– Где он? – спросил полковник.
– Сейчас будет, сеньор. Я его уже позвал.
– Думаешь, это его работа?
– Он хороший телохранитель, полковник. – Рийна вошла в кабинет, держа в руках поднос с завтраком и бутылкой вина. Ламия уже успела сменить халат на темное закрытое платье. – У воинов из Страны Дождливого Берега свои взгляды на то, как расправляться с наемными убийцами.
– Трижды благословенна! Знаешь, как спасти старика от мучительной голодной смерти, – пробормотал полковник, накидываясь на еду. – Иногда я начинаю думать, что они не такие уж и дикари. Нам бы их законы – и количество убийств в королевстве снизилось бы вдвое, если не втрое. Вряд ли кто рискнет взяться за нож, если ему будет светить перспектива окончить жизнь с разорванным горлом или оторванной башкой. Он хоть что-нибудь говорил?
– Говорил, командир.
– Да что мне все приходится из тебя клещами тянуть?!
Фернан ответить не успел, так как в кабинет вошел Абоми. Сразу же стало тесно.
– Талела, талели, доброе утро, – невозмутимо пробасил слуга.
Полковник перестал жевать ветчину, отодвинул тарелку в сторону. Изучил Абоми с ног до головы. Уважительно крякнул. Встал, обошел чернокожего воина по кругу.
– Сожми кулак! – неожиданно приказал граф де Брагаре. Абоми вопросительно посмотрел на Фернана. Тот кивнул. Полковник внимательно и очень придирчиво изучил кулак, словно от него зависела жизнь всего рода де Брагаре. Затем сжал свой, отнюдь не маленький, поднес к кулаку Абоми. Крякнул. На этот раз уже разочарованно.
– Здоров… Я почему-то не удивлен, капитан. Хотя нет. Удивлен. Попади его кулак по башке того парня, и ее следовало бы искать где-нибудь в Пешханстве, а никак не в двух ярдах от тела. Нашел ты себе помощника…
– Не жалуюсь.
– Нет! Ну я понимаю, этому он голову оторвал, ну а с остальными как? Зубами шеи грыз?
Абоми не ответил. То ли не видел в этом нужды, то ли, не получив прямого приказа от хозяина, решил до поры до времени молчать.
– Из-за этого рыла у меня были неприятности с де Лерро? – бросил полковник, возвращаясь к прерванному завтраку.
– А они были, сеньор? – вопросом на вопрос ответил Фернан.
– Как будто сам не догадываешься. Его Преосвященство был крайне недоволен твоей самодеятельностью. Ха! Можно даже сказать, что очень недоволен! За последние четыре дня я получил как минимум восемь писем, где были заявлены ноты протеста и требования немедленно выдать твоего гаргула в лапы «бордовым» вопрошателям. Клирики очень сожалели о твоем поступке. В особенности наш уважаемый епископ. Боюсь, он едва не утонул в желчи.
– Туда ему и дорога. Чем кончилось дело?
– Как всегда, мой мальчик. Мы им предъявили очень хорошие документы. Жорже славно поработал, он это умеет. Не подкопаешься. Церковь поворчала, постонала, но решила, что дело не стоит серьезного бодания рогами, и до поры до времени твои выкрутасы забыты. Но не советую тебе в ближайшее время перебегать дорожку Мигелю де Лерро… Конечно, и нам пришлось пойти на некоторые уступки. Так что все друг другом остались, можно сказать, довольны. Вот только стоил ли этот дикарь подобной опеки?
– Стоил, сеньор, – ответила Рийна. Она расположилась в кресле у окна и, листая какой-то старый фолиант, прислушивалась к разговору мужа и полковника. – Не будь его – мы могли не пережить эту ночь.
– Раз вы так говорите… – все еще сомневаясь, протянул граф и отодвинул от себя тарелку. – Спасибо, завтрак был великолепен и подоспел как нельзя вовремя. Так как насчет происходящего? Мне все же было бы крайне любопытно услышать, что тут произошло.
– Их было трое…
– Четверо, талела, – перебил его Абоми.
– Что?!
– Их было четверо. Трое мужчин и одна женщина.
– Но у нас три трупа. Женщина… Ей что, удалось уйти? – Рийна, нахмурившись, отложила книгу в сторону.
– Наверное… – Всем своим видом Абоми показывал, что не понимает, как это могло произойти и как кто-то умудрился выжить. – Геде-побратим… Ратаннбута ранил ее, хотя это было тяжело. Она быстрая. Очень быстрая. Прыгнула в окно, упала, но выжила. С такой раной… Очень живучая. На ее стороне были ю-ю.
– О чем говорит этот дуралей?! – недовольно возопил полковник. – Я половину слов не понимаю! Какие, Искуситель его побери, ю-ю?!
– Терпение, сеньор, – попросила де Брагаре Рийна. – Абоми, твой… геде-побратим… он видел женщину? Сможет ее узнать?
– Да. Она очень быстрая. Ратаннбута передал мне ее запах. Я его узнал. Это она убежала от меня по крышам, когда стреляли в талелу.
– Убийца стрелка? – вскинулся Фернан.
– Да.
– Продолжай, Абоми. Что ты еще можешь рассказать об этой женщине?
– Она быстрая, – в который раз повторил слуга. – Почти как талели. И глаза у нее тоже зеленые.
– Ламия?! Она ламия?
– Быстра, как ваш народ, но другая. Запах другой. И зрачки в темноте как у людей, а не как у вас или львов…
– Полукровка, – решительно сказала Рийна.
– Не ты ли мне недавно говорила, что ламиям претит работа наемных убийц? – спросил Фернан, усаживаясь на краешек стола.
– Ламиям – да, но не полукровкам. Они ближе к людям, чем к нам. При плохом воспитании становятся совершенно неуправляемыми.
– Но остаются такими же опасными. Надеюсь, она сдохнет.
– Если Спаситель будет на нашей стороне, Фер. Ей удалось уйти из этой мясорубки живой, уцелеть после падения и уползти… Она выживет.
– Я отдам приказ оперативникам. Устроим поиск.
– Город слишком большой, полковник. Найти ее будет тяжело.
– Вся наша жизнь состоит из трудностей, и это не значит, что их не надо преодолевать. Эта женщина – ключ к разгадкам. Мы можем узнать, кто ее нанял. Я уже начинаю радоваться, что кому-то удалось выжить в ночной бойне. Есть хвост, за который можно уцепиться. Осталось только его увидеть…
– Она сама придет к нам, талела.
– О чем ты?
– У нее тяжелая рана. Рука Ратаннбуты жестка. И она несет на себе проклятие Сукри. Боль будет мучить убийцу и звать туда, где ей нанесли увечье. Лоа будут жевать ее печень и легкие. Тварь начнет гнить заживо. Она придет, если только сможет идти. Или приползет, лишь бы облегчить боль.
– Когда?
– Скоро. Когда больше не сможет бороться с духом Сукри.
– Что за бред мы слушаем?! – Командир «василисков» больше не мог молчать.
– Еще немного терпения, сеньор. Прошу…
Граф заворчал, словно недовольный медведь, в берлогу которого забралось целое скопище незваных гостей, но просьбу ламии удовлетворил и замолчал.
– Расскажи то, что говорил нам утром, Абоми.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
