— Понимаешь, — сказала Валентина, отводя взгляд — Мы так старались, столько тратили усилий, чуть души Свету не отдали — а всё решил удар кинжалом.
— Два удара.
— Что?
— Декруа ударили два раза, — пояснила Аури — А если считать его гвардейцев…
— В Бездну гвардейцев! Я говорю… а, неважно, — Валери махнула рукой и замолчала. Водя ложкой по блюдцу, она задумчиво смотрела, как Аури поедает своё пирожное. Вдруг глаза Валентины сверкнули, и она повеселела.
— А знаешь, что? Мы такое дело обязательно должны отметить! Устроим тебе праздник! Видит Свет, мы с тобой это заслужили.
— Согласна, — кивнула Аури — К тому же у тебя…
— Ни слова про мой день рожденья! — Валери закрыла подруге рот ладонью — Ни словечка не желаю слышать! Это наш праздник — и всё тут.
— Ладно, ладно, — невнятно пробурчала Айрин, и Валентина, убрав руку, стряхнула с неё крошки — Но плачу за всё — я.
Они собрались в самом большом трактире Плесиля — Айрин, Валери и два десятка стражей — пришли даже те, кто только заступил на дежурство.
— Опрокинем по стаканчику, — пояснил капитану Боудену Прест, потирая руки — И тут же на улицы.
Айрин не пожалела ни еды, ни выпивки, поэтому за «стаканчиком» последовал второй, третий, а после никто и не вспомнил про дежурство. Стражники начали с поздравлений Аури, аккуратно прошлись по благородным вообще, затем вспомнили моменты службы Роу, с них перешли на собственную службу, и уже через час все забыли, по какому поводу они здесь собрались. Валери, заскучав, вспомнила свои старые проделки. По её просьбе трактирщик принёс живого поросенка, и Валентина, взяв двух стражей в помощники, принялась за дело. Она подвязала на лапы отчаянно брыкающейся свиньи два платка, обвила её тело сорванной с себя золотой цепочкой, связав ту со шнурком, да на боку краской вывела "Декруа"
— Ведро с помоями подошло бы лучше, но с ним не так весело, — улыбнулась Валентина — Теперь осталось лишь изловить его, и забрать награду.
Стражи отпустили поросёнка. К этому моменту за приготовлениями наблюдали все посетители трактира, ожидая потехи. Но свинья, до того не дававшаяся в руки, очутившись на свободе, отряхнулась и, не сходя с места, принялась вылизывать липкий пол.
— Простецкая забава, — скривился Прест.
— Да? А когда король по лесу за кабанами бегает, это как? — посмотрела на него Валентина — Благородно? Ещё и полсотни придворных рядом толкаются.
— Да уж получше, чем эта свинья, — воскликнул Прест и пнул поросёнка в бок — Давай, беги уже!
Ответом ему было злобное похрюкивание — и только.
— Смотрите, как надо, — Валери уверенно положила руку на спину свинье, сжала пальцами немного кожи и шерсти, а затем резко повернула их. Эффект был потрясающим. Свинья, оглушительно завизжала, подпрыгнула в воздухе, тяжело шлепнулась на пол и тут же заметалась по всему трактиру. Во все стороны полетели опрокинутые столы и табуреты. Посетители с хохотом бросались на животное, но поросёнок увернулся от тянущихся рук, и выскочил в приоткрывшуюся дверь. Несколько человек бросились вслед за ним.
Валери, от души веселясь, тут же предложила выпить всем, кто остался в трактире. Её поддержали радостными воплями.
А потом тосты следовали один за другим, и вновь сознание подвело Айрин. Она помнила, как они тоже подключились к погоне за свиньей, и как Прест пытался приманить её громким хрюканьем. Были какие-то обрывочные разговоры, глупые шутки, и, конечно же, танцы — в трактире, на улице возле Ратуши и даже у выездных ворот из города.
К полуночи число празднующих сократилось — дом, семья и служба уносили их одного за другим. И тогда Ройсу пришла в голову мысль собрать однокашников.
— Уж поверь, они хотят, — решительно заявил он в ответ на робкие возражения Айрин, и Валери его поддержала. И начался великий поход по Плесилю. Айрин, Валентина, Ройс и Ральф кричали через заборы, тарабанили в двери, будили по пол улицы за раз, и даже разбили несколько окон. Им вторили плачущие дети, разъяренные жители и собаки, встречающие их лаем и воем. Позже, вспоминая об этом походе, Айрин признавала, что жители вели себя куда спокойнее, чем следовало. После того, как люди узнавали, кто поднял шум и по какой причине, их злость сменялась тихим недовольством, а то и вовсе перерастала в радостные крики.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Удивительно, но затея увенчалась успехом, и компания празднующих увеличилась на девять человек. Были среди них и Пит-Пустышка, и Айзек, и даже Жан Жак получил разрешение от отца.
