лишь продолжай возрастать в том, что посеяно в твоей душе. И эти усилия окупятся сполна» Девочка согласилась, и они с некромантами сосредоточились на эфире.
Вот как бывает, когда всё происходит по закону, когда ничто не нарушается в угоду каких-то своих личных предпочтений. Рождённая в полнолунье, осенённая частицей силы некроманта, имевшая беспрепятственный доступ к обучению. Алиса не теряла ни мгновения своей жизни, впитывая знания тёмных искусств. Днём они изучали эфир и делали попытки покорить его. Ночью впитывали мощь луны, стремясь покорить её серебряный свет. Сдвиги были. Конечно, моя дочь не стала сразу брать лунный свет и зелёный поток эфира в свои руки, чтобы скрещивать их и получать то, что нужно. Однако Лукреция не уставала повторять, насколько она одарённая. Тем временем они потратили полтора толнора, пересекая степь, и оказались на дороге, что соединяла Клиф и Улик. Впереди чуть левее уже виднелся Могильный лес. Лукреция взяла ещё чуть восточнее, и через ещё полтора толнора приблизились к восточному берегу озера Н’октус. Стояла ночь, и по правую руку можно было видеть огни Ал’ти́мера. Здесь некроманты не на долго остановились. Лукреция указала рукой в сторону этого города и обратилась к Алисе: «Ты чувствуешь?» Девочка посмотрела туда и пыталась сосредоточенно вглядываться в свет, который источал этот населённый пункт. Через какое-то время она ответила: «Я ничего не чувствую» — «Что ж, тогда мы задержимся тут»
Лукреция добивалась от Алисы, чтобы она почувствовала силу лича, который обитает на болотах Н’октус. Они обращались к лунной силе, чтобы дотянуться с помощью неё до того, кто расположился там. Однако для ученицы это было пока что непосильным делом. Поэтому, когда ночь прошла, и начало светать, так что лунная сила теперь не так ощутима, они продолжили путь. А пока шли, Алиса узнала, что раньше на этих местах располагалась самая обычная равнина, где был воздвигнут форт. Но в 118 корл прилетел Зорага и потопил всю эту равнину вместе с фортом, после чего сила духа гибели низринулась на этого место, и так из души управителя форта восстал первый лич, которого зовут Форма́нис. Лукреция сказала, что это имя бессмертных избрал себе сам. С древнего наречия слово «Форман» означает «Мудрость». Окончание «ис» здесь не только для того, чтобы придать более зловещее звучание имени бессмертного, но обозначает полнейший переход из жизни к бессмертию. В этом самом окончании заключена мощь гибели, из которой теперь черпает силу тот, кто носит это имя. Оно содержит историю бессмертия. Тот, кто обладает магией слов или же чья сущность настолько велика, что способна проникать в сущность других, сможет по одному только имени узнать всё об этом существе, начиная историей, заканчивая способностями. Алиса пыталась произносить слово Форманис до тех пор, пока перед ней не откроется величие того существа, что теперь обитает на руинах форта Н’октус. Однако Лукреция сказала, что это — пустая трата времени. Среди некромантов не было тех, кто могли прочитать по имени сущностность кого бы то ни было. Но девочка так и не оставила этих попыток.
Обойдя восточный берег озера, они перешли реку, которая впадает в него и стали двигаться на юго-восток вдоль той самой реки вверх по течению. Справа простирался Шурайский лес, а по другую сторону шла стена деревьев Могильного леса. Пока они двигались, Лукреция рассказывала Алисе, что Шурайским этот лес был назван из-за особого народа, что живёт в этой чащобе — шура́йи. Они выглядели как люди, только гораздо крупнее. Их тела покрыты густой шерстью, а вместо лица — волчьи морды или же, точнее будет сказать, морды, больше всего похожие на волчьи. Наставница говорила, что ещё до того, как эти земли были заселены ленгерадами, не говоря уже о людях, тут было полным-полно шурайев. Эти земли принадлежали им. Когда пришли чародеи и воздвигли свои магические шпили, двоим народам удалось ужиться. Чародеи занимали очень мало места, ведь их редкие постройки вырастали ввысь. Но, когда появились люди, началась борьба за земли. Гладкокожие нещадно принялись истреблять хозяев, так что шурайям пришлось покинуть равнины и уйти жить в леса. Люди многочисленнее и более приспособленные, хотя шурайи быстрее и сильнее. Но, если для каждого исконного жителя этих земель всякая потеря весьма ощутима, так что смерть сородича откликается сильной болью в душе выживших, и они больше не могут продолжать сражаться, то люди могут биться, несмотря на потери. Эта способность помогла пришельцам отвоевать себе место в этом уголке мира. И теперь шурайи ожидают прихода Шо’каала, который поведёт их за собой. А, чтобы они могли ожидать его прихода, он подарил им способность принимать облик людей, что позволит им жить среди этих существ. Большинство не приняли этот дар и сказали, что будут дожидаться возвращения властелина в своих исконных обликах. И всё же были те, кто приняли этот дар и стали жить среди людей, но оставались всё такими же шурайями. Алиса, слушая этот рассказ, непрестанно всматривалась в чащу Шурайского леса, тщась углядеть хотя бы одного человеко-волка. По ночам мерещились блистающие огни хищных глаз. Но Алисе не было страшно.
Спустя два толнора, в течение которых не прекращались тренировки с целью раскрыть потенциал в будущем некроманте, они выбрались на равнину, где река Шина делилась на два рукава. Вдалеке виднелась горная гряда, которая уходила за горизонт. Лукреция рассказывала Алисе, что раньше тут располагались горнодобывающие деревушки. Управители предсказывали этому месту процветание и развитие. Однако тьма Мората пришла сюда быстрее, поэтому все до единого поселения обратились мёртвыми курганами. Продвигаясь постоянно на юг и держась ближе к Шурайскому лесу, некроманты приближались к хребту Шина. А по левую руку проплывала одна из тех разорённых деревень, о которой рассказывала проводница. А, когда горы сделались слишком близко, вперёд уже двинулся Лукас, потому что на вершинах гор гнездятся жуткие кондоры, которые под действием силы Мората обратились в жуткие создания. Некоторые из них могут превышать рост взрослого человека. Эти твари могут напасть и на некроманта. Поэтому брат Лукреции был готов встречать их боем. Да и вообще с этого момента он обратился постоянным проводником, ведь, обогнув хребет Шина с запада, они повернули на восток и продолжали движение вдоль хребта. Тем временем Лукреция рассказывала Алисе о ещё одной достопримечательности их земель — пустоши Ахкалла, которые раньше назывались равнинами. Далеко на юге, где начинается Ксилийский океан, располагается крепость Мората. Кто такой, этот Морат, и почему его крепость была воздвигнута настолько далеко от столицы, неизвестно, как и неизвестно то,
