дней. Или вы хотите забрать его?
— На время. На два-три дня. Выезжаю в патрулирование.
— Да вы что? Мой старший сын тоже завтра к Лиенаю едет.
— Я к Фожу, — улыбнулся Андрей, — седлать не надо, а вот торбу корма с собой дайте.
Глава 24
Цория прибежала с самым рассветом, опасалась, что хозяин, который стал для неё почти другом, уедет с ней не попрощавшись. Барбос, заметно подросший, крутился всё утро у ног Андрея, позабыв про свой интерес к поедающему во дворе траву коню.
— Да куплю я себе еды по дороге, — землянин вытащил уложенный Цорией в дорожную сумку свёрток и всучил ей обратно в руки, — ты как будто на войну меня провожаешь. Верховая прогулка на два-три дня — ничего более. Постоялые дворы и таверны игнорировать не собираюсь. Займись лучше, знаешь чем? Как я уеду, найдите с Чинтером приличный особняк на продажу. Не в Золотом районе, а где-нибудь рядом, чтобы в три тысячи оборов уложиться.
— Ты хочешь перебраться отсюда?
— Нет, я из любопытства, — Андрей слегка дёрнул бывшую воровку за ухо, — Зачем глупые вопросы задавать? Кое-что подзаработал, какие-то деньги обещают с продажи трофеев, немного собственных сбережений, остальное займу, есть у кого.
— Только не у ростовщиков. Там доли в рост безумные.
— Конечно, не у них, — успокоил служанку попаданец, заканчивая укладку сумки, — Есть друзья. А этот домишко отдам твоему другу под мастерскую, пусть здесь свои башмаки точит. С инструментом помогу. Будет мне четверть доходов отдавать, всё лучше, чем за боры на чужого дядю работать. Да, и ещё, за образец того жилья, что мне нужно, возьмите дом главы гильдии ювелиров. Расхваливают. Найдите его, посмотрите.
Перед калиткой, когда Немченко вышел на крыльцо, собрались соседи. Против воли, Андрей оказался весьма тронут. В родном мире он с людьми, живущими с ним в одном подъезде и даже на лестничной площадке, лишь здоровался из вежливости, а тут успел завоевать авторитет, полностью им заслуженный.
— Ол, у меня в Фоже сестра живёт, почтенная Гульмия, — сказал старший из Уклюев, — у неё там самый большой рыбный магазин. Если в городе остановитесь, можете у неё погостить.
— Спасибо, э-э, дружище, — Андрей опять не вспомнил правильное имя соседа, — Посмотрим. Как получится.
Чинтер оседлал олу Рею Буцефала — так Немченко назвал своего коня, пусть тот и не заслуживал столь прославленной клички — и подвёл на длинном поводу.
— Мия, вы с Барбосом сильно не озоруйте, а то ты останешься без гостинцев, — пригрозил землянин, взбираясь в седло, — Ну, до скорой встречи.
Происходящее сегодня у его дома чем-то напомнило Немченко проводы не поступивших в ВУЗ одноклассников в армию. Только, вместо переживающих родителей, тут охали и ахали Цория, Сарина Йоттер, бывшего мужа которой, вернувшегося позавчера с плавания, бросили в городскую тюрьму, и Авенолия Негиний, жена Тита, вполне обоснованно считавшая, что ол Рей спас её супругу жизнь.
Махать вслед тут не принято, но взлядами провожали, пока благородный сосед не скрылся за поворотом.
Патрульный отряд был уже в сборе и дожидался лишь прибытия мага Анда, назначенного командиром в звании временного лейтенанта.
— Как вам наше войско, ол? — ухмыльнулся десятник Орнис Дик.
— Сойдёт для поездки, — вздохнул Андрей, — Надеюсь, десанта нииторцев мы не встретим.
Два десятка ополченцев, составивших новый отряд землянина, набирались явно в бедных кварталах.
Видок этих горе-вояк был удручающим. Не бомжи, конечно, но в полученных ими из районного арсенала не по росту кожаных доспехах с наклёпанными железными и бронзовыми пластинами, мечами различной длины в деревянных побитых ножнах и короткими копьями с почерневшими от времени древками, смотрелись неуклюжими и мало пригодными к сражениям.
Под стать им были и их лошади, будто бы выделенные по принципу "на тебе, боже, что нам не гоже".
Обнадёживал только возраст вояк, от двадцати до тридцати, не безусые юноши и не старики. Хоть за то спасибо. Ещё городское начальство расщедрилось на амулеты защиты первого уровня для всех. И помощник Андрея смотрелся опытным бойцом и следопытом. Так что, не всё плохо, подумалось попаданцу.
Первые потери патруль понёс в северном пригороде, едва отъехав три сотни метров от ворот. Изношенная подпруга у лошади одного из ополченцев окончательно перетёрлась и лопнула. Пострадавший отделался ушибами, но искать лавки шорников, чтобы заменить сбрую, Андрей не стал. Распорядился неудачнику возвращаться домой.
Лишившийся будущей оплаты парень попытался возражать и просился ехать дальше без седла. Препирательства прервал десятник, сильно огрев его плетью вдоль спины.
— Городские пройдохи уже поняли, что со стороны нового прево не будет никакого контроля, — Орнис Дик из арьергарда переместился к Андрею в голову кавалькады, — Вот и суют нам всякую дрянь, а спишут, как новое. Благородный ол Манел больше другим озабочен. Всё никак не может подобрать подходящие украшения у ювелира. Даже ночами над этим работает.
— Не боишься, что язык подрежут, десятник? — попаданец с интересом посмотрел на битого жизнью тридцати-сорокалетнего егеря, — Тайная служба ведь не любит таких говорливых.
— Не любит, господин, это так. Только не слышал, чтобы в ней дворяне простыми доглядчиками служили, а её местного начальника я знаю. Доводилось один раз его сопровождать. Или вы ...
Конечно же, не побегу с кляузой, — усмехнулся Немченко, — Тем более, что с тобой согласен. Я доложу руководству палаты по возвращении про то, как обеспечиваются патрули. Пусть они вразумят чинуш.
За городскими рогатками дорога резко свернула к побережью и дальше шла вдоль океана мимо рыбацких поселений.
Люди здесь благодаря богатому промыслу выглядели гораздо лучше землепашцев. В придорожной таверне, где отряд остановился на обед, подавали блюда из свежего улова. Андрей морепродукты не очень любил, но тут отдал должное и ухе, и жареным рапанам с луком, и запечённой на углях треске.
Пока он, заплатив за весь отряд из выданного ему общего кошеля, смаковал принесённые блюда, двое ополченцев, устроившись в тёмном углу и втихую договорившись с разносчицей, весёлой полной красоткой, вместо положенных им порций взяли утроенное количество вина.
Спустя полчаса Немченко без лишних эмоций наблюдал, как десятник разбивал во дворе таверны алкашам лица в кровь.
— Господин, не желаете? — предложил Орнис командиру присоединиться.
— Твоего урока им хватит, — отказался Андрей и скомандовал: — По коням!
Через десяток миль от таверны покатый берег сменился скалами,
