Через пару дней я отправилась в магазин за овощами и наткнулась на Наташу.
Я попыталась незаметно «просочиться» мимо нее в подворотню, но меня все-таки заметили:
– Катюха, привет! – заорала она на всю улицу.
Я сделала вид, что безумно рада:
– Привет! Как дела?
– Пока не родила. Че делаешь?
– В магазин иду, – ответила я уныло.
– Пошли к нам, чаю попьем, – предложила она.
Я задумалась, подыскивая хоть какую-нибудь отговорку, но в голову как назло ничего не лезло. Ну, куда я могу здесь торопиться: ни работы, ни детей, муж на базе…?
– Ладно, пошли, – согласилась я.
Мы поднялись в квартиру, где жили «девочки».
Ира сидела на полу «в раскорячку» и красила ногти на ногах:
– О, здорово! Как жизнь? – обрадовалась она.
– Нормально. Ты как?
– Да вот, говорю своему, чтобы он продукты привез, а он все мычит что-то в трубку, козел!
Только сейчас я заметила, что помимо педикюра она была занята еще и разговором по сотовому.
– Че ты, блин, стонешь там! Свинину, говорю, привези! Пиг! Пи-и-иг! – кричала она в трубку, снова и снова повторяя «свинья» по-английски. Я-то поняла, что требовала она именно свинины, а не просто обзывала жениха, но вот понял ли он?
– Вот ведь придурок, ни черта не понимает! – пожаловалась она мне, отодвинув трубку от уха. – Ладно, пока!
Она с раздражением бросила телефон на кровать:
– Надоело все! Трахаешься с ними за эти долбаные соки… Они покупать не покупают, зато секса хотят! А я им что, казенная что ли? Вот купи сок, тогда и посмотрим, – возмущалась Ира.
Про себя я подумала, что даже за соки всем не «надаешься», но тему эту дальше решила не развивать и задала дежурный вопрос:
– А ты раньше в Корее работала?
– Работала. В Тэндучене. Дыра – дырой! Одни бангладеши приходили.
– Чем занимались? – спросила я, интересуясь родом занятий этих самых граждан чудной страны Бангладеш.
– Трахались, а что еще с ними можно делать!? – совершенно искренне и без стеснения «просветила» она меня. – Они же просто так сок не купят, только за «это дело». А америкосов там вообще не было. Этих еще хоть как-то можно «развести», не раздвигая ноги, а тех – бесполезно, – вздохнула она.
Та-ак, похоже, что она не совсем правильно поняла мой вопрос, но переспрашивать и уточнять я не стала.
Я уже пожалела, что пришла. Девчонки были «прожженные» до мозга костей. Меня это действительно шокировало. ТАКИХ я еще ни разу еще не встречала. То есть я, конечно, все понимаю: жизнь иногда и не так к земле пригибает…, но ведь можно это как-то не «выпячивать»! Зачем лишний раз всем подряд о таких вещах рассказывать?!
– А почему вы не попросились в другой город? – на всякий случай уточнила я.
– Так нам сказали: либо там, либо в Россию вернут. А мне дома без денег делать нечего – у меня мать больная и ребенок в школу ходит, – ответила она злобно.
Я не могла понять своих ощущений в этот момент. Несмотря даже на то, что занятиями проституцией она «растила» ребенка и кормила больную мать, жалости к ней я не испытывала, это точно. И не потому, что сам способ мне не нравился, а от того, каким тоном она говорила об этом: в ней кипела ярость, злоба и обида на весь мир! Но, если подумать, мы сами выбираем себе дорогу. Так сказать, «даже если вас проглотили, у вас все равно есть как минимум два выхода». Да, я не знала о ней почти ничего: что именно привело ее к такому решению, и почему она не попыталась найти другой выход. Но, так или иначе, я не могла найти в своей душе хоть капельку симпатии к ней. Или хотя бы сочувствия.
Наташа, похоже, не сильно отличалась от Иры родом занятий, но в ней всегда чувствовался какой-то позитивный заряд. Она постоянно была веселой, отзывчивой, «искрящейся». У нее в России тоже остался ребенок, о котором она в отличие от Иры отзывалась с огромной нежностью и тоской.
– Смотри, что я сынке купила! – хвасталась она мне, разворачивая яркий мальчиковый костюмчик. – Будет у меня самый крутой!
– А сколько ему лет?
– В следующем году в школу пойдет, – с гордостью отвечала она. – Я по нему так скучаю!
– Верю. Да и он по тебе, наверное, тоже.
– Конечно! Я звоню, а он плачет, ко мне хочет…
– А у тебя здесь друг есть? – сменила я тему, заметив, что она и сама сейчас чуть не плачет.
– Есть, – ответила она, сразу повеселев. – И даже два. Один – американец, а второй – кореец. Я их обоих люблю, вот только кореец женатый и разводиться не собирается. А американец – Стив – обещает жениться.
Я еще немного посидела у них и отправилась по своим делам.
Потом я все думала об этих девушках: вот вернутся они домой, и никто никогда не узнает о том, чем они занимались в Корее; только их собственная память будет хранить все те унижения и мерзости, через которые им пришлось пройти. А может им повезет и они выйдут замуж, уедут в Америку или куда-то еще и будут по-своему счастливы? Мне было бы интересно узнать, как сложится их судьба.
Тогда я не могла и подумать, что «сложится» у них все на моих же глазах, и уже они, уезжая в далекие страны, будут смотреть на меня и гадать, как же сложится моя.
В январе я начала напоминать Санни, что пора бы уже и документы подать на американскую визу. Дело это хлопотное, долгое, а у нас был всего год.
– Мы когда в Сеул поедем? – спросила я как-то. – Времени не так много, сам знаешь.
– Я сейчас не могу, мне выходной не дадут. Это же надо как минимум на три дня ехать! Так что через месяц поедем. Я к тому времени смогу отпроситься, – ответил он.
Настаивать я не стала. Раз не получается сейчас, что же делать, – поедем через месяц. И запаслась терпением.
Глава 3
Однажды, сидя дома и помирая от скуки, я решила прогуляться по тауну, а заодно и купить чего-нибудь из еды.
Я шла по одной из улочек, когда заметила высокую стройную блондинку, шагавшую мне навстречу. Еще издалека было понятно, что она русская, но до этого мы, кажется, не встречались.
Надеясь расширить круг своих русскоговорящих знакомых, я поздоровалась, едва мы поравнялись:
– Привет.
– Привет! А ты, наверное, Катя?! – обрадовалась она.
– Да-а…, а ты откуда меня знаешь?
– Я про тебя слышала. Таун-то небольшой, а русских совсем мало. Так что все про всех узнают очень быстро. Меня Рита зовут. Ты не торопишься?
– Нет, просто гуляю, – ответила я. «Рита, Рита – знакомое имя, да и лицо вроде тоже…»
– Может, пойдем, кофе выпьем? – предложила она.
Я согласилась, и мы зашли в ресторанчик, где когда-то русские всего тауна собирались на «летучки».
– А ты здесь замужем или работаешь? – спросила я, мучительно пытаясь вспомнить, откуда я все-таки ее знаю.
– Замужем. За корейцем. Да ты, может, знаешь его – «Ди Каприо».
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
