– Нет. Оружие – это для парней, не способных войти и выйти незамеченными.
– Оружие – это чтобы выжить, в случае, если кто-то преследует тебя с самурайским мечом, – настаивал Рик. – У меня будет оружие, и я пойду с тобой. А теперь, если надеешься одержать верх в нашем споре, валяй, продолжай. Хотя у меня другое предложение: не пойти ли нам отведать пикатты?
– Ганс готовит вырезку? Тогда море удовольствия гарантировано.
– Не уходи от темы! Значит так, выбирай: либо я иду за тобой и рушу все твои планы, либо мы идем вместе.
Саманта пробормотала что-то не особо убедительное.
– Ладно. Но ты делаешь только то, что я скажу.
– Идет, – с готовностью ответил Рик.
Саманта не знала, подозревает ли Аддисон о ее намерениях, но собиралась поймать его на слове.
С одной стороны, он поможет ей решить проблему с выносом шестидесяти фунтов хрупких доспехов и оружия, а также двух ценных мечей, а с другой – его присутствие создаст целую кучу новых проблем.
– Я и раньше ходил с тобой на дело, – напомнил он, вставая и придерживая ее стул.
– Да, но в отсутствие хозяев и при выключенной сигнализации.
– Тумбс поедет на вечеринку, о сигнализации позаботишься ты. А я в свою очередь буду выполнять все твои указания.
Успех предприятия, к сожалению, зависел не только от его готовности следовать ее инструкциям. С другой стороны, удержать Рика от участия вряд ли возможно.
– Полагаю, после обеда нам надо подобрать экипировку для взлома и проникновения.
Рик взял ее за руку, и они направились в дом.
– Настоящим мужчинам не нужна экипировка. Ну, если только что-нибудь сексуальное.
Отлично, он хочет перевести все в шутку. Это лучше, чем крики, угрозы и бессмысленные попытки ею руководить.
До сих пор Саманта никому не говорила о том, что Майк Доннер замешан в краже анатомического манекена. Все, что ей нужно, – быстро наведаться на заброшенный склад сегодня ночью и заполучить макет, а потом совершить увеселительную прогулку в классную комнату мисс Барлоу и поставить его на место. Тогда дело будет раскрыто.
Тут она осознала, что Ричард ведет ее не в столовую, а к лестнице на второй этаж.
– А куда это мы направляемся?
– Есть вырезку. Пиккату, помнишь?
– В постели? Не боишься, что мы там все перепачкаем соусом?
– Не в постели. На атолле.
Саманта вырывала руку до тех пор, пока эта махина высотой в шесть футов два дюйма не замерла наконец на лестничном марше.
– Не заставляй меня вырубать тебя, а потом бежать за доктором Клеммом.
Рик стоял и ухмылялся.
– В Англии у меня есть вертолет. Мне понравилось. Вот я и подумал, почему бы не заиметь такой же во Флориде?
Теперь она поняла.
– Когда ты купил его?
– Вчера.
Саманта фыркнула, покачав головой:
– Мальчишки и их игрушки.
– Точно. Поэтому я надеваю куртку и ботинки, ты – палантин или что-то в этом роде, и мы вылетаем в Исламораду. Я зарезервировал столик в «Браза Лена»[1].
Саманте на миг показалось, что Рик прознал о ее ночных планах и пытается их расстроить. Но что за способ он избрал! Ужин на Карибском побережье! Конечно, чтобы добраться туда, ей придется лететь на вертолете, но какая, к черту, разница!
– Но не жди, что в полете тебе что-нибудь обломится! – Сэм скользнула от него в гардеробную.
– Я подожду до возвращения, – ответил Аддисон с медленной чувственной улыбкой.
– О! Ты ужасно в себе уверен, не так ли?
– Конечно! – Ричард сидел на пуфе, натягивая на босу ногу коричневые мокасины. – В следующий раз, когда обнаружишь, что какое-то авто село тебе на хвост, не жди двадцать минут, а говори мне сразу.
Ух ты! Он действительно сказал «село на хвост»?
– А ведь «Миата» может принадлежать папарацци или Ненси О’Делл из «Аксесс Холливуд». Кажется, она к тебе неровно дышит, Брит.
– Я несвободен. Да и она тоже, если не ошибаюсь.
Ричард вновь встал.
– Но вернемся к теме: тебе удалось взглянуть на список Кастильо?
– Да.
Решая, какую часть информации из папки Фрэнка можно открыть Рику, Саманта нырнула в гардеробную и сменила топ на черно-красную полосатую блузу от Донны Каран, потом сняла с вешалки легкий черный жакет. По правде говоря, если она хочет быть с Риком, некоторых вещей ему лучше не знать. Так безопаснее.
– И? – Он стоял в дверном проеме, прислонившись к косяку, и ждал продолжения.
– И это как раз тот случай, когда я снова вынуждена уточнить: ты действительно хочешь знать ответ?
Все. Теперь решение должен принять он.
– Назад пути нет. И я знаю, что ты понимаешь, о чем я. Поэтому не пытайся опять уйти от темы.
– Отлично. Раз ты так мило просишь, скажу: я причастна к трем делам из списка Кастильо. Теперь полегчало?
– Тебе известно, где сейчас похищенное?
– Только про уздечку. Про остальное может знать Стоуни, но он, кажется, пропал.
Печально вздохнув, Сэм с вымученной улыбкой подошла к Рику, руки ее скользнули под лацканы его пиджака.
– Ты все еще хочешь лететь со мной? Я сумасшедшая, испорченная и очень опасно водить со мной знакомство[2].
Рик легонько ее поцеловал.
– Ты и лорд Байрон, – промурлыкал он. – Ты не сумасшедшая, ты… уникальная. И я благодарю Бога за каждый день, проведенный с тобой.
– Ну и замечательно, – сказала она, отметив про себя, что Рик ни слова не возразил против «опасной» и «испорченной».
Саманта потянула его за руку, увлекая в вестибюль.
– Не сказать, чтобы первая часть твоей речи звучала как комплимент, но во второй ты с честью выправил положение.
Рик резко остановился, чуть не сбив ее с ног.
– Ой!
– Я говорил серьезно, – нахмурившись, ответил он.
Рик крепко удерживал ее ладонь, и Саманта не стала вырывать руку из крепкой хватки.
– Знаю. Просто меня немного пугает, что ты благодаришь Бога за такую, как я, потому и перевела все в шутку. Понятно?
Он встретился с ней взглядом.
– Понятно. Но я люблю тебя и ничего не могу с этим поделать.
– Ну, это уже не так страшно. Я ведь тоже тебя люблю. – Сэм вновь потянула его за руку. – Ну, а теперь-то мы наконец получим нашу пиккату?
Чем быстрее они уедут, тем быстрее она вернется и вызволит Кларка.
______________________________
Примечания:
[1] «Браза Лена» (Braza Lena) – бразильский стейк-хаус в Исламораде, Флорида.
[2] В марте 1812 года Байрон познакомился с леди Каролиной Лэм, 27-летней женой Уильяма Лэма, премьер-министра Англии. После встречи с Байроном Каролина написала в своем дневнике: "Он сумасшедший и испорченный. Очень опасно быть с ним знакомой".
