Бурбалка аж вытянул шею, пытаясь получше рассмотреть лицо гнома, частично скрытое шлемом.
– А я все понять не могу, на кого похож! – облегченно выдохнул он.
– Да, фамильное сходство – это наше все есть, – подобрел Мардер. – А почему вами гоблин командует?
– Никто никем не командует, – обиделся сразу за всех Михель. – У нас равноправие.
– Альзо дох[2], равноправие у них есть, – неодобрительно пожевал торчащий наружу краешек бакенбарды гном. – Я вам, парни, вот что скажу – в отряде нужна дисциплина и жесткая командирская рука, иначе пропадете. Хорошо, по-другому спрошу. Почему у вас в отряде гоблин равные права с остальными имеет?
– То есть наличие у нас минотавра вас не удивляет? – искренне возмутился такому проявлению расизма Гарб.
В Льонасе он успел привыкнуть к хорошему отношению даже со стороны заносчивых лусидов. Поэтому слова Мардера неожиданно больно задели за живое.
Гном аж крякнул от неожиданности:
– В яме настоящий минотавр есть? Воистину, боги сегодня в шутливом настроении есть. Сначала уродца – не то эльф, не то жаба – поймали. Теперь вот минотавр с гоблином в одной компании на равных правах с людьми есть…
– Погодите, вы поймали такого красноглазого парня с острыми овальными ушами, у которого при себе было два жезла?
– Такого и поймали, вещдоки изъяли. Сейчас этот швайне в изоляторе сидит. Чуть троих наших при задержании не покалечил.
– Странно, что только чуть. Обычно хапуги более задиристые, – почесал затылок шаман.
– Он же всю магию растерял, пока выбегал из ворот, – донесся из ямы голос Каввеля. – Этот рыбий корм не только невидимости, но и маскировки, и всего остального лишился, как Мелдон, когда мы его нашли. Меня вытаскивать отсюда кто-нибудь собирается, или вы так и будете стоять и обмениваться подозрениями?
Совместными усилиями минотавра извлекли из ловушки, для чего потребовалось немало возни. Тауросу с его копытами решительно не нравилась идея карабкаться по веревочной лестнице, а от предложенного Бурбалкой портала он отказался категорически. Решили просто по старинке обвязать его веревкой и вытянуть. Совместный физический труд благотворно сказался на отношениях с гномами. Через полчаса все уже сидели возле костра в лагере коротышек, делились новостями и припасами.
Гномы плутали по «проклятому» эльфийскому лесу с самого начала кризиса – уже вторую неделю. Старший Кляйне послал брату почтового голубя с просьбой незамедлительно явиться в Льонас с сотней крепких ребят, забыв, вероятно, упомянуть подробности. В результате сто гномов после трехдневного ускоренного марша добросовестно пытались продраться через эльфийскую магию на помощь собратьям на протяжении целой недели. Когда стало ясно, что лес не собирается выпускать их из своих цепких объятий, Мардер принял волевое решение разбить лагерь и ждать, пока о них не вспомнят.
– Надежда, честно говоря, уже почти растаяла, – подытожил гном. – А тут сначала этот недоэльф, потом вы есть.
Гарб в свою очередь поведал Мардеру о событиях в Льонасе.
– Примирение уже состоялось, – сообщил он. – Теперь надо просто ждать, пока они там догадаются выключить свои отпугиватели и сбиватели. Есть, правда, еще один вариант…
– Если он попадание в город без задержек подразумевает, то я не против есть, – ухватился за слова шамана гном. – Что делать надо?
– Мне понадобятся чары, которые вы конфисковали у пленника.
– Занятные вещички, – сказал Мардер. – Это те, что вор из Академии унес?
– Они самые, только одну он украл у нас, а вторую у господина Кляйне. Я немножко поколдую и локально отменю действие ловушек.
– При всем уважении, – прыснул в кулак гном. – Это технически невыполнимо есть. Ловушки еще в позапрошлом тысячелетии проектировались. Говорят, маги тогда не чета нынешним были.
– А это мы сейчас поглядим, – уверенно возразил Гарб.
