продолжили заниматься своими делами, пока Лира демонстративно занимала свое место. А вот чуть позже уже Лире стало неуютно сидеть в тишине и без дела, когда остальные им занимаются. Но как начать разговор она не знала. И чем больше проходило времени, тем больше ей было неуютно. Казалось, она сейчас снова заплачет, но закусив губу, она взяла себя в руки. Все это время Ульрих смотрел на нее краем глаза и думал как бы помирится.
— Почему вы никак не хотите подумать? — произнесла тихо Лира.
— О да, мудрая жительница верхнего города, куда уж нам до тебя! — обиженно ответил Ульрих. Слова вырвались сами собой, уж очень сильно задела его фраза Лиры. Лира же на это снова начала шмыгать носом, но сдержалась. Лишь растерянно переводила взгляд с Ульриха на Горха, который продолжал точить меч, и обратно на Ульриха.
— Пусть говорит. Мы сейчас малый род. Даже союз разных родов! Мы клан. В таких советах все имеют право голоса. Пусть говорит раз она одна из нас. А она одна из нас. Она проливала кровь. Она рисковала. Она пошла через свой стыд и гордость. Она достойна говорить, — голос Горха оказался неожиданностью для Лиры и Ульриха и, услышав его, они вдвоем чуть не подпрыгнули. Ульрих так вообще был удивлен такой речью. Особенно серьезностью и даже основательностью речи Горха. И… Ее разумности. В этот момент он понял, что и сам относился к нему немного предвзято. Нет, не со злобой, а просто думал, что Ахулы несдержанные и тупые. По крайней мере, потому, что читают на площадях. А оказывается все не совсем так…
Лира же встала и, сжав кулачки, начала тараторить. Будто боялась, что не успеет все сказать и от этого зависит ее жизнь.
— Вот вы хотите там воевать. А их много, Горх большой и конечно воин, ты тоже воин и хитрый. Но их много. А я… Не воин. Кого-то из нас ранят и все. Нас же всего трое! Мы не можем позволить себе потерять кого-либо. И я не хочу терять никого из вас. И жить хочу. Вот. А раз так, то умнее быть надо. Вот почему вы, воины великие и хитрые про ловушки не подумали? Разве нельзя ловушки сделать? Я уверена, что можно. У меня отец ведь охотником раньше был, так мы братика хотели. И он для него книжку рисовал, а там всякие ловушки на зверя. Я уверена, что некоторые подойдут. Капкана конечно у нас нет, но ямки или падающие колья сделать можем. И тогда вы так рисковать не будете. Сразу надо пути обозначить, куда сбежать можно. А куда плохишей — на этом месте Горх и Ульрих улыбнулись, пытаясь не заржать, но Лира на них не обращала внимания — заманить и чтобы они там поранились. А ещё узнать, где их встречать лучше. И раненные, они же нам нужны чтобы богу доказать чего мы стоим. Мертвые не подойдут. Вот.
Сказать, что парни чуток зависли оттого, что такая мысль им не пришла в голову, это ничего не сказать.
— Агрх… а я ведь знаю ряд ловушек, что подойти могут. Отец рассказывал о том что сам видел и о чем слышал. Есть способы. А еще можно не автоматические, а ручные. Только материала бы где взять? Разве что трофейную одежду потрошить…
Ульрих скривил лицо, мол, не вариант, но тут вспомнил о том самом месте с конем и повозкой. Его-то уже сожрали, скорее всего. Но он когда собирал мясо, срезал и вожжи, снял всю упряжь и вытащил все мало-мальски ценное, несмотря на приказ Ифрита. А потом все это спрятал в ближайшем доме и попытался выкинуть это из головы. И ведь помогло! Он забыл про это все. Тем более все его мысли сначала были сконцентрированы вокруг Лиры, а потом и новых событий. О чем он и поведал товарищам.
А дальше все закрутилось и завертелось. Сначала стали определяться с бандами. Остановились на мелкой банде, что располагалась в неудачном районе. Практически в пригороде, возле уцелевшего осколка внешней стены. Стены это хорошо, там даже пара внутренних подвалов и ходов вроде была. Но во-первых, пригород… Из джунглей нередко приходят твари. А если начинается Гон, тогда совсем все плохо. А во-вторых, этот кусок стены был неким тупиком района. Там или открытое пространство или приходится идти по улицам. Некий отросток, чтобы попасть в остальные кварталы. Проблема в том, что этот отросток был нейтральным, а значит, не контролировался бандой. Лишь иногда его зачищали. А это значило, что тех, кто шел к банде торговать, убивали и грабили. Да и легко можно было банду запереть, если хватало бойцов и арбалетов. Они попытались недавно расшириться, но получили сильно по загривку и теперь сидят снова на своей территории. Заодно можно будет поохотиться на нищих, что грабят тех, кто что-то несет на обмен или продажу.
Выбор был сделан, и началась рутина. Сходить ночью тихо в тайник, забрать все необходимое. Затачивать доски и палки, подбирать места. Заодно было поймано четверо местных, что промышляли охотой на добро таких же, как они сами бедняков. Таких принесли в жертву. Боялись привлечь внимание стражи, которая наводила порядок в соседнем районе после битвы там двух крупных банд при их *младших*. Шума было столько, что прислали стражу с армией и владеющими, которые быстро все прекратили, параллельно зачистив самых наглых и непонятливых. Так и дежурили там все это время. Но *отростком* или как тут называли этот ход местные, *кишкой* никто не заинтересовался. И это было очень даже хорошо. Так как от пойманных с помощью ножа и угроз удалось узнать много интересного. Как о более-менее пригодных досках и лишь частично сгнивших веревках, так и о других полезных моментах. А еще тут были найдены лианы и их тоже пустили в дело. Каждый был занят своим делом.
Горх рисовал наброски карты и ставил ловушки. У него это получалось прекрасно, руки росли из нужного места. Не зря он столько с отцом в свое время уделал работе дома, а потом учился всяким премудростям. А физическая сила лишь в этом помогала. Расшатать стену и поставить подпорку, которую если выбить, то вся стена сложится на противника? Легко. Сделать подобие подвесного тарана из заточенного большого кола, если слишком сильно открыть дверь? Сделано. Выкопать яму, поставить
