Идеология СРН опиралась на несколько постулатов. Во-первых, это «золотой треугольник» — православие, самодержавие и народность. Во-вторых, отношения Царя с народом не должны быть испорчены бюрократией, парламентом и партиями. Поэтому СРН выступал против парламентаризма, за самодержавие в чистом виде, которое только и может обеспечить единство народа. Правда, СРН предлагал еще созыв Собора, согласно древней русской традиции, но Собора сугубо совещательного. В-третьих, главная ценность виделась в крестьянской общине. Город означал отсутствие корней, а столыпинские реформы — гибель общины. Столыпин в те годы рассматривался СРН в лучшем случае как сомнительный союзник, а в худшем — как масон и противник. Хотя некоторые правые понимали необходимость индустриализации России, в целом СРН не представлял себе для нее такого будущего. И, наконец, в-четвертых, корень всех бед СРН видел в мировом и русском еврействе. На еврейском вопросе черносотенцы концентрировались абсолютно и беззаветно. Отбрасывая могущественную русскую компоненту в революционном движении, члены СРН провозглашали, что все евреи — революционеры, а все революционеры — евреи. Кроме того, все евреи — капиталисты, а все капиталисты либо евреи, либо их ставленники. Между Ротшильдом и Марксом заключен тайный союз. Еврейские революционеры хотят уничтожить государственный строй, чтобы утвердить власть еврейских капиталистов. Это последнее провозглашалось открытым текстом в случайно обнаруженных, а до того тайных «Протоколах сионских мудрецов» — настольной книге каждого уважающего себя антисемита и националиста от рядового партийного функционера до фюрера. Тезис о союзе «Маркса и Ротшильда» стал впоследствии главным пунктом идеологии нацизма. Рабочему вопросу СРН большого внимания не уделял, считая, что русские рабочие под защитой Царя живут лучше, чем их собратья на Западе под властью еврейских эксплуататоров.
Согласно уставу СРН лица еврейского происхождения не могли быть членами Союза, тогда как нерусские люди других национальностей могли ими стать при условии единогласного принятия. Вскоре оказалось, что первую скрипку в черносотенных делах играют не столько русские, сколько русские немцы, всегда являвшиеся опорой трона, и молдавские помещики, до этого себя в русской истории никак не проявившие. Среди функционеров СРН и лиц, активно поддерживающих Союз в печати, наиболее известными были: Грингмут, Бутби де Кацман, посвятивший СРН свое издание «Протоколов», Крушеван, депутат Думы и редактор газеты «Бессарабец», Синадино, Демянович, Крупенский, ген. бар. Каульбарс, Левендаль, Энгельгардт, Плеве, Пеликан, ген. Ранд, гр. Доррер, Рихтер-Шванебах и др. Продолжателями черносотенной традиции в эмиграции после 1917 г. являлись Финдберг, А. Будберг, Нейдгардт, герцог Лейхтенбергский. В СРН входили также представители русской аристократии с громкими именами — Урусов, Мещерский, Шереметьев, Гагарин, ряд православных иерархов — архиепископ саратовский Гермоген, волынский Антоний, некоторые ученые: историк Иловайский Д. И., Майков А. А., сын поэта (167). За руководителем СРН Дубровиным маячили фигуры великих князей Владимира Александровича и Николая Николаевича. В торжественной обстановке венки СРН были возложены на Императора и Наследника. В целом же «Черная сотня» была экзотической смесью аристократии, мелкой буржуазии и отребья больших городов. В кризисной революционной ситуации Царь делал ставку на армию, полицию и СРН, став фактически членом контрреволюционной политической партии. Аудиенции черносотенных депутатов у Царя становятся заурядным явлением. В речах Царя, обращенных к СРН, дежурными стали фразы: «объединяйтесь, истинно русские люди», «вы мне нужны», «буду миловать преданных». Против кого следовало объединяться истинно русским людям? В революционой сумятице, когда трону угрожала гибель, власти искали эффективный лозунг, указующий врага державы. Ведь должен же кто-то быть виноват в создавшемся хаосе и разрушении! Поскольку активность евреев в революционных акциях бросалась в глаза, то им и выпала честь стать врагами трона. Революционный лозунг «долой самодержавие!» был уравновешен лозунгом «бей жидов!». Еврейские революционные активисты легко могли бы просчитать последствия своих акций для массы соплеменников, ни сном, ни духом не подозревающих, что именно им придется заплатить за революционные «шалости» героев. Могли просчитать, но не захотели! Когда приносишь себя в жертву во имя будущего всего человечества, не хочется думать о мелочах жизни и о жизни кого-то еще! В пылу событий 1905–1907 гг., так же, как и в 1917 г., охваченное общим безумием русское еврейство не нашло организационных форм и сил для отмежевания и внятного осуждения левого террора. Расплата наступила в виде правого террора. По России прокатилась волна еврейских погромов.
