и командные схватки.
— Плебейство, — презрительно произнесла Фиделия. — Классический стиль — это торжество чистых навыков.
— Согласен, мне тоже он более всего по душе, — улыбнулся Винтерс. — А теперь, кто мне расскажет об условиях поражения или победы?
Кир так усиленно замахал рукой, что чуть не зашиб стоящих рядом однокурсников. Винтерс дал ему высказаться.
— Побеждает тот, кто уделал врага в поединке! — эмоционально вскрикнул он. — Поражение — это неспособность продолжать бой или когда улетел с поля боя!
— Этим и хорош магодуэлинг, — усмехнулся Винтерс, который, кажется, сам был его фанатом. — Чистое торжество интеллекта и навыков.
Последнее замечание вызвало у меня любопытство.
— А как же различие в силе противников, наставник? — спросил я, подняв руку. — По уровню источника разделения нет. Значит, одни имеют преимущество над другими.
Мое мнение вызвало любопытные взгляды среди однокурсников. Похоже, все уже представляли себя известными дуэлянтами, но вдруг вспомнили, что силы может не хватить.
— А вот фигушки! — по-детски воскликнул Винтерс, довольно осклабившись, будто ждал этого вопроса. — И кто же объяснит?
Ответила Фиделия.
— Да потому, что уровень больше однерки в магодуэлинге бессмысленен, — произнесла аристократка, с превосходством глядя на меня. — Зачем тебе силы, если и слабая атака закончится поражением?
Она произнесла это с таким удовольствием, что стало ясно: имеет в виду себя и меня. Я понимал, что предельный уровень сил в дуэли ни к чему, но по привычке имел в виду слабосилка типа 0.5. Винтерс тут же подтвердил мои мысли.
— Если вы прошли экзамен на государственного мага, то вы подходите для дуэлинга, — кивнул он и хлопнул в ладоши. — Так, хватит теории, пора переходить к практике. Ребята!
С дальней части зала к нам подошли два старшекурсника. Только сейчас я заметил, что это были Теодор и Фира.
— Сейчас эти ребята покажут вам, что такое магодуэлинг, — улыбнулся Винтерс. — Ну, а там, если у меня будет хорошее настроение, попробуете и вы.
Последнее замечание вызвало волнение. На учебе мы уже освоили тренировочные плетения, позволяющие «дать соседу оплеуху». После пары стычек и полученных отработок парни прямо-таки горели желанием попробовать себя в поединке на легальной основе.
— На исходную! — в голосе Винтерса зазвучали командные нотки.
Площадка для дуэлянтов находилась на небольшом возвышении, что позволяло удобнее наблюдать за этим. На ближайшую выбежали брат и сестра, встав в центре спина к спине. Фира что-то сказала Теодору, похоже, провоцирующее, потому что тот насупился, явно планируя наказать девушку.
Винтерс поставил между ними хронометр.
— Старт матч! — крикнул он и нажал кнопку на устройстве. Хронометр начал выдавать редкие звучные щелчки. Теодор и Фира стали отходить друг от друга, с каждым щелчком делая шаг.
С первых секунд все затихли. По мере того, как брат и сестра отдалялись друг от друга, напряжение росло в геометрической прогрессии. Когда Теодор и Фира сделали каждый по четыре шага, казалось, даже воздух уплотнился от всеобщего напряженного внимания.
Дзынь! — громкая трель разлетелась по залу.
Теодор и Фира стремительно развернулись друг к другу. Подготовившись уже в движении, оба разразились плетениями.
И вновь, как и в той ночной дуэли старшекурсников, Теодор начал со щита. Полупрозрачный купол накрыл старшекурсника, обеспечивая безопасность.
Фира подготовила плетение, внешне выглядящее, как фиолетовая стрела. Ударив в щит Теодора, та не нанесла ему никакого вреда, но окутала тускло светящимся туманом. Тот был довольно густым, а потому парень лишился обзора.
То ли растерявшись, то ли решив ждать, пока плетение рассеется, он просто стал удерживать щит, не предпринимая никаких других действий.
«Зря, зря», — мысленно заметил я.
Продемонстрировав великолепную скорость, Фира разразилась аж тремя плетениями, выпустив их одно за другим. Все они были приняты на щит, заставляя Теодора еще глубже уходить в защиту.
«Хотя в защите он и правда неплох», — вынужден был признать я.
В отличие от однокурсников я заметил, что девушка била плетениями, содержащими в себе совершенно разные типы атак. Подбирать под них защиту вовремя было сложно, ведь универсального щита не существовало.
И все же Теодор справился. Пока его сестра атаковала, словно дикая валькирия, он усилил свою защиту, сделав ее двухслойной, а потом и трехслойной! Я, который был сторонником инициативы, поневоле оценил парня. Он действительно был хорош в этом.
Я уже начал сомневаться в исходе, как Фира показала нечто действительно выдающееся. Легким, неуловимым движением она выхватила из рукава формы вполне стандартного вида палочку.
Наведя её на Теодора, девушка буквально за долю секунды применила плетение. Выглядело то, как толстая светящаяся нить, связавшая артефакт в руках девушки и щит Теодора. Как только навык стабилизировался, Фира схватила палочку обеими руками и дернула ею, будто удочкой на рыбалке.
Жест был странным и даже смешным. Пока все не увидели его эффект. Прицепившаяся намертво к щиту энергетическая нить резко дернула его, буквально «стягивая» защиту с Теодора, словно одеяло.
По лицу моего друга сразу стало ясно, что тот не ожидал такого эффекта. Тут же в него прилетело совсем слабенькое кинетическое плетение, мягко выбивая парня из круга дуэлянтов.
— Матч закончен! — тут же громко произнес Винтерс.
Его слова сопроводил звон механического устройства.
— О-о-о! — загомонили однокурсники.
Им вторили и более громкие голоса старшекурсников. Оглянувшись, я понял, что немногочисленные тренирующиеся в зале подтянулись и также наблюдали за поединком.
— Так нечестно! — вскричал Теодор. — Ты подсмотрела, когда я тренировал защиту, иначе не смогла бы подобрать липучку!
Фира скрестила руки на груди, приняв «крутую» позу. Она никак не стала комментировать вопли Теодора. Вместо нее высказался Винтерс.
— Девчонка — прирожденная звезда магодуэлинга, — произнес он и повернулся к Теодору. — Ошибку свою знаешь?
— Знаю, — лишь насупленно ответил тот.
— Запомните, ребята, — повернулся к нам Винтерс. — Захват инициативы в бою — это ключ к победе.
— Удивил — значит, победил, — добавил я.
— Чертовски верно! — поддержал меня Винтерс. — Если противник не понимает ваших действий, он не знает, как верно на них реагировать.
Всех тут же захватили бурные обсуждения поединка.
— Учитель, неужели защита — это так плохо? — спросила Крис. — Вот я бы тоже в первую очередь озаботилась защитой, а потом уже думала, что делать!
— Скажу вам как магам на опасной службе, — сложив руки на груди, авторитетно произнес Винтерс. — В реальных боях и чрезвычайных ситуациях это чертовски верно. Всегда сначала думайте именно о защите, потом об остальных действиях!
Он даже поднял указательный палец вверх, подчеркивая важность этих слов.
— Но на дуэльной арене все совершенно иначе, — продолжил он. — Здесь решает именно инициатива. Навязал свои действия противнику — значит, победил.
— Да неправда! — вскричал Теодор. Вспомнив, с кем говорит, он все же немного стушевался,
