— Верно, — подхватила Веся. — Незачем. Лучше ему сидеть в Сером гнезде, любоваться на облака и вышивать розовыми цветочками подштанники для одного из родственников своего жениха. А попутно вязать очень редкий гамак. И длинный… локтей так в сорок.
— Я думаю, этому бойцу отряд нужен, — сразу помрачнел Ранзел, представив, на что похож такой гамак, если привязать его одним концом за оконную раму, а второй выбросить наружу. — Пусть лучше в ручьях умывается или деревенских банях.
— Я тоже так думаю, — коротко кивнул Ансерт.
— И я, — согласился Даренс.
— Тогда и я, — разочарованно протянул младший. — Скучно вы сегодня принимаете!
— Извини, Лирс, — кротко улыбнулась Веся. — Спать хочется… и утром ведь снова рано подниматься.
— Значит, постановили, — веско заявил Берест. — Отряд этому бойцу нужен. Тогда давайте делиться. Ранз, доставай кубок.
Отрядный кубок, вещь столь же ценная, как и вымпел, был того же цвета, что и боевые повязки, синий с золотом. И возил его всегда в своём мешке самый надежный воин, тот, кто падал на поле боя реже всех.
— Вот он, — Ранзел подал кубок командиру и тот отстегнул от пояса кисет с маленькой фляжкой.
Воду в такие наливали только в самом крайнем случае, обычно хранили нечто более ценное. Целебные настои или бодрящие зелья, драгоценный бальзам на семи травах или облепиховое масло, реже просто вино или медовуху. И наливая сейчас по глотку в общий кубок, каждый давал молчаливое обещание поделиться с новым соратником, если придет трудный час.
Несколько крупных капель густого и душистого бальзама тягуче вытекли в кубок, но командир не передал кубок дальше, а достал кинжал и быстро уколол палец. Алые капли упали поверх драгоценного зелья, и Ранзел тотчас подтянул кубок к себе. И тоже добавил поверх искристого бодрящего зелья, которое щедро плеснул из серебряной с чернью фляжки, немного собственной крови.
Кубок в полной тишине двигался по кругу, и куница всё сильнее стискивала зубы, чтобы не выдать своего смятения. Никто из ястребов не ограничился зельем, каждый добавил своей крови, давая суровую клятву защищать Весю до последней капли, до последнего вздоха.
Когда она вступала в отряд Сангра, дядя тоже провел ритуал, но присутствовали на нем лишь он сам и Тадор. И они тоже дали ей такие клятвы, однако в тот раз Веся не ощущала такого волнения. Мало тогда ещё понимала в боевых клятвах, да и знала, что княжне в войске отца меньше не положено. Теперь же совсем другое дело, эти парни вполне могли ограничиться одними зельями, и за то спасибо. А они выдавали ей клятву как равной, точно зная, что очень скоро найдутся желающие это право отобрать.
— Вот, — поставил перед Весей кубок Ансерт, и она, не сомневаясь ни секунды, достала заветную фляжку, бывшую даже меньше фляги Береста.
Отвинтила крышечку, осторожно капнула в кубок пяток светлых капель, и по избушке поплыл тонкий горьковатый аромат.
Ранзел недоумённо нахмурился, Даренс изумлённо приподнял бровь. Ансерт неверяще расширил глаза и только Лирсет смотрел с наивной заинтересованностью. Рядом с досадой выдохнул Берест, и Веся едва заметно усмехнулась, пряча фляжку. Ну и что же, что сок плодов живого дерева самое редкое и дорогое снадобье? Зато в это лето никого из них невозможно будет ни отравить, ни опоить дурманом. Да и простуды и болячки будут обходить стороной. А чтоб оно подействовало как нужно, она сделает простой фокус.
Княжна легко провела лекарским ножом по пальцу и тотчас добавила в кровь силы. Всего несколько капель упало в кубок, но были они яркими и блестящими, как драгоценные камни. Ансерт огорчённо поджал губы, сам он так проделать не мог, его силы хватало лишь добавить при изготовлении в зелья.
— Мешай! — Берест подвинул кубок брату, это была святая обязанность алхимика, никогда не ошибавшегося при разделе общей чаши.
Несколько точных движений серебряной ложкой, и Ансерт встал, торжественно держа в руках кубок с получившимся зельем.
— Мы принимаем тебя в отряд и готовы поделиться всем самым ценным, что имеем, — сказал командир и кивнул брату.
— Я признаю вас своими братьями по оружию и готова делить с вами всё, что имею, — встала Весеника, и алхимик бережно вылил ей в рот первую ложку зелья.
— Признаю, — коротко сказал Берест и приподнялся, чтоб получить свою долю общего зелья.
— Признаю… признаю…
Последний глоток Ансерт сделал сам, задумчиво причмокнул, влил в кубок немного воды, ополоснул и запил, вызвав веселый смех братьев. Видимо, это была его любимая шутка, сообразила куница, усаживаясь на место. И тотчас крепкая рука по-хозяйски придвинула её ближе, приобняла за плечи, а тёплые губы бережно скользнули по щеке.
— Поздравляю, — мягко улыбнулся кунице командир и тут же осведомился, взыскательно глянув на блондина: — Даренс, ну где там мясо?
— Да несу уже.
Некоторое время все молча ели, и Весе даже показалось, что Берест забыл про свои права на ухаживание, так сосредоточенно жених резал заячью печень и осторожно, неторопливо жевал. Но едва её миска опустела, рука командира подцепила из огромной сковороды ещё кусок мяса и опустила в миску кунице.
— Я наелась… — попыталась отказаться девушка, но ястреб так строго свел брови, что она мгновенно припомнила Тадора и молча принялась за мясо. Точно так её кормил и напарник, нагло вытаскивая для Веси из котла самые лучшие куски, и сердился, когда она отказывалась съедать всё до крошки. И теперь куница начинала отчётливо понимать, что это у мужчин так принято показывать своим девушкам особую заботу и внимание. Кормит же она Рыжа, когда тот не имеет возможности поохотиться?
Но всё дело в том, что сама она не Рыж и прекрасно чувствует, когда наелась. И значит, придется это объяснять и Бересту, так же, как решительно она когда-то поговорила с бывшим напарником. Весеника некстати припомнила, что Тадор с отрядом остался на этой стороне, а Ансерт предсказал бой в Белой роще, и тяжело вздохнула. Заботы о родном клане продолжали её беспокоить, хотя куница отлично понимала всю бесполезность этой тревоги. Не её теперь это дела… она отрезанный ломоть, хотя и не перестает болеть душа за родных и знакомых людей.
— Что? — мгновенно склонился к ней Берест и, пользуясь мелькнувшей в его глазах озабоченностью, Веся отодвинула миску.
— Больше не могу.
— Как хочешь, — неожиданно согласился командир. — Отвару долить?
— Нет, — обрадовавшись его покладистости, отказалась куница. — А когда ты собираешься объяснять, почему мы уехали от деда?
— А я уже всем сказал, — мягко сообщил ястреб. — Чтобы время не терять.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