Если левый террор имел в качестве основы определенную идеологию, то правый террор зиждился на антисемитизме, вспыхнувшем под влиянием революции и пропаганды властей. При дворе и в царской семье антисемитизм был элементом воспитания молодых людей. Царь искренне считал, что вся эта каша заварена евреями. В письме к матери от 25 октября 1905 г. он писал: «…народ возмутился наглостью и дерзостью революционеров и социалистов, а так как 9/10 из них жиды, то вся злость обрушилась на тех — отсюда еврейские погромы…Но не одним жидам пришлось плохо, досталось и русским агитаторам: инженерам, адвокатам и всяким другим скверным людям» (297). Если судить по другим документам, то Государь не был столь наивен, как в этом письме. Однако такой взгляд был широко распространен, особенно среди людей, нуждающихся в простой трактовке сложных явлений. Рядовые члены СРН — люди улицы, владельцы небольших лавок, неотесанные и малообразованные, приехавшие в столицу попытать счастья, боящиеся темпа жизни и социальных перемен, охотно принимали такую трактовку. Они верили в Царя и Бога, боялись интеллигентов и инородцев. Их инстинктивный, биологический антисемитизм облегчал задачу поиска врага. Зачем вычислять и отлавливать поодиночке террористов, которых и полиция не может изловить, когда еврейские местечки, улицы, а главное, магазины вседа на виду? Решение лежало на поверхности, и искушение было велико.
В XX веке политики крайних направлений часто будут прибегать к обвинениям этнических меньшинств в антигосударственной деятельности. В СССР будут обвинять калмыков, чеченцев, крымских татар. В фашистской Германии, как и в России 1905–1907 гг., олицетворением зла станут евреи. Многое здесь зависело от качества пропаганды. Опыт СССР и Германии показал, что массовое сознание легко поддается манипуляциям. В те годы в России антисемитская пропаганда велась, в основном, прокламациями и двумя десятками провинциальных черносотенных газет. Из центральных изданий в этом деле участвовали «Русское знамя», «Объединение», «Вече», консервативное «Новое время», официальный «Правительственный вестник» и некоторые церковные газеты. Прокламации печатались в Почаеве, в ряде небольших губернских и уездных типографий. Главная же их масса производилась в секретной типографии МВД. Ее возглавляли бар. фон дер Липпе, сенатор бар. фон Тизенгаузен, ген. фон Раух. В составлении текстов принимали участие Д. Ф. Трепов, фон Крамер, ген. Богданович, Буксгевден, Нейдгардт, а также некий «высокий» аноним из дворца. Религиозная сторона пропаганды сводилась к убийству евреями Христа. Эта мысль и помимо прокламаций внушалась невежественными попами детям с самого раннего возраста. Политическая сторона пропаганды сводилась к обвинению всех евреев в терроризме, стремлении к низвержению монархии, совершении ритуальных убийств, высасывании крови из русского государства евреями-банкирами, непредоставлении России западных займов по наущению тех же банкиров, что явно указывало на существование Всемирного Еврейского заговора. Листовки по сути своей были сгустком человеконенавистнического бреда, и появление их в каком-либо городе обычно предвещало погром.
Пропаганда и организация акций СРН финансировались, в основном, из правительственных источников. Существовал также и спонсор Полубояринова, вдова богатого издателя, передавшая на эти цели СРН около 500 тысяч рублей. И пропаганда, и акции курировались шефом тайной полиции Рачковским П. И. Вся деятельность СРН и других монархических групп протекала под его непосредственным руководством. На секретном докладе Трепова Царю о работе подпольной фабрики прокламаций сохранилась виза Николая II: «Выдать 75 тысяч рублей Рачковскому за успешное использование общественных сил». Здесь случилась утечка информации по вине графини Витте, заявившей на званом обеде: «А Рачковскому за его поганую типографию семьдесят тысяч рублей наградных дали». После этого за «несение пошлого вздора» графиня Витте во дворец не приглашалась. В 1917 г. на допросе лидер СРН Н. Е. Марков 2-й признал: «Я обычно получал враз по 144 тыс. рублей» (134). Всего СРН было передано из правительственных источников около 1,5 млн. рублей. Отчетности в расходах этих денег не требовалось. Деньги работали эффективно. Жандармский ротмистр Комиссаров, словоохотливый сподвижник Рачковского, говаривал: «Все зависит от того, сколько вы отпустите денег. Тогда я могу устроить „тур-де валяй“ (погром. — А. К.), какой вам угодно: хотите — на десять человек, а хотите — на десять тысяч» (134). «Средней внушительности погромчик» обходился, примерно, в 6–10 тыс. рублей.
