Читаем без скачивания Капитан службы безопасности - Анатолий Антонов

Саламатин тихонько прикрыл за собой дверь и резко тронул машину с места. Она потащила за собой на стальном тросе изъеденную коррозией лодку.

Сначала никто ничего не понял. И только Геннадий огляделся по сторонам и грубо выругался. Не увидев нигде поблизости Виктора, он догадался, чьих рук это дело, и выхватил из-за пояса пистолет. Грузовик тем временем, с бьющейся позади него по неровностям почвы «казанкой», набирая скорость, продолжал удаляться.

У Виктора стало немного легче на душе. Первый этап его побега удался. Он, как и рассчитывал, без помех завладел грузовиком, и теперь ему оставалось только рулить и посильнее давить на газ. И в этот момент он вдруг услышал резкие щелчки по металлическому кузову грузовика.

В следующую секунду боковое зеркальце на левой дверце машины разлетелось, и Виктор понял, что его обстреливают. Он нахмурился и дал полный газ. «Урал» с ревом, как медведь, стал продираться сквозь подлесок и кусты. За ним на тросе прыгала «казанка».

Расстреляв обойму пистолета, Геннадий повернулся к стоявшим рядом с ним боевикам.

— Стреляйте, что вы ждете?! — в гневе выкрикнул он.

Боевики тотчас сорвали с плеч автоматы Калашникова и открыли по уходящему грузовику шквальный огонь.

Виктор услышал, как по металлу его машины дробно забарабанило множество пуль. В следующую секунду более десятка из них пронзили кузов и заднюю стенку кабины «Урала». Они просвистели рядом с головой Виктора и изрешетили ветровое стекло грузовика. Виктор пониже пригнулся и резко повернул вправо. «Урал» скрылся за деревьями. Теперь пули уже не доставали его, но Виктору приходилось непрерывно и с силой вертеть руль то вправо, то влево, круто лавируя между деревьями.

Еще через несколько секунд машина на ходу резко дернулась. Это стальной трос, на котором волочилась «казанка», захлестнулся за одно из деревьев и оборвался.

Измятая «казанка» осталась валяться в лесу, а грузовик с утробным ревом двигателя продолжал продираться между деревьями и зарослями кустов.

Наконец деревья закончились. «Урал» выбрался из леса на заброшенную дорогу, проходящую по краю большой поляны, и Виктор довольно улыбнулся. Еще один этап его побега удался. Но тут Саламатин заметил, что нос его «Урала» немного задрался, а машину стало гораздо сильнее подбрасывать на кочках и неровностях дороги. Он на ходу открыл дверь и посмотрел назад.

Оба задних колеса с левой стороны были спущены. Наверняка их пробили пули. Что там было с колесами с правой стороны, Виктор не видел, но он догадывался, что и с ними та же история.

Саламатин опять нахмурился. На таких колесах далеко не уедешь — это ясно. Но ему ничего более не оставалось, кроме как продолжать ехать, пока машина выдержит или пока он не доберется до какого-нибудь населенного пункта.

Тут Виктор вспомнил, что видел на карте, которую ему показывал Геннадий, расположенный неподалеку маленький поселок, и решил добраться до него, а там попробовать пересесть на другую машину.

Между тем Геннадий, проводив глазами скрывшийся за деревьями грузовик, приказал боевикам опять сесть в лодки и сам присоединился к ним. И пока грузовик уходил по заброшенной дороге, Геннадий и его боевики на полной скорости шли в надувных лодках вверх по течению реки к лагерю. Пока они плыли, Геннадий вышел по рации на связь с оставшимися в лагере боевиками и приказал им подготовить второй «Урал» к немедленному преследованию.

Не успела лодка-один ткнуться мягким носом в прибрежную гальку рядом с лагерем, как Геннадий выскочил из нее на берег.

— За мной, живо! — скомандовал он сидевшим в лодках боевикам и бегом бросился ко второму «Уралу», который с работающим двигателем стоял неподалеку и поджидал его. Боевики торопливо последовали за ним. Кто-то из бойцов, находившихся у грузовика, услужливо подал Геннадию автомат Калашникова и подсумок с запасными рожками.

Быков торопливо схватил оружие и одним прыжком влетел в кабину «Урала».

— Гони! — крикнул он шоферу, как только около десятка боевиков забрались в кузов машины, и передернул затвор своего «калаша».

Грузовик взревел мощным двигателем и рванулся вперед. Машину из стороны в сторону бросало на неровностях дороги, но Геннадий этого даже не замечал. С хищным видом, держа автомат в руках, он наклонился вперед, от всего сердца желая поскорее увидеть перед собой «Урал» Виктора.