Мардер все же принес жезлы. Предводитель гномов не поленился сходить за ними лично. Проходя мимо клетки с плененным хапугом, цверг не удержался и подразнил его. Пленник злобно зыркнул красными глазами, но ничего не сказал.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Вручив чары Гарбу, Мардер выжидающе замер, готовясь либо узреть нечто необычное, либо насладиться фиаско самоуверенного шамана. Гоблин неторопливо взвесил жезлы в лапах, пошептал над ними, сплясал ритуальный танец, спел заунывную песню, потом пожонглировал.
– Долго еще? – не выдержал гном.
– Что? А, так все было готово еще десять минут назад, – с довольной мордой ответил Гарб. – Вы ждали красивых вспышек? Прошу извинений, если разочаровал.
Собравшиеся вокруг бойцы Мардера поскладывались пополам от хохота. Так над их суровым командиром еще никто не подшучивал. Над вытянутой физиономией младшего Кляйне посмеялся даже обычно невеселый Михель. Сам Мардер насупился, хотя тоже издал пару звуков, которые могли бы сойти за сдавленные смешки.
– На самом деле, эти штуки гораздо мощнее, чем я предполагал, – сказал шаман, когда все отсмеялись. – Боюсь, я немного перестарался и временно отключил вообще всю магию в радиусе десяти миль.
Гномы обернулись и посмотрели на свои механизмы. Те стояли недвижимо. Магия, приводящая их в движение, ушла, превратив боевые машины в груду бесполезного железа. Коротышки пришли в ужас. Более-менее совладал с собой лишь Мардер.
– Можно все как было вернуть? – спросил он.
– Боюсь, что я пока не умею, – признался гоблин. – Магия потом сама вернется.
– Нам нужно немедленно в Льонас попасть. Вы с нами идете, и это не обсуждается. Если потребуется, я вас силой поведу! – сказал старый гном, сильно помрачнев.
– Мы пойдем сами, – заверил его Гарб. – У нас там друг в городском лазарете.
На том и порешили, хотя всю дорогу до городских стен, гномы «гнали» путников перед собой, цепью растянувшись на всю ширину дороги и не оставляя ни малейшей лазейки, через которую кто-то мог бы улизнуть. Плененного хапуга несли прямо в клетке, предупредив, что ему не поздоровится, если он вздумает выкинуть какой-нибудь фокус. Пленник, впрочем, то ли смирился со своей участью, то ли не видел способа сбежать, но вел себя на редкость смирно. На вопросы он, правда, отвечать тоже отказался. Мардер пообещал по такому случаю развязать ему язык попозже в более подходящей обстановке.
[1] Внимание, обнаружен противник! (гном.)
[2] Надо же (гном.)
Глава 31
Исследователи с древнейших времен спорят, как правильно называть верхние конечности гоблинов – лапы или все-таки руки. К единому мнению пока так и не пришли.
Энциклопедия разумных видов
Льонас встретил гостей гулом рассерженного улья. За ворота высыпало почти все мужское население. Оружия на всех не хватило, поэтому некоторые эльфы держали в руках даже кочерги, ухваты и метлы. Часть судорожно сжимала луки, шпаги и копья, но таких насчитывалось меньшинство. Зато все гномы блистали сталью доспехов и презрительно поглядывали на растерянных лусидов.
Во главе комитета по встрече стояли Маус и Мелдон. Главы Академии о чем-то препирались, и гном, судя по всему, одерживал в споре верх: в отсутствие магии маркиз чувствовал себя беззащитным и растерял изрядную долю уверенности.
Старший Кляйне первым увидел, что вновь прибывшие не представляют опасности, и скомандовал отбой. Ополчение разбрелось по домам. Гномы Мардера неторопливо принялись разбивать лагерь прямо напротив ворот. Их командир бросился навстречу брату, едва не затоптав при этом идущего впереди Каввеля. Родственники крепко обнялись и пожали друг другу руки.
– Как ты, малыш? – спросил младший старшего.
Маус действительно оказался на голову ниже своего родственника, и последний имел все основания называть брата таким прозвищем.
– Плохо, крепыш, плохо, – грустно ответил Маус. – Магия пропала, и мы не можем найти этому объяснение.
– Я знаю, братец, мы поэтому и смогли к вам попасть. И причину я знаю. Вон она за мной стоит, ножкой шаркает.
