Читаем без скачивания Серийные преступления - Татьяна Ревяко

Майк Молнер неоднократно пытался подавать на апелляцию. Ответом на последний запрос разжалованного эскулапа было: отказать, ибо «доктор Молнер по-прежнему представляет общественную опасность». И тут обиженному хирургу приходит в голову интересная мысль: а не попробовать ли проводить эксперименты в другой стране? О причинах своего решения перебраться в Россию сам Молнер с предельной откровенностью поведал в одном из интервью: «В любой стране открыть подобную практику (то есть перерабатывать человеческие эмбрионы на медицинские препараты) составило бы большую проблему. Есть лишь две страны с оптимальными условиями — бывший Советский Союз и Китай».

В России Молнер без проблем находит себе делового партнера — тот самый Центр перинатологии, акушерства и гинекологии Минздрава РСФСР. В январе 92-го года в консульском управлении МИДа он легализует свой диплом, выданный Братиславским университетом в 1965 году. А в феврале и появляется на свет Международный институт биологической медицины. Правда, и в России имплантация эмбриональных тканей (то есть мозга, печени, надпочечников плода) не разрешена Законом РФ «О трансплантации органов и тканей человека». Решение было найдено не без труда: лишь 26 октября 1992 года на свет появляется письмо замминистра здравоохранения Н. Н. Ваганова, разрешающее институту применение в России метода имплантации эмбриональных тканей. Получив «добро» от Минздрава, доктор Молнер наконец-то берется за дело. Однако экспериментальная методика нуждается в серьезной проверке. Другой зарубежный консультант института доктор Шмидт и рад был бы помочь, но его опыт фетальной терапрта основывается на имплантации эмбрионов свиней и баранов, а никак не на использовании плодов женщин на пятом месяце беременности.

Выход был найден довольно быстро — уже в декабре для лечения методом имплантации отобрана группа так называемых «отказных детей». Малыши с тяжелыми врожденными заболеваниями, от которых отказались их родители, были помещены в психоневрологический корпус 13-й (Филатовской) детской клинической больницы. Апробация проводилась с декабря 1992-го года по февраль 93-го, после чего было заявлено, что в состоянии детей наблюдались «положительные сдвиги». Однако выяснить, какие именно сдвиги и в какую сторону произошли, занимавшемуся этой темой журналисту не удалось. Дело в том, что администрация психоневрологического корпуса не только не обладала никакой информацией, но даже не смогла сказать, куда эти «отказные» дети потом подевались. Узнать их дальнейшую судьбу никому не удалось.

Аналогичная история произошла и с неким мальчиком Алешей, широко разрекламированным в свое время руководством института. Сразу после рождения больному болезнью Дауна мальчику были сделаны инъекции фетальных тканей, после чего он якобы практически полностью излечился. Однако найти и увидеть осчастливленного малыша также никому не довелось.

По мнению специалистов, механизм действия применяемого в институте метода довольно прост. Пациенту подкожно вводятся фетальные ткани (взвесь тканей плода), что вызывает мощную реакцию иммунной системы больного. Наступает кратковременное улучшение состояния, активизация жизненных функций — словом, пациент доволен. Но затем приходит ответная волна реакции организма, и состояние пациента может резко ухудшиться.

Несмотря на то, что на применение получаемых из тканей плода препаратов не было получено разрешения Фармакомитета, специалисты института быстро поставили новый метод на поток. Не обратили внимания доктора и на рекомендации Всемирной организации здравоохранения, запрещающие использование подобных трансплантаций в коммерческих целях. Главное — сразу нашлось немало клиентов, готовых платить астрономические суммы за подобное лечение. Это были уже отнюдь не новорожденные «отказники» с тяжелыми врожденными заболеваниями. Оказалось, что ткани плода являются прекрасным лекарством для лечения импотенции и климактерического синдрома. Так, больным импотенцией предлагалась клиническая трансплантация яичек плода — эффект был просто потрясающим.

Одним из партнеров института стал Центр репродукции человека, возглавляемый Андреем Акопяном. Там получаемые препараты «от доктора Молнера» активно применялись для лечения как раз импотенции, бесплодия и хронического простатита. В прессе не раз появлялась реклама Международного института и Центра репродукции человека, — так что поток клиентов рос буквально не по дня, а по часам. Но ни в одной газете вы не найдете упоминания о другом получателе «человеческого материала». Им почти с самого возникновения института стала Центральная клиническая больница при Медицинском центре правительства РФ. И если клиентов, излечившихся в институте от климакса и импотенции, охотно показывали журналистам, то узнать имена осчастливленных пациентов ЦКБ оказалось просто невозможно.