А тот уже добрался до асфальтированного шоссе и прибавил скорости.

Однако даже на хорошей дороге Виктор не мог развить на машине с пробитыми пулями шинами приличной скорости и тащился не быстрее, чем 60 км/ч. Как только он пытался разогнаться побыстрее, грузовик тут же начинало сильно болтать, и его было крайне сложно удержать на проезжей части.

А Виктор торопился. Ведь он знал, что в лагере остался еще один грузовик, и не сомневался, что Геннадий на этом грузовике организует за ним погоню. Вопрос был только в том, как быстро его догонят. В машине оставаться было рискованно, но Виктору ох как не хотелось опять топать пешком по сопкам.

Дорога, межу тем, стала подниматься все выше и выше в горы, и здесь Виктору на его «Урале» с поврежденными шинами пришлось совсем не сладко. Машиной становилось все труднее и труднее управлять, особенно на крутых поворотах. Чтобы лучше видеть дорогу, Виктору даже пришлось выбить пробитое пулями лобовое стекло.

Он уже начал подумывать о том, что пора бы бросить свой грузовик, и тут увидел в правом зеркале заднего вида, как позади него на дороге из-за поворота показался второй «Урал», В тот же момент по машине Виктора опять застучали пули.

Саламатина до сих пор спасало только то, что в кузове «Урала» у кабины стояло около двух десятков коробок с тушенкой и рыбными консервами, а также несколько мешков с крупами и сахаром. Они-то и задерживали автоматные пули и не давали им поразить Виктора.

Саламатин вновь пониже пригнулся за рулем и прибавил газ, однако двигатель грузовика на эти действия отреагировал вяло. Виктор удивился, но тут заметил, как из моторного отсека начали пробиваться струйки дыма. Он понял, что несколько пуль его преследователей повредили мотор машины.

Геннадий довольно улыбнулся и выпустил по передней машине еще одну очередь. Из-под капота головного «Урала» клубами повалил густой черный дым, а потом показалось и пламя. Машина Виктора начала гореть. И тут пули пробили ее передние колеса. Грузовик как раз проходил крутой поворот, и его резко занесло. Он едва не упал в пропасть, но Саламатину с огромным трудом все-таки удалось удержать ее на шоссе.

Из машины преследователей стреляли уже несколько человек. Боевики высовывались в боковые окна металлического крытого кузова «Урала» и вовсю поливали уходящую от них машину потоком пуль. Из-за того, что Виктор низко пригнулся, он практически не видел перед собой дорогу и ежесекундно рисковал наткнуться на крутой склон справа или упасть в глубокую пропасть слева. Но пока ему везло. Каким-то чудом ему еще удавалось удерживать машину на проезжей части дороги.

И тут дорога пошла вниз. Серпантин в этой местности изобиловал спусками и подъемами, но этот спуск был особенно крутой.

Виктор неожиданно почувствовал, что его грузовик поехал вниз все быстрее и быстрее. Он изо всех сил нажал на тормоза, но они не работали. Одна из пуль повредила гидравлику тормозной системы, и из нее вытекала тормозная жидкость. Саламатин рванул вверх рычаг ручного тормоза, но и это не помогло. «Урал» продолжал, все больше и больше ускоряясь, катиться вниз.

Виктор хотел приподнять голову, чтобы оценить обстановку вокруг, но и это ему не удалось. Пули, пробивая навылет и металлический кузов, и кабину, так и свистели у него над самой макушкой. Машина преследователей уже успела догнать идущий впереди «Урал» и теперь ехала за ним почти вплотную. А боевики из нее продолжали обстрел грузовика Виктора с неослабевающей интенсивностью.

Саламатин уже почти не управлял автомобилем. Он был в отчаянии и решил на полном ходу выскочить из грузовика, но тут почувствовал жуткий удар. Его «Урал» не вписался в очередной крутой поворот и со страшной силой на всем ходу врезался в отвесную каменную стену. Бензобак «Урала» взорвался, и всю машину охватило жаркое пламя. Его огненные языки через разбитое ветровое стекло полезли внутрь кабины, и Виктор почувствовал, что он тоже горит. Он попытался открыть дверцу машины, но ее заклинило, и она не поддавалась. Тогда, чувствуя адскую боль, Саламатин полез из бокового окна.

Боевики в «Урале», который остановился в нескольких метрах позади торящего грузовика, увидели это и открыли по Виктору огонь. Он почувствовал тупые удары пуль по всему телу и безвольно повис в оконном проеме. Но он был еще жив.

— Столкни его! Сбрось его в пропасть! — приказал Геннадий Николаю — водителю второго «Урала».