Читаем без скачивания Космические волки: Омнибус - Уильям Кинг

Сатар Погубленный. Волчий жрец обнажил клыки, размышляя о своей добыче. Он ещё не забыл Свена Вульфбада, сменившего шкуру отступника, что предал фенрисийских братьев и увел большую часть Великой роты по пути Хаоса. Легко было представить, как яростно Тёмные Ангелы ненавидели изменников, но всей их ненависти оказалось недостаточно для поимки врага — точно так же, как и Космическим Волкам пока не удавалось настичь Вульфбада. Именно поэтому Ульрик посоветовал Крому немедленно начать штурм крематория: воины Скалы могли бы проявить большую осмотрительность и не атаковать, пока полностью не уверятся в успехе, и это дало бы предателю время для подготовки. Внезапный же натиск, возможно, застанет Альфа-Легионера врасплох.

Убийцы Змиев тем временем прорывались в часовни и святилища, окружавшие приёмный зал. Все помещения были заполнены толпами скорбящих, что пришли отдать долг ушедшим друзьям и членам семьи. Старинные скамьи громко скрипели под весом печальных прихожан, и ещё больше сервов-ульевиков молились, стоя в проходах и вдоль стен. На восковых печатях, прилепленных ко лбу каждого из них, имелись порядковые номера домовин с телами их близких. Из свитков, приколотых к рукавам эйриаксцев, можно было узнать о размере их пожертвований в сундуки Экклезиархии, сделанных ради отдельных поминальных речей для усопших. В передней части каждой часовни находился каменный алтарь, из-за которого пастырь-мирянин читал литанию памяти о мёртвых. Порой эти проповедники делали паузы в монотонном напеве, чтобы особенно хорошо отозваться о духе человека, чьи безутешные родственники проявили наибольшую щедрость в своих подношениях.

Когда фенрисийцы ворвались в эти покои, прервав траурные обряды, скорбящих и пастырей равно охватили тревога и смятение. Хватило одной команды рычащим тоном, чтобы ульевики бросились наружу, в приёмный зал и далее на улицы города. Наблюдая за этим поспешным исходом, Ульрик заметил людей в плащах, появившихся из тенистых альковов. Эти скрытные создания, зловещие и загадочные с виду, ничем не пытались помешать Убийцам Змиев. Верховный жрец предположил, что перед ним стражи, которые наблюдали за погребальными церемониями и докладывали своему господину-изменнику о любых подозрительных вещах. Скорее всего, они уже сообщили Погубленному о появлении Волков. Теперь дозорные могли наилучшим образом послужить хозяину, возбудив подозрительность космодесантников и тем самым задержав их здесь. Потребовались бы немалые усилия, чтобы выдернуть этих часовых из толчеи напуганных гражданских.

— Забудьте о крысах Сатара, — воксировал Убийца остальным фенрисийцам. — Если понадобится, найдём их позже, пустим волков по их следу. Сейчас мы охотимся на крупную дичь.

Палаты Вечного Сна, лежавшие за внешними помещениями крематория, отличались от них, как день от ночи. Окутанные печалью святилища и часовни сменились рукотворной пещерой колоссальных размеров, заполненной механизмами: это был собор для машин, а не для души. Конвейерные ленты скользили там между огромными чанами и прессами, и над ними раскачивались крюки и клешневые захваты — жуткие когти, что подхватывали тела с движущихся транспортёров. В дальнем конце зала располагались гигантские приземистые топки, похожие на печи; языки пламени потрескивали за их стальными решётками. Из титанических цистерн с прометием и другими горючими веществами, плотно расставленных на другой стороне здания, к ним тянулись широкие топливные магистрали. Вокруг механизмов и горнил шаркали ногами бледные сервиторы.

В Палатах находилась бригада этих созданий, и на лбу каждого из них была выжжена аквила. Одеяния киборгов чем-то походили на комбинезоны рабочих и рясы пилигримов, а в целом они напоминали искажённую пародию на людей. Руки, заменённые хваткими железными лапами, гудящие стальные гусеницы на месте ног… Любой из служителей отчасти являлся машиной, запрограммированной выполнять свой долг неустанно и без единой жалобы. Когда первые из «кровавых когтей» Драконьего Взора заскочили в цех, сервиторы даже не отреагировали на появление воинов. Они просто продолжили управлять назначенными им механизмами.

— Чёртовы благовония! — выругался Кром из-под шлема. — Тут их столько, что старейшему «длинному когтю» станет не по себе!

Вездесущие ароматные клубы застилали Космическим Волкам глаза и сбивали их чутьё. Ульрик предполагал, что воскурения станут проблемой, но не ожидал настолько мощного эффекта. Тут же Убийцу впервые посетили тревожные мысли: да, он изо всех сил пытался избежать недооценки Сатара, не допустить, чтобы презрение к изменнику повлияло на его планы. Но даже при этом, достаточно ли серьезно верховный жрец отнесся к охоте?