Откуда брался у докторов Молнера и Сухих «исходный материал» для имплантации богатым и высокопоставленным клиентам? Тут пригодился российский соучредитель института — Центр перинатологии, акушерства и гинекологии. Через это государственное учреждение проходит огромный поток рожениц, как с патологиями организма, так и абсолютно здоровых.

Именно здоровые беременные женщины и представляют объект интереса специалистов Международного института — ведь для имплантаций применяются только ткани плода без всяких нарушений и патологий. Докторами отбирались женщины без нарушений здоровья, желающие сделать аборт на поздних сроках по так называемым «социальным причинам». К этой группе относятся брошенные мужьями женщины, многодетные матери с невысоким доходом и просто молодые дурочки, желающие «пожить еще для себя». Аборт на 4-м или 5-м месяце — операция весьма дорогостоящая, и небогатая женщина никогда не могла бы найти необходимых средств. И тут она наталкивается на рекламу в газете: бесплатные аборты по социальным причинам. В институте беременной женщине действительно согласны сделать такую операцию «абсолютно бескорыстно». Но перед этим она обязана подписать меморандум, где женщина соглашается на использование плода «в научно-исследовательских целях». Можно ли отнести к таким целям лечение импотенции или простатита в вышеуказанных заведениях, остается тайной.

В материалах, представленных Минздравом, утверждается что «для приготовления препаратов используются плоды сроком 16 — 19 недель беременности, когда масса плода не превышает 350 — 380 граммов, что не противоречит международным критериям живорожденности, рекомендованным ВОЗ». Однако в материалах прокурорской проверки, проведенной Черемушкинской районной прокуратурой по заданию Московской горпрокуратуры, мы находим иные цифры. «В качестве источника трансплантационного материала используются эмбрионы человека весом 150 — 480 граммов». И это при том, что в той же медицинской практике известно множество случаев выживания детей, рожденных в те самые 19 недель и выживших. В институте Сухих — Молнера таких детей еще теплыми расчленяют по схеме разделки плода на мозги, печень, надпочечники, яички, делают из этого взвесь и кладут в банк хранения — пока не появится на «материалы» денежный клиент.

(А. Чукуров. Комсомольская правда. 13 января 1996)

Спрут

Один из них позже признается следователю: — После пятого убийства почти все поверили, что мы неуловимы. Появилась уверенность в себе, в будущем. Какая-то раскованность, свобода…

Из оперативного донесения: «По собранным мною данным, последний, кого они убили, зарыт на свалке вблизи автодрома. Главари обеспокоены утерей там же каких-то, по их словам, важных документов. Возможен поджог свалки. Труп, очевидно, попытаются захоронить».

Работники Армавирского ГОВД сработали четко. Перетряхнули всю свалку. Труп молодого мужчины под грудой нечистот обнаружили быстро. Документы же, о которых шла речь в донесении, искали долго. Но, в буквальном смысле слова, перелопатив тонны мусора, «выловили»-таки. Это была неприметная товаро-транспортная накладная, выписанная на имя Михаила Трубникова, водителя армавирского акционерного общества.

Трубников пропал неделю назад. Поговаривали, что он позарился на поступивший в АО новый большегрузный автомобиль. Продал его и ударился в бега. Накладная и заключение судмедэкспертов, исследовавших останки человека, найденного на свалке, опровергли слухи. Трубникова убили, тело почти до неузнаваемости изуродовали и погребли на свалке. Преступление было совершено из-за злополучного «испарившегося» автомобиля.

…Первое убийство они совершили еще в 1991 году. Тогда банда состояла всего из трех человек — Игоря Завьялова, Владимира Криворотова и Андрея Вершкова.

В свое время Криворотое работал в Госавтоинспекции. Однажды на трассе Брест-Москва он тормознул лихача за рулем «Ауди-100». Это был бывший зек Андрей Вершков, который «ублажал» вышедшего после отсидки за крупное хищение дружка — Игоря Завьялова. Инспектор легко принял мзду и даже взял под козырек при прощании. Уголовники взяли на заметку покладистого гаишника. Ненавязчиво подкармливали.