Находящиеся в западных зонах оккупации Германии и Австрии украинцы являются наиболее активной антисоветской частью всей украинской эмиграции, поскольку они имеют богатый опыт борьбы с советской властью, хорошо знают советскую действительность, располагают свежими связями на территории Украины, в том числе и с активно действующим оуновским подпольем. Поэтому не случайно руководство ОУН за кордоном, разрешив, в известной мере, стоящие перед ним задачи внутриорганизационного характера, свою работу развернуло, в первую очередь, среди лиц этой категории и, как показывает действительность, добилось в этом направлении определенных результатов.
Следует особо отметить, что, как это явствует из имеющихся у нас материалов, американцы и, особенно, англичане проявляют очень большую заинтересованность и осуществляют активные мероприятия в том направлении, чтобы прибрать к своим рукам и использовать против нас в своих интересах антисоветские кадры украинской эмиграции, которая после разгрома фашистской Германии, потеряв своего старого немецкого хозяина, ныне в лице англичан нашла нового.
Разработку деятельности организации ОУН за границей продолжаем при помощи наших закордонных подрезидентур и проверенной агентуры, выведенной в места наибольшей концентрации украинской эмиграции.
О результатах будем докладывать.
Министр государственной безопасности УССР,
генерал-лейтенант Савченко
Резолюции: т. Гукасову. В. <… > 20/VI.46 г.
Т. Мицюк. Подготовьте задания – ориентировки резидентурам. М-л использовать по нашим делам. Гука[сов]. 20/VI.46.
Т. Юлин. Пр[ошу] исполнить указание нач. отдела, т. к. я уезжаю, до этого не успел. 25/VI. А. М[ицюк] IV.
Архив СВР. Л. 104–118. Подлинник.
Здесь воспроизводится по изданию: Украинские националистические организации в годы Второй мировой войны. Документы. В двух томах. Том 2. 1944–1945. С. 876–884. Приложения. Док. № 9.
Электронная версия документа перепечатывается с сайта http://www.idf.ru/
Записка М.Ф. Шкирятова и В.С. Абакумова О П.С. Жемчужиной, 27 декабря 1948 г.
Товарищу Сталину И.В.
По Вашему поручению мы проверили имеющиеся материалы о т. Жемчужиной П.С. В результате опроса ряда вызванных лиц, а также объяснений Жемчужиной установлены следующие факты политически недостойного ее поведения.
После постановлений Политбюро ЦК ВКП(б) от 10 августа и 24 октября 1939 года, которыми она была наказана и предупреждена за проявленную неосмотрительность и неразборчивость в отношении своих связей с лицами, не внушающими политического доверия, Жемчужина не выполнила этого постановления и в дальнейшем продолжала вести знакомство с лицами, не заслуживающими политического доверия.
В течение продолжительного времени вокруг нее группировались еврейские националисты и она, пользуясь своим положением, покровительственно относилась к ним, являлась, по их заявлениям, советником и заступником их. Часть этих лиц, оказавшихся врагами народа, на очной ставке с Жемчужиной и в отдельных показаниях сообщили о близких взаимоотношениях ее с националистом Михоэлсом, который враждебно относился в советской власти.
На очной ставке с Жемчужиной 26 декабря с.г. бывший ответственный секретарь Еврейского антифашистского комитета Фефер И.С. заявил:
«Жемчужина интересовалась работой Еврейского антифашистского комитета и еврейского театра… Михоэлс говорил мне, что „у нас есть большой друг“ и называл имя Жемчужиной… Жемчужина вообще очень интересуется нашими делами: о жизни евреев в Советском Союзе и о делах Еврейского антифашистского комитета, спрашивала, не обижают ли нас. Характеризуя отношения Жемчужиной к евреям, а также свое мнение о ней, Михоэлс сказал: „Она хорошая еврейская дочь“… О Жемчужиной Михоэлс отзывался восторженно, заявляя, что она обаятельный человек, помогает, и с ней можно посоветоваться, по комитету и по театру».
Такое же заявление сделал на очной ставке с Жемчужиной бывший художественный руководитель Московского еврейского театра Зускин В.Л.:
«Михоэлс говорил, что у Полины Семеновны с ним большие дружественные отношения. Мне известно, что когда у Михоэлса возникали трудности, то он обращался за помощью к Жемчужиной… Михоэлс часто встречался с Жемчужиной, звонил ей по телефону, встречался на приемах».
Такие же показания дал арестованный МГБ СССР Гринберг З.Г., бывший член Еврейского антифашистского комитета:
«Обращаясь в Правительство с разного рода вопросами, Михоэлс, как он сам говорил среди близкого своего окружения, предварительно обсуждал эти вопроси с Жемчужиной и получал от нее необходимые советы и наставления… В результате всего этого, связь Михоэлса с Жемчужиной для нас, окружающих Михоэлса, имела важное значение, так как мы видели в Жемчужиной нашего заступника и покровителя».
Что действительно это так, подтверждается следующими фактами.
Первый факт. На основании опроса Фефера на очной ставке с Жемчужиной установлено, что через нее было передано подписанное Михоэлсом на имя товарища Молотова письмо о якобы допускаемых местными советскими органами, в особенности Украины, притеснениях евреев. В этом письме, как заявил Фефер, излагался также протест против распределения среди трудящихся других национальностей подарков, присылаемых в СССР еврейскими организациями Америки. За этим письмом Жемчужина посылала свою автомашину с нарочным на квартиру Михоэлса, это письмо было от него получено и доставлено ей, а затем Жемчужина передала его по назначению.
Второй факт. В 1947 году, когда в партийных в советских органах имелись данные о политически вредной линии в работе Еврейского антифашистского комитета, Михоэлс и Фефер решили путем обращения в правительственные органы поставить вопрос об укреплении комитета. И на этот раз они прибегли к помощи Жемчужиной: Михоэлс связался по телефону с ней и она послала своего брата к Феферу в Еврейский антифашистский комитет, и письмо было передано ею в правительственные органы.
Третий факт. В 1944 году, после возвращения Михоэлса и Фефера из командировки в Америку, они занялись составлением письма в Правительство, в котором выдвигали проект создания на территории Крыма еврейской республики. Эту свою националистическую затею, возникшую под влиянием еврейских реакционеров США, Михоэлс и Фефер решили продвинуть каким-либо путем через Жемчужину.
Фефер по этому вопросу на очной ставке с ней заявил:
«Михоэлс говорил мне, что у нас есть большой друг и назвал имя Жемчужиной: „Я все-таки об этом посоветуюсь с ней, стоит ли лезть с таким вопросом сейчас или временно отложить“. Спустя два дня, Михоэлс мне позвонил и сказал, что он должен меня видеть. Я поехал к нему в театр и он сказал, что советовался о Жемчужиной и она положительно относится к этому проекту, считает реальным и советует взяться за этот вопрос».
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