Всё, что происходило после, Айрин припоминала с трудом. Самым ярким моментом было пение Валери — кто-то осторожно играл на лютне, а Валентина, освещённая светом самодельных факелов в руках одноклассников, пела яростный мотив северных земель. Остальное виделось обрывками — вот кто-то дерётся, вот кому-то становится плохо, вот они уже кого-то несут, а вот и снова кто-то дерётся.
Сознание прояснилось лишь под утро, когда Аури с головой окунулась в холодную воду. Мир остановился, мысли обрели форму и смысл, веселое безумное настроение ушло, оставив приятное ощущение счастья. Подняв голову, Айрин поняла, что они с Валери добрались до городского фонтана. Валентина забралась в фонтан полностью и сейчас, стуча зубами от холода, выбиралась из него. Облепленная мокрым платьем, истекающая потоками воды, с посиневшими губами, дрожащая, она всё равно была прекрасна.
— Если мы собираемся что-нибудь поджечь, сейчас самое время — сказала девушка, присаживаясь на бортик рядом с Аури. Та в ответ лишь улыбнулась и, скинув с себя куртку, набросила её подруге на плечи.
— Забери меня Бездна, — воскликнула Валери, неловко кутаясь в одежду — Как ты её носишь? Она же тяжёлая, как колесо от телеги!
— Привыкаешь, — ответила Айрин, поднимаясь с бортика — Знаешь, а ведь тут всё и началось.
— Что началось?
— Вот тут мы с шевалье и встретились, — произнесла Айрин — В том отеле.
Валентина, обернувшись, посмотрела на здание, куда указывала Роу. Рассвет уже освятил улицы Плесиля, и вокруг было достаточно света, чтобы оценить красоту центральной площади.
— На ту крышу я спрыгнула, а вот там, дальше, видишь — какой уклон? Я едва удержалась, а гвардеец упал — и меня чуть за собой не утянул.
Рассказывая, Аури вела пальцем вдоль крыш, и словно бы со стороны видела себя — маленькую девочку, бегущую по самому краю.
— Помню, как внизу все всполошились. Как разгорался свет в ночи, как громко звучали голоса — а я была там совсем одна, и все они были мне чужими. Бежала, поскальзываясь в собственной крови, а потом… — Айрин, не отрывая взгляда от крыши, устремилась к другой стороне площади. Валери, оставляя мокрые следы на камнях, поспешила за ней.
— …потом я подбежала к этому бортику, и прыгнула через улицу.
— Свет всемогущий — потрясенно прошептала Валери, глядя туда, куда показывала подруга — Как же ты допрыгнула? Тут же метров… шесть? Семь?
— Жить хотелось, — ответила Айрин и отвернулась, чувствуя, как внутри звучат отголоски тех чувств — страх, боль, отчаяние.
— Ладно, ладно, — почувствовав её состояние, Валери обняла подругу за плечи — В конце концов, ты победила. А шевалье отправился прямиком к Изнанке. Предлагаю пойти и ещё раз за это выпить.
Проснулась Айрин на деревянном полу в своей комнате, головой упираясь в дверной порог. Потянувшись, Аури охнула — каждое движение отдавалось в голове, мышцы затекли и не слушались, а ещё казалось, что спина напрочь утратила гибкость. С трудом поднявшись на ноги, девочка огляделась. Валери мирно спала в постели, а её одежда была разбросана по всей комнате. Сама Айрин была в форме — с трудом она вспомнила, как уложив подругу, решила нести стражу. Как легла на полу, как ворочалась на нём, и как надумала принести себе одеяло — но так и не поднялась.
— Ох, — пробудившаяся Валери прикрыла рукой глаза от света — Вот сейчас бы хоть каплю благородной крови, а? Чтобы сил хватило хоть до ванны добраться.
Ночные похождения обошлись в круглую сумму. "Расх. на трак." — написала Аури, немного подумала и зачеркнула надпись. "Праздник по случаю убийства Декруа" — старательно вывела девочка на листе. Прочитав, она усмехнулась и дописала — 'бесценно (два золотых)".
