Решив так и сделать, Санчес уже шагнул к краю оторванной створки, прикидывая, как лучше пробежаться к дому, чтобы у противника было меньше шансов попасть по нему. Укрытий во дворе не было вообще никаких. И тут за спиной снова началась какая-то возня. Сразу за этим глухой возглас Рамиреса. Шериф отчаянно повернулся к бывшему контрабандисту, собираясь высказать тому всё, что думает, и обнаружил, что тот стоит как-то напряжённо, с поднятыми руками. Взгляд виноватый, обречённый. За его спиной кто-то прятался, приложив к шее бывшего контрабандиста клинок кинжала.
Санчес посмотрел выше, обнаружил сохранившуюся широкую балку. Неизвестный, похоже, там и выжидал, а шериф, бегло осматривая сарай, не обратил на эту балку внимания. «Стареешь, Санчес». Рамиреса-то не жалко, а вот сам, хорошо далеко не отходил от входа. Не дал противнику поставить себя в неловкое положение.
— Брось револьвер! — донеслась решительная команда от неизвестного и, по голосу, Санчес узнал в нём… ней, женщину. Явно не Артега. И не Ричард.
Покосился на крыльцо дома. Диего и Борис уже прислушивались через закрытую дверь, стараясь определить степень опасности.
— А если не брошу? — поинтересовался Санчес, снова обращая внимание на ту, кто держала кинжал у горла заложника.
— Я его убью!
— Не жалко, — Санчес пожал плечами.
Рамирес обречённо опустил взгляд вниз.
От неожиданно лёгкого согласия пожертвовать напарником незнакомка слегка растерялась и чуть ослабила нажим кинжала у горла бывшего контрабандиста, решая, как поступить дальше. Этим Рамирес и воспользовался. Он быстро перехватил руку незнакомки, и через секунду оружие перекочевало в его руки, а женщина оказалась в положении заложницы.
— Отпусти её, Рамирес, — хмыкнув от вида растерянной и отчаявшейся амазонки, сказал Санчес.
Бывший контрабандист с готовностью ослабил хватку и отступил чуть в сторону.
— Ну, теперь будем знакомиться? — предложил Санчес. — Шериф Санчес к вашим услугам, сеньорита.
— Тот самый шериф? Из Санта-Пуэрто? — прищурилась незнакомка. — Знаменитый на всю округу борец с контрабандистами?
— Ха. Слышишь, Рамирес, я уже стал легендой.
Бывший контрабандист только плечами пожал.
— Сеньорита Роберта про вас рассказывала, шериф, — продолжила незнакомка. — Да и в Фальерре много о вас рассказывали. Только мне удивительно, что вы находитесь на территории Моктара. Ведь это незаконное проникновение на территорию чужого государства. Вооружённое проникновение.
— Это она забрала сеньору Роберта, шериф, — вступил Рамирес.
— Судя по тому, что вы здесь, шли к Санта-Пуэрто? Пора бы и вам представиться, сеньорита.
— Бланка Марсия-и-Лусиентес, инспектор Республиканской Службы Безопасности.
В ответ шериф лишь кивнул, принимая данность, а вот Рамирес закатил глаза. Ещё один представитель законников.
В это время с крыльца жилого дома спустились Диего и Борис. Между ними, с гордо поднятой головой шла Роберта дель Росарио и незнакомка уже не интересовала Санчеса. Шериф мигом вылетел из сараюшки, подбежал к сеньорите.
— С вами всё в порядке? — шериф попытался найти синяки, порезы. Потом взглянул в гордое и независимое лицо девушки. Роберта вдруг сорвалась, бросилась к шерифу и, уткнувшись в его грудь, зарыдала.
Санчес растерялся, не зная, куда деть свои руки и, в конце концов, слегка прикоснулся к Роберте, стал поглаживать её по спине, чтобы успокоить.
— Как же я устала от всего этого, — всхлипнула Роберта.
— Всё закончилось, — буркнул шериф. — Теперь мы пойдём домой.
Роберта резко отстранилась от Санчеса, взгляд её нашёл Бланку, и девушка бросилась к ней.
— Я думала, они тебя убили, — снова всхлипнула она. — Они мне сказали, что убили тебя. Я слышала выстрелы.
— Они меня даже не нашли, — ответила Бланка.
— Луис! — крикнул Санчес. — Мигом за лошадьми!
Постепенно обстановка во дворе успокаивалась. Санчес вышел на связь с дирижаблем. Теперь тому не надо прятаться и красться. Полным ходом к ферме, забирать всех и лететь домой. Роберта, при новости, что в дирижабле находится Хоакин, повеселела, стала понемногу сбрасывать напряжение предыдущих дней. Стала понемногу верить, что всё закончилось.
* * *
Луис соскочил с крыши сарая, где всё это время лежал, стараясь не двигаться и даже не дышать, взяв на прицел окна и дверь в жилой дом. Он слышал, как в сарай вошли Санчес и Рамирес, и что после этого произошло. Он видел, как в жилой дом вошли Диего и Борис, а потом вышли вместе с сеньоритой дель Росарио. Очень удивился, поняв, что бандитов здесь нет.
При этом Луис продолжал лежать и делать вид, что его тут нет. Только после команды шерифа зашевелился. Усмехнулся про себя, что Кортес всё веселье пропустил. Впрочем, решил успокоить друга, ведь ничего, по сути, интересного не произошло. С какой-то стати бандиты решили отдать заложницу и смыться. Либо появились другие планы, либо поняли, что им ничего не светит. Скорее, первое.
И да, бандиты смылись. Смогли. Как-то незаметно. Когда успели? Судя по тому, как развивались события на заброшенной ферме, они тут были и даже контактировали с женщинами-беглянками. Сеньорита Роберта была в их руках и их власти. Тем не менее, бросили всё. Когда ушли? Куда?
Высокая трава ещё не успела примяться после прохождения группы Санчеса гуськом. По этим следам Луис и возвращался. Скоро услышал приглушённое, спокойное фырканье лошадей. Ещё несколько шагов и он увидел их. Пошёл медленнее, чтобы Кортес не принял его за бандита и не выстрелил. Наверняка ушки на макушке, слух обострён, пытается услышать, что там, на ферме, происходит.
Остановился, когда увидел лошадей, присмотрелся, кроме четвероногих друзей человека никого не видно. Неужели смылся на холм? Луис бросил взгляд на вершину холма. Трава там была не такая густая и высокая, даже лежащего человека увидеть можно. Кортеса там не было. С другой стороны, тут должна быть и сеньорита Чирригарн, но её присутствия Луис тоже не заметил. Странно.
Он сделал ещё несколько шагов вперёд и тут увидел друга.
— Кортес? — удивлённо и тревожно воскликнул Луис и тут же испуганно присел, приложил приклад винтовки к плечу и стал осматривать местность уже через прицел. Оглянулся на всякий раз, вдруг враг подкрадывается сзади.
Кортес лежал в нескольких метрах от лошадей, да и тех уже не шесть, а только три. Издали казалось, что тело бездыханное, не шевелится. Утешало то, что крови не было, впрочем, для таких тонкостей нужно подобраться поближе, почти вплотную. А на это Луис пока не решался.
