- Перебили друг друга?
- Может быть, и это, но не только. Элдерик не преуспел на политическом поприще, но вообще-то он был не дурак и снабдил свою тайную сокровищницу смертоносными ловушками - ну, знаешь, как в древних гробницах. Вот те ребята и нарвались, а до них, кажется - еще другие кладоискатели. Короче, тот парень остался один - и, похоже, перед самой последней дверью струсил или просто не смог ее открыть. Так или иначе, он повернул назад и пошел за подмогой, зафиксировав в своих заметках местоположение клада и все ловушки. Не знаю, что с ним в конце концов случилось: к тому времени, как я его нашел, от него остался один скелет, и кости были целы. Может, он умер от болезни или прежде полученной раны, а может, от укуса змеи - их здесь достаточно. Так или иначе, его убил не человек, раз коробочка осталась при нем.
- А что, если радиация? - мелькнула у меня страшная мысль.
- Гм... надеюсь, что нет. Во всяком случае, на черепе сохранились остатки волос, и зубы у него тоже были не в худшем состоянии, чем обычно у людей этой эпохи. Но в конце концов, Риллен, нам есть ради чего рисковать! Сам понимаешь, я не мог доверить тайну никому из моих бандитов - при дележке они непременно учинят резню. И отправляться в экспедицию одному тоже слишком опасно. Но теперь, Риллен... мы с тобой будем неслыханно богаты! Ты только представь себе: империя Элдерика включала в себя половину королевств севера - причем в те времена они не были в таком упадке, как теперь - да еще изрядный кусок, доставшийся ныне Диким Землям. Ты представляешь, какими средствами он мог располагать?!
- Да на что нам эти миллионы посреди пустыни? - пожал плечами я.
- Зачем же оставаться в пустыне? Мы возьмем столько, сколько сможем унести - а этого уже хватит, чтобы купить целое графство - вернемся на север и начнем новую жизнь. Можно, кстати, податься и в южные княжества: с деньгами и там можно неплохо устроиться.
- Не знаю, не знаю; богатство - штука небезопасная, оно привлекает нежелательное внимание...
- Риллен, да все у нас получится! Мы теперь в любом обществе пробьемся к вершинам, ты разве не понял? Вспомни, кем мы были в Проклятом Веке. Ты - заурядный инженер военного института, я - заурядный сотрудник ГБ. Не бездари, но на общем фоне не выделялись. А кем мы становились здесь, причем каждый раз начиная с нуля? Ты - приближенным герцога, претендента на престол, и предводителем повстанцев. Я - вождем племени и главарем объединенной банды. И это вполне закономерно. Ведь цивилизация рухнула как раз из-за массового бегства в будущее, когда некому стало решать проблемы настоящего. Кто бежал? Люди умные, талантливые, энергичные, смелые, наконец, просто честные, не желавшие выносить морального разложения тогдашнего мира. Кто остался? Те, кто не обладал всеми этими достоинствами. И именно эти люди - неумные, неталантливые и так далее - стали основой нынешнего мира. Перебежчики, прибывшие после краха, в большинстве своем не смогли адаптироваться и усмирить личные амбиции и сгинули; теперешнее общество состоит из одних посредственностей.
- А герцог Раттельберский? - возразил я.
- Потомок перебежчика, - напомнил Лоут. - Ну и, потом, конечно, есть какие-то исключения, но они ничего не решают. Человечество исчерпало не только материальные, но и людские ресурсы.
Эти рассуждения ненадолго отвлекли нас от сокровищ, но Лоут поспешил вернуться к делу и бережно развернул пергамент.
- Гм, похоже, клад расположен у самого берега океана, - заметил я, разглядывая знакомые с детства, хотя и искаженные рукой неумелого картографа, очертания.
- Верно, я же говорю, что Элдерик был не дурак. Везти подобный груз, может быть, несколько десятков тонн золота, через Дикие Земли - чистое безумие. Куда надежней доставить сокровища на корабле, идущем вдоль побережья.
- Но, насколько мне известно, нынешние корабли тоже не слишком надежны.
- Да, в основном это утлые рыбацкие лодки. Но три столетия назад уровень технологий был выше.
С тревогой и даже страхом рассматривал я другой план, на котором лаконичные крестики отмечали места последнего успокоения наших предшественников-кладоискателей, попавших в ловушки. Вроде бы все сюрпризы были уже выявлены, и все же мысль о том, что может поджидать нас за последней дверью, сильно охлаждала мой пыл. Собственно, и пыла-то особенного не было; я даже сам удивлялся, сколь мало возбуждают меня эти несметные богатства, которые будто бы только оставалось прийти и взять. Иное дело Лоут; он весь был охвачен этой идеей. Должно быть, все дело было в том, что он уже совершенно адаптировался к этой эпохе, а я не видел для себя в ней места и все еще продолжал тосковать по цивилизации, по Проклятому Веку, который когда-то так ненавидел.
48
Мы покинули тайное убежище Лоута перед закатом, прихватив с собой заранее припасенные здесь моим другом инструменты и оружие. Не знаю, как скоро хватились бандиты своего главаря, но, полагаю, никто особо о нем не сокрушался: сочтя нас заваленными где-то в руинах, бандиты, очевидно, на другой же день выбрали нового вожака. Так или иначе, дальнейшие встречи с ними или с их коллегами из других городов не входили в наши планы; Лоут, имевший представление о географии Страны отверженных, проложил наш маршрут подальше от разрушенных городов. Цель нашего путешествия находилась на юго-юго-востоке. Теперь у нас был компас; Лоуту удалось раскопать где-то в развалинах магнит и намагнитить небольшой гвоздь, который мы подвешивали на нитке. Разумеется, пользоваться подобным "прибором" было не слишком удобно, однако он сильно облегчал ориентирование, особенно в джунглях.
В джунгли мы, конечно, попали не сразу. Лишь на третий день унылые ландшафты Страны отверженных сменились степным разнотравьем, затем стали попадаться одинокие раскидистые деревья, рощицы, и, наконец, на пятый день пути мы вступили под полог настоящего тропического леса. По словам Лоута, этот лес тянется до самого южного побережья материка; впрочем, нам не было нужды забираться так далеко.
Путь через джунгли занял почти неделю; это был наиболее трудный и опасный участок нашего маршрута. В иных местах ветви и лианы переплетались так густо, что дорогу приходилось буквально прорубать ножами и топорами; на преодоление каких-нибудь пятидесяти метров уходил целый час. Не знаю, обитали ли здесь дикари, но и без них тут хватало опасных для человека существ, начиная с насекомых. Через небольшие речки мы рисковали переправляться вброд, но, когда дорогу нам преградила широкая река, я решительно воспротивился желанию Лоута форсировать ее вплавь: черт его знает, что могло скрываться в этих мутных водах. На постройку плота ушло полтора дня. Примерно сутки мы дрейфовали по течению на восток, а когда река стала заворачивать на север, пристали к противоположному берегу и снова углубились в джунгли. Лишь к исходу шестого дня пути через лес впереди замаячил какой-то просвет, и, продравшись через последние сплетения лиан, мы внезапно оказались на берегу океана.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
