, были неотразимы.
— С удовольствием. Но, кстати, ты не голодная? — спросил он.
Ее глаза заблестели от предвкушения, и она с готовностью кивнула.
— Да!
— Тогда пойдем.
7.
Хлоя наслаждалась каждым кусочком ягненка на своей тарелке. Нежное мясо практически таяло у нее во рту, и каждый ароматный кусочек, казалось, вновь уносил ее далеко за пределы физического пребывания в его столовой.
Ричард, сидевший напротив нее, медленно ел красную рыбу, смакуя каждый кусочек.
Ее мир, казалось, обретал свои краски, как будто кто-то взял ненасыщенный холст и начал рисовать его заново. Присутствие Ричарда, сама суть того, что он сидел напротив нее, были подобны оживляющему эликсиру. Это вдохнуло жизнь в то бледное существование, в котором она оказалась в ловушке.
Всплеск эмоций и ощущений был поразительным, но бодрящим. Хлоя изо всех сил старалась выразить словами глубину своих чувств. Наконец, она нарушила молчание, в ее голосе слышались благоговейный трепет и удивление.
— Такое чувство, что я чувствую все сразу… если ты понимаешь, что я имею в виду?
— Волна эмоций может сделать тебя могущественным человеком, моя дорогая, — сказал он мягким, но глубоким голосом. — Но куда направить эту мощь, решать тебе. Независимо от того, станешь ли ты святым или варваром, твоя внутренняя сила сделает тебя великим. Однако, я боюсь, что выбор всегда будет не только за тобой.
— А ты кто? — поддразнила она. — Святой или варвар?
— Я произвожу на тебя впечатление святого? — Он присоединился к ее смеху. — Я далек от этого, солнце. И мы оба знаем ответ.
Смех Хлои наполнил элегантную столовую, создав краткий оазис радости посреди их беседы. Комната была украшена со вкусом подобранным декором и мягким рассеянным освещением.
Внезапно спокойный голос горничной Ричарда прорезал смех, как лезвие ножа: "Мистер Стерлинг."
Ричард, который был поглощен присутствием Хлои, медленно отвел от нее взгляд, неохотно отрываясь от их увлекательной беседы.
— Миссис Моника у ворот, хочет вас видеть, — продолжила горничная.
Выражение его лица мгновенно изменилось, и шок, отразившийся на его лице, был каким угодно, только не приятным. Внезапная перемена в его поведении озадачила Хлою, теперь ее глаза были устремлены на него в поисках ответов.
Он заколебался на мгновение, словно борясь с внутренним конфликтом. Затем, едва заметно покачав головой, он вновь обрел свойственную ему уверенность в себе.
— Открой ей, — приказал он горничной, скрывая беспокойство, которое на мгновение охватило его.
Когда горничная вышла, чтобы впустить неожиданного посетителя, взгляд Хлои был прикован к Ричарду, который поднялся со своего места.
— Кто это?
— Сейчас и познакомитесь, — натянуто улыбнулся Ричард.
Она с нетерпением наблюдала, как высокая, хорошо сложенная женщина уверенно вошла в комнату. Одежда ее была простой, но в ней чувствовались стиль и утонченность, а волосы пшеничного цвета красиво обрамляли ее лицо.
Глаза Хлои расширились от удивления, когда она увидела открывшееся перед ней зрелище. Однако, что по-настоящему поразило ее, так это сверхъестественное сходство между этой женщиной и ней самой. У них была одинаковая фигура, один и тот же завораживающий цвет глаз, и даже их прически и стили одежды казались странно похожими.
Когда грудь Хлои сдавила неприятная волна эмоций, она задалась вопросом, что значила для Ричарда эта неожиданная гостья и как она была связана с их сложным миром.
— Что-то случилось? — спросил Ричард, его тон был тщательно нейтральным.
— И я рада тебя видеть, — холодно ответила Моника. — Ее пристальный взгляд обратился к Хлое. — Кто это? — Она пренебрежительно кивнула в сторону Хлои. — Твоя новая пассия?
Ричард сделал глубокий вдох и попытался разрядить напряжение.
— Брось, Мони. Не будь такой грубой.
Хлоя не могла избавиться от чувства неловкости, наблюдая за динамикой отношений между ними. Высокомерие Моники ей не нравилось, и она поймала себя на том, что борется с неопределенностью. Игнорируя Монику, Хлоя обратила свое внимание на Ричарда и многозначительно спросила:
— А это, я так понимаю, твоя бывшая?
Мелодичный смех Моники наполнил комнату, когда она ответила.
— О, детка, это ты его будущая бывшая. А я его бывшая жена.
Раздражение Ричарда было очевидным, когда он закатил глаза, в то время как сердце
