— Передайте пославшему вас.
Рыжий Плут с молчаливым поклоном принял украшение.
— Скажите моему супругу: я с нетерпением жду встречи.
Уходя, Плут оглянулся. Леди Амелия сидела бледная, с искривившимися от злобы губами. Королева шагнула к очагу и бросила письмо Стрелка в огонь.
Подобное благоразумие восхитило Плута.
* * *
Лесные ароматы пьянят. Если целый год вдыхать вонь гнилой соломы, ржавчины, грязных тел, а потом окунуться в запахи мокрой земли, прелых листьев, травы, сосен — как не захмелеть?
Если целый год пить тухлую, отдающую плесенью воду, а потом сделать глоток воды из лесного ручья — ароматной, сладкой и крепкой, словно вино, — как не захмелеть?
Если целый год изо дня в день слышать шаги часовых, стоны и ругань узников, шорох капель, срывающихся с влажных стен, а потом внимать шуму ветра в кронах деревьев, позвякиванию уздечек, перестуку копыт, голосам друзей — как не захмелеть?
Как не захмелеть, оказавшись дома, в тепле, у очага?
Менестрель вытянулся на кровати, провел рукой по льняной простыне. Усмехнулся:
— Даже не верится.
На щиколотках и запястьях его остались гнойные раны от кандалов. Гильда смочила полотно отваром из целебных трав, наложила повязки, затем напоила певца крепким бульоном.
Через мгновение Менестрель спал. Стрелок обратился к Оружейнику, стоявшему подле кровати:
— Не хотелось привозить его сюда, подвергать всех риску. Думал, укроемся в лесном храме.
— Какой лес? Какой храм? Ночевки в лесу его прикончат.
— Потому мы запутали следы и вернулись сюда. Ему нужен хороший уход, сытная еда, тепло, — Стрелок помолчал. — Да… Отведал королевского гостеприимства.
Плясунья, помогавшая Гильде, выпрямилась, прижала кулачок к губам. Слова Стрелка обожгли тем больнее, что и сама думала так же. Когда Менестрель, поддерживаемый музыкантами, переступил порог, Плясунья в первое мгновение его не узнала. Певец был бледен до желтизны, исхудал — больше походил на тень, чем на человека. Седины в волосах заметно прибавилось, только в улыбке еще проскальзывало что-то знакомое, прежнее. Плясунье захотелось оказаться лицом к лицу с Артуром. Высказать все, что накопилось на сердце. А еще — посмотреть в глаза. Удастся ли поймать хоть тень раскаяния? Если нет — что ж, оборотню ее сердце принадлежать не будет.
Гильда аккуратно разложила мешочки с травами, повернулась к мужчинам:
— Пора обедать.
Плясунья вызвалась посидеть подле больного, остальные поднялись наверх. Когда все устроились за столом, возвратился Рыжий Плут. Сбросил плащ, подбитый куньим мехом, занял свое место на скамье. Гильда поставила перед ним полную тарелку тушеного мяса, и Плут мгновенно набил рот, так что на нетерпеливые вопросы мог отвечать только мимикой и жестами. Это никого не устроило. Флейтист попытался отнять у Плута тарелку, тот намертво вцепился в нее правой рукой, а левой вынул из-за пояса и подал Стрелку свиток. Охотник взял, сломал печать, пробежал глазами. Друзья перестали жевать и внимательно следили за выражением его лица. Только Плут как ни в чем не бывало наворачивал мясо. Стрелок дочитал, улыбнулся — остальные облегченно вздохнули — и вновь углубился в письмо. Изучал так долго, что музыканты взялись заключать пари: Менестрель раньше встанет на ноги или Стрелок отложит свиток? Гильда удрученно поглядывала на остывающее в тарелках мясо. Один Плут ее порадовал: съел все подчистую, корочкой хлеба подобрал соус и попросил добавки.
Стрелок свернул письмо и весело посмотрел на друзей:
— Я сообщил королеве о наших планах, она просит известить, удалось ли освободить Менестреля.
Рыжий Плут поперхнулся. Флейтист принялся истово дубасить его по спине. Плут не выдержал и дал сдачи.
— Известить королеву? — откашлявшись, завопил Плут. — Опять в замок идти?
— Нет, нет, — успокоил Стрелок. — Надо привязать какую-нибудь ленту к ясеню, растущему у ворот замка. — Пояснил: — Дерево видно из окон покоев королевы.
— Стражи, конечно, будут глядеть в другую сторону, когда на дерево полезешь. Не пожелают узнать, что тебе там понадобилось?
— Можно ночью, — неуверенно начал Оружейник.
— Тогда уж точно угодишь в темницу. Ночью все кажется вдвойне подозрительней.
И тут вмешалась Гильда:
— Я это сделаю.
Мужчины разом повернулись к ней.
— Любопытно, каким образом? — рассердился отец.
Гильда только улыбнулась.
— Стражникам будет подарок, — захихикал Рыжий Плут. — Представьте, на ветке такая очаровательная птичка.
Гильда пропустила его слова мимо ушей. Оружейник подозрительно взглянул на дочь, но та держалась твердо и вынудила отца уступить.
— Ладно, — пробормотал он. — Посмотрим… О чем еще пишет королева?
— Просит встретиться с лордом Гаральдом.
— Это еще зачем? — встревожился Флейтист. — Все они в замке одна свора.
Оружейник протестующе взмахнул рукой:
— Нет. Лорд Гаральд прежде был Главой Королевского Совета; Артур поставил вместо него Магистра. Так что заодно они никак быть не могут.
— Вот лорду Гаральду и представится случай помириться с королем: принести наши головы, — упорствовал Флейтист.
— Вряд ли ее величество так мало ценит наши жизни, — улыбнулся Стрелок.
— Ее величество уже год сидит под замком, и лорд Гаральд даже не пытался ее освободить.
— Вероятно, ему не хватало нашей поддержки, — невинно предположил Стрелок.
Оружейник только головой покачал на подобную дерзость. Сказал:
— Я слышал, лорда Гаральда в городе нет, он вернулся в свой замок.
— Далеко это?
— Дней десять пути, — откликнулся Плут, обошедший почти все королевство.
— Дней десять, — задумчиво повторил Стрелок. — Если через месяц я не вернусь…
Распорядиться не успел. Перебил Оружейник:
— Не ты, а все мы вернемся или не вернемся.
— Ты не можешь оставить лавку. Гильда с Плясуньей должны ухаживать за Менестрелем, — спокойно возразил Стрелок.
— Мы… — вступил было Флейтист.
— Нет, — покачал головой охотник, — актерское ремесло — не воинское.
— Может, я пригожусь? — спросил Рыжий Плут.
Стрелок придирчиво оглядел его.
— Хорошо. Отправимся вместе.
Плут кинул на стол выразительно звякнувший кошель:
— От ее величества.
— Будь нашим казначеем, — попросил Стрелок Оружейника.
— Хозяюшка, нельзя ли еще мяса? — нежно улыбнулся Гильде Плут. — Раз остальные не едят…
— Как это «не едят»? — возмутился Флейтист. — Еще как едят!
Девушка отмахнулась:
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