Сверху донеслись скрежещущие стоны тяжелых цепей, протягивавшихся по шкивам. Резко обернувшись, Ульрик увидел массивный котёл, несущийся через зал по подвесным направляющим. Внезапно огромная металлическая емкость несколько раз содрогнулась, замедляя ход, и на мгновение повисла над стаей «серых охотников», пробиравшихся по комплексу. Следом бак сорвался с крюка, и фенрисийцы бросились в разные стороны, когда поток булькающих химикатов врезался в пол, разбрызгиваясь по скалобетонным плитам. Капли токсичной жидкости, попавшие в Космических Волков, зашипели на керамитовой броне.

В крематории словно вспыхнула эпидемия неожиданных и опасных сбоев. Из распахнувшейся дверцы топки вырвался огненный вихрь, под который попали наступающие «кровавые когти». Отскочив назад, бойцы принялись сбивать пламя с волчьих шкур и талисманов, что висели у них на доспехах. Опрыскиватель, предназначенный для омовения трупов очищающими бальзамами, вдруг извергнул настолько мощную струю, что она пронеслась по всему залу и сбила с ног целую стаю «длинных клыков».

— Чёртов предатель! Неужели он думает, что остановит нас этими жалкими фокусами?! — наведя болт-пистолет на ближайшего сервитора, Кром снес полумашине голову. Создание сползло на пол возле рукояти, которую только что начало поворачивать, и открывающаяся дверца печи замерла.

— Оставайся начеку, — предупредил верховный жрец. — Не позволяй своим воинам отвлечься.

Он знал, что этот приказ нелегко будет выполнить. Весь комплекс превращался в бедлам распоясавшейся техники: клешни гидравлических захватов устремлялись вниз, пытаясь поймать космодесантников, а пневматические тиски бросались на Убийц Змиев из-за рядов трубок со смазочным материалом, усеянных манометрами. В ответ на буйство механизмов всё громче звучали перестук болтеров и визг цепных мечей.

Некоторые сервиторы начали неуклюже отходить от своих машин. Один из них, сжав в металлических клешнях огромный пневматический молот, бросился на волчьего гвардейца. Фенрисиец прыгнул в сторону, и оголовье инструмента, ставшего оружием, раскололо опорную балку у него за спиной. Ударом сабатона Убийца Змиев сокрушил ногу киборга и свалил его наземь. Последовал выстрел из болт-пистолета, обративший голову создания в фонтан крови и смазки.

Повсюду в цехе «серые охотники» противостояли обслуживающим сервиторам, в которых вдруг пробудилась жажда убийств. На спине каждого из этих автоматонов была закреплена канистра с едким очистителем, и отходивший от неё гибкий шланг питал широконосый распылитель, что заменял киборгу одну из рук. Полумашины извергали в космодесантников струи кислотной влаги, вынуждая их укрываться за рядами механизмов. В ответ Убийцы Змиев накрывали противников опустошительным болтерным огнём; резервуар одного из сервиторов лопнул, и облако сверкающих капель быстро поглотило его плоть и кости.

Новые киборги пошли в атаку на Космических Волков, обращая против них разнообразные инструменты и орудия. Одна группа автоматонов, выйдя из открывшихся контейнеров, застигла врасплох стаю «кровавых когтей»; взвыли шлифовальные круги полировальных устройств и точильных приборов, впившиеся в керамит. Юные космодесантники дали неприятелю отпор, разорвав сервиторов на куски болтерами и клинками. Лоботомированные существа, оснащённые распылителями прометия, напали на отделение «длинных клыков». Струи пламени, шипя на доспехах воинов, опалили дочерна их племенные талисманы, но затем фенрисийцы разнесли врагов в клочья шквалом ракет.

Повинуясь скорее чутью, чем рассудку, Ульрик отвернулся от схватки и взглянул громадный пресс из тех, что использовались для трамбовки пепла ульевиков. На эстакаде над колоссальным механизмом он заметил одинокую фигуру.

Чуть крепче сжав крозиус и плазменный пистолет, лорд Убийца ринулся вперед. Когда наблюдатель начал взбираться выше, к лабиринту мостков и платформ, раскинувшемуся над крематорием, верховный жрец заскрипел клыками с досады. Если вверху находится какой-нибудь переход, соединяющий крышу комплекса со следующим уровнем города, то добыча сможет ускользнуть от оставленных снаружи воинов Крома. Изменник получил бы важное преимущество над ловчими, а Ульрик не хотел бы этого допустить.