обученные.
— Почему же не шпион? — счел нужным спросить заинтересованный генерал.
— Сколько лет вашему разведчику? — ответил тот вопросом на вопрос. — Двадцать пять хоть есть?
— Ему семнадцать, — уверенно ответил генерал.
Лорд рассмеялся, да так заливисто, что все заулыбались.
— Семнадцать? Поверьте, в шпионской службе Сисерии не дураки. Теоретически они могли бы внедрить к нам шпиона такого возраста. Но уж точно не дали бы ему столь важные сведения после первой же миссии. Ему придумали бы что-то гораздо менее значимое, чтобы не привлекать к нему чрезмерное внимание. Своих шпионов в таком возрасте выращивают аккуратно, потихоньку, чтобы ни в коем случае не засветить. Сделают лет за десять капитаном — и вот тогда от него будет уже серьезный толк. Тогда через него уже можно будет подкидывать действительно важную сфальсифицированную информацию, не вызывая у нас подозрений. Сисерийцы очень серьезные профессионалы, они так и будут действовать, и никак иначе.
Генерал почувствовал себя дураком. Брошенный на него принцем взгляд говорил о примерно той же оценке его интеллекта. Но лорд еще не закончил растаптывать его:
— Кроме этого, обратись вы к нам сразу, мы бы вам сообщили, что вчера в столице Сисерии началась совершенно необычная для нее суета. На улицах Загинры множество чрезвычайно свирепых патрулей. Все наши агенты затаились и нос не смеют показывать на улицу. Мы всё не могли понять причину этого переполоха, пока час назад не получили вашу информацию. И вот теперь все сходится — ваш парень действительно сумел проникнуть куда-то, куда он не должен был, с точки зрения сисерийцев. Так себя ведут, когда на твоей территории очень успешно порезвился вражеский разведчик, и тебе очень хочется его поймать. А что сделали вы?
— А что сделали мы? — повторил вслед за лордом генерал. Вышло не очень красиво, словно он глупый попугай и только и умеет повторять за другими слова, не понимая их смысла. Впрочем, ему было стыдно, и он сам уже почти поверил, что непроходимо туп.
— А вы отправили, судя по всему, чрезвычайно удачливого и способного паренька обратно в тот ад, в который превратилась вражеская столица после его первого успешного визита. И теперь переживаете, что он не вернулся с миссии… Если он не знал, что столица до краев переполнена злой стражей, то вполне мог пропасть на этих улицах.
Генерал почувствовал, что его щеки покраснели от стыда… Совершенно забытое с юных лет ощущение.
— Но еще есть шанс, что он вернется следующим порталом… — запинаясь, пробормотал Рогун. — Он и в самом деле очень толковый парень. Его и ректор Королевской Академии Магии особо рекомендовал.
— А как его зовут? — немедленно заинтересовался лорд Жарден и внезапно щелкнул пальцами, словно его осенило. — Случайно не Эйсон?
— Откуда вы знаете? — поразился генерал.
— Это и я знаю, — впервые вмешался в разговор принц, — это же потенциальный жених моей двоюродной сестры, дочери ректора Картана.
И он бросил очередной очень выразительный взгляд на совершенно ошалевшего генерала — тот никогда не был силен в светских новостях и, ясное дело, понятия не имел, что племянница короля с кем-то затеяла амуры. А вот принцу очень не понравилось, что генерал ему не сообщил о таком специфическом новобранце в его корпусе.
Глава 23
Эйсон, Сисерия
Я удачно, не привлекая ничьего внимания, покинул вражескую столицу и притаился в месте, где скоро, надеюсь, откроют во второй раз портал.
Было о чем поразмышлять. Король Сисерии велел меня убить по просьбе своего сына и, в принципе, сам желает того же. Это плохо. У меня уже тянутся руки его грохнуть. Но! Король не хочет убивать Джоан и препятствует наследному принцу это сделать. Это хорошо. Такой король Сисерии нам очень даже нужен. Поскольку если удастся грохнуть короля, то принц сам станет королем, и вот тогда его ничего не будет сдерживать от того, чтобы послать убийц по душу Джоан. Это совсем никуда не годится. Да и про меня он тоже точно не забудет.
После такой бурной ночи спать хотелось зверски, еще и голова раскалывалась от полученной от призрака информации. И я не был уверен, что именно сейчас лучшее время для того, чтобы заниматься анализом моих непростых отношений с правящей династией Сисерии. Но чем еще заниматься в ожидании портала на вражеской территории? Точно! Составлением отчета о якобы узнанных сегодня новостях. Так, я обещал капитану притащить добытую еще вчера информацию о мобилизационном потенциале Сисерии. Ну так и нужно изложить все это на бумаге. А то, что я узнал сегодня, — а узнал я шокирующе много, — я приберегу для других случаев. И так уже меня в шпионаже на Сисерию подозревают, нечего подкармливать их подозрения обилием слишком важной информации.
Чувствовал я себя неважно, устал все же, да и от наблюдения, что мне на хвост посадили, сбежал — пожалуй, стоит рассосать драже с эликсиром, когда буду входить в портал. А то начнутся всякие расспросы, а я себя плоховато контролирую. Под этим эликсиром у меня никаких эмоций не будет, нечему меня и выдать в качестве реакции на провокационный вопрос.
В условленное время портал открылся, и я, закинув драже в рот, метнулся к нему. Голову помощника главы шпионов прихватил с собой — прикопаю где-нибудь неподалеку от лагеря, не бросать же ее здесь. Если найдут, могут начать следить получше за окрестностями столицы, а оно мне надо? Я, вполне возможно, до конца войны еще не раз и не два сюда наведаюсь…
Драже еще не начало как следует действовать, когда я вышел из портала, поэтому я очень удивился тому, что увидел, — встречало меня человек тридцать, хотя все и стояли метрах в пятидесяти от портала. Это правильно, мало ли взрывчатку внутрь забросят, если меня поймали и выведали, где будет открыт портал. Причем часть встречавших были явно людьми непростыми — достаточно сказать, что уже хорошо известный мне генерал стоял около группы людей полусогнувшись, в угодливой позе, в какой я его раньше никогда не видел. Так что он явно тут не самый главный среди них. Был тут и капитан, но он вообще стоял на отшибе, очевидно переживая из-за своего низкого статуса.
По позам собравшихся мне стало понятно, что в этой группе минимум двое людей выше генерала по статусу, все остальные сгруппировались вокруг них. Я сделал несколько шагов, люди расступились, и стали хорошо видны обе высоких персоны. Первого я тут же узнал — портреты принца Тибора висели повсюду в Академии. Он ведь и недавний выпускник Академии, и член правящей
