— Нет, ну я надеюсь, догадаешься ты сам! Была одна девка, с которой я в свое время спал, Клин. Ее оперативник я и использовал как пароль.
— Ты считаешь, что я их помню всех?! — разозлился я и ударил Ворона лбом в стену лифта.
— Ну ты ведь в это самое время тоже питал к ней самые нежные чувства, — усмехнулся Ворон, словно и не заметив удар.
Этого просто не могло быть. По факту. Потому что, как он выразился, нежные чувства за всю свою жизнь я питал только к трем девушкам. Кити моментально отпадала — о ней Ворон даже не подозревал. Пантера? Каким образом?
И оставался только один вариант…
Дрожащими руками я ввел на клавиатуре: «Куница».
— Доступ закрыт! Осталась одна попытка.
Даже, учитывая то, что теперь я не имел права на ошибку, мне стало невообразимо легче. Ворон лгал, чтобы выудить из меня еще один неправильный пароль. Это могло означать только одно — настоящее ключевое слово настолько просто, что я мог знать его сам.
— Ой, надо же, ошибся, — ухмыльнулся Ворон, — это был не оперативник, а ее личный номер. Надеюсь, напоминать его не нужно?
Я не верил ему.
— Пошел к черту. Еще раз ты меня на эту чушь не купишь. Куница и ты? Это было бы смешно, если было бы правдой.
— Забавно, — Ворон все так же находил в себе силы глумиться надо мной, — во что именно ты не веришь? В то, что я не мог поставить ее оперативник на пароль, или же в то, что кувыркался с ней, а, друг?
Ворон доверял всего одному человеку на свете. Себе. Это был незыблемый факт. И почему-то мне казалось, что только свой личный номер он мог бы использовать как пароль.
— 28–11, — прошептал я себе под нос его серийник, вводя цифры на клавиатуре.
Оставалось лишь нажать кнопку подтверждения.
Но я не мог. Сам не знаю, почему, но как раз тогда я резко усомнился в этой своей теории. Мой мозг разрывала одна лишь мысль о том, что Ворон мог говорить правду о себе и Кунице. Это не давало мне покоя ни на секунду.
09-82 — перебил я код и подтвердил.
— Допуск офицера подтвержден. Пункт назначения — Энергоблок, — отчиталось устройство, и лифт пришел в движение.
Ворон не соврал. На пароль он действительно поставил серийник Куницы. Я тут же выпустил его из захвата и, что было сил, ударил в спину ногой, впечатав бывшего друга в стену лифта.
— Что тебя с ней связывало, мразь?! — заорал я в бешенстве.
Ворон не успел ответить. Лифт внезапно остановился, и свет внутри него погас. Отключилась даже сенсорная панель.
— Что за… — я ошарашено ткнул рукоятью тесака в панель. Ничего не произошло.
Ворон развел меня как ребенка. Безусловно, у каждого офицера существовало два пароля. Один — для доступа в энергоблок, а другой — для полной электронной блокировки лифта в случае экстренной ситуации.
— Да тебе, я смотрю, совсем себя не жалко?! — взревел я и пяткой ударил капитана в лицо.
— Себя — нет, потому что вряд ли ты выпустишь меня живым отсюда, Клин, — прохрипел он, — я жалел тебя, когда Куница после романтических встреч с тобой прыгала ко мне в постель, — ответил Ворон и сплюнул кровью на пол.
И тогда, обезумевший от нахлынувшего мигом потока ярости, я совершил большую ошибку. Замахнувшись тесаком, я обрушил его лезвие прямо на голову Ворона. Треснул череп, брызнул фонтан крови, как обычно бывает в подобных случаях, а меня окатило с ног до головы. Только выдернув тесак, я осознал, что Ворон был тем самым ценным заложником, из-за которого приоритет тогда еще состоял в моей поимке и допросе. Теперь же он однозначно означал только лишь стрельбу на поражение.
— Твою мать, — прошептал я, глядя на то, как мертвое тело Ворона с раскроенной головой сползает вниз по стенке лифта.
Я остался один на один с мертвецом в глухой коробке, совершенно не зная, что же теперь делать. Нужно было выбираться, вариантов для этого было всего два. Дверь лифта и его люк в потолке, выводящий в шахту. Ну, хоть есть из чего выбрать.
Для начала я вставил тесак в прорезь между створок лифта и, слегка повернув его против часовой стрелки, приоткрыл их. Оставил тесак торчать перпендикулярно створкам и просмотрел всю образовавшуюся щель. Там была лишь глухая стена, без всякого намека на выход на этаж. Лифт не успел спуститься даже до меда, не говоря уже об энергоблоке.
Делать было нечего, я открыл люк в потолке, забросил туда тесак и, подтянувшись, вылез на крышу. В шахте было не настолько темно, как в кабине — на ее стенах через каждые двадцать метров устанавливали лампы для тех, кто время от времени проводил техосмотр. Для меня это было как нельзя кстати.
Я захлопнул люк, зацепив взглядом мертвого капитана.
— Покойся с миром, ублюдок.
Я не мог поверить в то, что Куница могла изменить мне с ним. Доказать это уже не представлялось возможным. Я обрел еще одну дыру в прошлом, которая, в этом я был точно уверен, еще долго будет разрывать мне мозг на части.
Я осмотрелся. Лифт был совершенно стандартным. Вдоль одной стены тянулась длинная рельса, по которой он перемещался. Строго напротив располагались двери, которых я, стоя на крыше, видеть уже не мог.
Но я знал, что где-то ниже есть еще два подземных этажа. На первом находился медблок и научно-исследовательский отдел, а вот в сотне метров под ним прятался ядерный реактор, которым наша база и питалась.
Энергоблок, который я планировал взорвать.
Других вариантов просто не было, ибо я никак не смог бы прорваться назад через толпы пехотинцев в одиночку. При возникновении утечки или же угрозы разрушения реактора автоматически включалась общая тревога и объявлялась полная эвакуация всего персонала базы. Слава Богу, пока еще этого ни разу не происходило.
Но все когда-то случается впервые.
Мне здорово мешали браслеты, сковывающие мои руки. Обычные стальные кольца на запястьях, соединенные прочной цепью. Их легко можно перерубить тесаком, если бы у меня был помощник.
Но, увы, удерживая оружие в одной из скованных рук, я никак не мог добиться нужного замаха и приложения силы, достаточной, чтобы разорвать цепь. Так что нужно было продолжать импровизировать, фактически обладая лишь одной рукой. Хотя…
Я прикинул примерное расстояние от края лифта до стены шахты. Там было всего сантиметров пять, не больше. Рукоять тесака вполне могла туда влезть. А могла и не влезть. Но попробовать, в любом случае, стоило.
Я засунул тесак между лифтом и шахтой, с трудом затолкал его максимально глубоко, пока он полностью не прекратил двигаться, а потом развел руки в стороны и надел одно из звеньев цепи на острый конец лезвия тесака. Дальше все произошло практически мгновенно.
Я изо всех сил оттолкнулся ногами от крыши лифта и запрокинул их вверх, фактически вытянувшись в стойку на руках, обрушивая весь свой вес на цепь браслетов. Если бы только звено цепи чуть-чуть соскочило с конца лезвия, я бы точно не успел сориентироваться и рухнул лицом прямо на собственное же оружие.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
