чем она занята: великодержавной ностальгией или строительством демократии. Тысячи магов Англии, которых Альбус пытался освободить, не любят (если не сказать — ненавидят) Дамблдора именно за полученную ими ненадолго свободу. Они не нуждались в ней, не были к ней готовы, и этот «дар напрасный, дар случайный» застал их врасплох. Нельзя сказать, что Дамблдор опередил время — он одним из немногих неформальных лидеров интуитивно точно услышал его и по мере сил следовал за ним. Он способствовал превращению магического мира из феодализма семей древнейших и благороднейших начала 19 века в промагловскую модель, где по крайней мере на бумаге «все равны». Министр Магии маглорождённый — немыслимо. Министру маглов говорят правду о магах — немыслимо. Альбус бежал в будущее, пока не устал и не отстал. Но этот его рывок до сих пор мешает Волан-де-Морту, а освобождённые соотечественники именно Дамблдора — больше, чем кого-либо — винят в том, что плоды свободы оказались для них несъедобными.
Альбус никогда не был Министром Магии, но все понимали — совсем уж неприемлемое для себя решение он не пропустит в жизнь. А любое решение, которое ему нравится, получит его поддержку. Звезда Альбуса засияла тогда, когда все уже устали от попыток убить Грин-де-Вальда. Вторая Магическая война… Все видели лишь два пути: либо маги правят маглами, либо поумневшие через пару веков маглы магами. А кто лучше Грин-де-Вальда справится с господством над маглами? Но мы сейчас воюем против Грин-де-Вальда и побеждаем. Значит, остаётся только второй вариант… Тела старых магов выносили с очень короткими интервалами, и пропаганда не успевала менять портреты героев. Выжившие маги уже понимали, что Грин-де-Вальда задавят числом, но выражение лиц «первого ряда» правителей было пожизненно траурным и не имело уже практически ничего общего с жизнью — странная помесь непонимания происходящего и предчувствия неизбежного конца застыла на них и стала прижизненной посмертной маской магического мира. В них не было энергии, стремления к жизни, радости. Это был паноптикум политических трупов, сцепившихся в смертельной схватке между собой за власть, пусть и иногда с открытым насилием, которое объяснили вспышкой «драконьей оспы». Хорошо не эпидемией гриппа, ночью длинных кинжалов, годом бракованных мётел или вообще — взрывами головок гвоздей в стульях. Казалось, едва победят Грин-де-Вальда, начнётся Третья Магическая Война между союзниками.
Появление среди этих лиц Альбуса Дамблдора было абсолютной неожиданностью. В каком-то утилитарном смысле оно было совершенно нелогично в сложившейся системе власти и ходе жизни, хотя логика жизни в том и заключается, что в решающий момент она выносит на поверхность бытия чуждый системе и противоречащий ей элемент, миссией которого является эту систему сломать, освободить дорогу жизненным силам.
До сих пор идут споры о том, понимал ли Альбус сам эту свою миссию в полном масштабе, осознавал ли, какие тектонические сдвиги в мировом устройстве он производит. Это навсегда останется загадкой Альбуса Дамблдора, что бы ни говорил об этом он сам. Потому что в полной мере предвидеть результаты его усилий было невозможно никому. Альбус Дамблдор освобождал для развития и самореализации силы, выход которых на свободу не позволял ни точно предсказать их действия, ни оценить все последствия, ни застраховать все риски. В первую очередь в его собственной стране, в которой на момент его прихода к власти, по сравнению с маглами, было не так уж и много институтов свободы.
Освобождение делает жизнь многовариантной, и эта вариативность развития, в равной степени открывшаяся перед людьми, странами и миром как таковым, стала главным результатом его труда, в том числе предопределила его собственную политическую судьбу.
Дамблдор не мог ставить перед собой и не ставил, конечно, цель развалить магический мир или слить его с магловским. Для этой цели нужно либо возвысить маглов до уровня волшебников, либо опустить магов до уровня маглов. Он просто хотел освободить слабых от диктата сильных. Он ничего не имел против конкуренции, но отсекал её крайние формы. Он, поднявшись на вершину власти, живым детским умом увидел неестественность происходившего с магическим миром и попытался запустить механизмы жизни в дряхлеющем теле. Его влияние — это в первую очередь попытка реанимации умиравшей системы, что как-то работала веке в 17, но сейчас уже как курица без головы двигалась по инерции, и уже никто из знающих людей не верил в счастливый конец магического мира.
Но освобождённые им силы жизни не согласились развиваться в существовавших формах, они искали совершенно другие, соответствующие себе жизненные пути, и с этого момента он вступил в гонку с ускоряющимся временем, которую в конце концов, как носитель власти, проиграл, потому что вызовы жизни оказались сложнее всех предполагаемых им вариантов развития событий.
Альбус Дамблдор проиграл, окончательно и бесповоротно. Проиграл идеологически — зачем быть всем равными? Маг может больше, чем магл. Это — объективная реальность. А если у кого-то больше возможностей, этот кто-то добьётся большего, если соревнуется с заранее более слабым противником. Всего лишь надо разрешить это делать.
Альбус проиграл политически. Его попытка превратить мир в игру с ненулевым выигрышем провалилась. Всегда есть проигравшие и победители, а играть в кооперацию можно с гражданами своей страны. На худой конец — с союзниками. Если уж совсем святого изображать — с магами и магическими существами. Кроме кентавров, разумеется. Они не пошли на сотрудничество. Пусть тихо сидят в своих резервациях.
Дамблдор проиграл военно, достигнув только своей смерти.
Дамблдор был очень сильно связан и отягощён политическими проблемами и военным конфликтом и недооценил последствия экономических проблем.
Строго говоря, в Англии не было проблем с экономикой. Обычный порядок предлагал людям как-то самим кооперироваться и жить. И это работало, пока не пришёл Тёмный Лорд. Тёмный Лорд не стал ничего разрушать, он просто построил рядом свою систему. И все начали туда перебегать.
Волан-де-Морт принялся раздавать деньги гражданам магического мира просто так, при этом даже не думал отменить прежнюю систему пособий. Это нулевой уровень благосостояния. А дальше… Хочешь денег? Иди работай, выгоднее всего — по тому вектору, что мы показали. Даже самого тупого мага можно научить паре приёмов, достаточных для полуконвейерной работы. Кто поумнее — осваивают ритуалистику, желающие рискнуть — Тёмную Магию.
В Магической Англии теперь практически нет преступников — они все за границей. Работают.
В Магической Англии практически нет безработных — каждому раз в месяц приходят буклеты с предложениями работы. А квалификация… Подучим, потом отработаешь.
Это бы закончилось кризисом перепроизводства, но пока такое есть только у нас. А дальше… Люди ленивы. Зачем другой стране делать что-то своё, когда
