- Я тоже рад вас видеть, ваша светлость, - Женька лучезарно улыбнулся.
- Почему как в государстве чрезвычайное происшествие - так обязательно твоя наглая физиономия маячит где-то поблизости?
- Вы ко мне несправедливы, милорд. Последние пять месяцев я веду исключительно мирный и благочестивый образ жизни. Самому противно.
- А я-то думаю, с чего это вдруг в Союзных Королевствах так спокойно стало, - с сарказмом заметил темноволосый. - Мои люди изнывают от безделья.
- Это точно, - охотно согласился Женька, - ее малолетнее высочество исчезает прямо из дворца, в стране орудует шайка работорговцев, а ваши доблестные агенты ни ухом ни рылом.
Его собеседник приподнял бровь и мягко, почти доброжелательно поинтересовался:
- Белль Канто, а ты часом не забыл, с кем разговариваешь?
Женя промолчал, но дурашливая улыбка исчезла с его лица мгновенно, словно ее стерли волшебным ластиком. Я поняла, что, несмотря на внешнюю браваду, Женя опасается этого усталого и с виду вполне безобидного человека. "И правильно делает," - буркнул Умник.
Как будто услышав это невнятное бормотание, щеголь повернулся ко мне. От его светской улыбки у меня на спине выступил липкий холодный пот, а сердце провалилось в желудок.
- С господином белль Гьерра мне уже доводилось встречаться. А вот с юной леди я пока не имею чести быть знакомым. Женевьер, может быть, ты исправишь это досадное упущение?
- Юлия, позволь тебе представить его светлость Витторио Дагерати, герцога Лайонмарэ, - церемонно произнес Женя. - Хозяина этого… эээ… гостеприимного дома.
Я нервно сглотнула и посмотрела на шефа королевской СБ, как кролик на удава.
- Милорд Дагерати, - невозмутимо продолжил Женя, - это Юлия, моя сводная сестра, внебрачная дочь покойного барона белль Канто. К сожалению, когда Юлия решилась покинуть Кэр-Аннон, родину матери, и наконец познакомиться с папой, почтенный барон был уже давно мертв. Как порядочный человек я просто не мог бросить девушку на произвол судьбы, тем более, что мы в некотором роде родственники. Так что Юлия находится под моей защитой.
- Хорошая легенда, - сдержанно похвалил герцог. - Сам придумал?
- Вереск подсказал, - без тени смущения признался Женя.
- Я так и понял. И все же хотелось бы услышать подлинную историю.
Женя тяжко вздохнул:
- Поверьте мне, ваша светлость, подлинная история звучит куда менее правдоподобно. И ее желательно рассказывать без лишних свидетелей.
- Даже так? Вы меня заинтриговали, - под пеплом усталости явственно вспыхнула искра интереса, и я почувствовала себя инфузорией-туфелькой, к которой приближается толстая игла естествоиспытателя. - Проводите господина белль Гьерра в триста десятую камеру, госпожу Юлию - в триста пятнадцатую. С господином белль Канто я побеседую немедленно.
Шагая по узкому темному коридору под бдительным оком конвоиров, я невольно прислушивалась к затихающим голосам:
- Вы кошмарно выглядите, ваша светлость. Когда вы последний раз спали?
- Когда мне понадобится твой бесценный совет касаемо моего здоровья, я непременно дам тебе знать. А пока будь добр, заткнись, пожалуйста.
- Вы же сами изъявили желание побеседовать со мной немедленно.
- Слушай, белль Канто, в вашем Реале все такие наглые?
- Ну что вы, ваша светлость! Я уникален.
- Хвала Создателю…
***Беседа с Женей затянулась надолго, так что у меня было предостаточно времени, чтобы обдумать свою объяснительно-оправдательную речь. И чем дольше я думала, тем больше приходила к выводу, что лучшей стратегией в данном случае будет честность. Во-первых, обмануть профессионала, который собаку съел на разгадке подобных легенд, практически нереально, тем более экспромтом. Нас элементарно поймают на разнице в показаниях, и единственный шанс этого избежать - говорить правду. Во-вторых, своей фразой про неправдоподобность подлинной истории Женька однозначно дал понять, что будет придерживаться той версии моего появления в окрестностях Вельмара, которую слышал от меня. Упомянуть про Звезду Четырех Стихий тоже придется, тем более, что Луч Воздуха у меня конфисковали при обыске.
Не знаю, была ли затянувшаяся тревожная пауза частью психологической обработки подозреваемого или лорд Дагерати действительно увлекся разговором с Женей, но к тому моменту, когда шеф СБ почтил своим вниманием камеру номер триста пятнадцать, я была полностью готова к конструктивному диалогу. Он деловито устроился за грубым дощатым столиком, достал несколько листов бумаги и ручку-самописку. Когда охранник, повинуясь безмолвному знаку, исчез за дверью, Дагерати почти доброжелательно - во всяком случае, без грубости - пригласил меня присесть на кровать (второго стула в камере не было) и поведать для начала историю моего появления в Союзных Королевствах и знакомства с Женевьером белль Канто.
Я рассказала все без утайки… ну, почти без утайки. О виртуальной реальности я упоминать не рискнула - осталась верна официальной версии о таинственной стране Реал, затерянной в мировом океане.
Герцог выслушал мой сбивчивый рассказ, не перебивая и никак не выражая своего отношения к нему, затем приступил к вопросам. Некоторые вопросы повторялись, менялась только формулировка, из чего я сделала вывод, что общую картину лорд Дагерати уже для себя составил, и основная цель допроса - определить, говорю ли я правду.
Отвечая на монотонные вопросы, я неожиданно успокоилась. Страх исчез - осталось только вполне естественное волнение - так волнуешься на экзамене, к которому хорошо подготовился. Умом я понимала, что про этого человека ходит дикое количество самых ужасающих слухов, что его имя произносится шепотом, что на его совести больше убитых людей, чем на моей - комаров… Но глаза видели немолодого, смертельно усталого мужчину, которому ее легкомысленное высочество устроило чертовски веселую неделю и который вместо того, чтобы, наконец, отоспаться за несколько бессонных суток, вынужден общаться с непочтительным нахалом белль Канто, невыносимо высокомерным полуэльфом и подозрительной девицей, с честным видом несущей какую-то ахинею. И нет никакой возможности понять, то ли эта бредовая история случилась в самом деле, то ли девица просто повредилась рассудком. А тонкие аристократические пальцы с безупречным маникюром мелко дрожат от недосыпа и передозировки стимуляторов…
- Вы бы и правда поспали, ваша светлость, - сочувственно предложила я. - Женю вы уже наверняка допросили, а мы с Вереском до утра точно никуда не денемся.
Я ожидала вспышки гнева или, по меньшей мере, язвительных комментариев в духе тех, которыми лорд Дагерати ответил на аналогичное Женькино предложение. Но герцог устало потер виски, поморщился, как от головной боли, и сказал:
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
