— Никого я не боюсь, — заявил Рустер.
Джуди не обратила на его слова внимания — ей надо было разобраться с братом.
— Ты спросил его, зачем он ходил в игорную комнату? Просто сразу подумал самое плохое.
— А что еще о нем можно подумать? Украл же он твой саквояж.
— Я тогда ее не знал, — тихо сказал Рустер. — И я хотел есть.
Джуди отпустила руку Кристофера и повернулась к Рустеру:
— Я-то тебе верю, но, может, все-таки объяснишь, что ты делал в игорной комнате?
— Я хотел помочь Буну. Сделать ему одолжение.
— Святой Бун! — насмешливо произнес Кристофер. — А он, случайно, не ходил по воде аки посуху, когда просил тебя об одолжении?
— Кристофер!
— Да ладно, Джуди. — Кристофер заговорил тихим горьким голосом. У него был такой вид, будто он потерял лучшего друга. — Нам с тобой вроде совсем не о чем разговаривать. Ты, видно, тоже причисляешь Буна к лику святых.
Решительно повернувшись, Кристофер зашагал прочь. Ну почему он все время злится?
— Ты знаешь, он обычно совсем не такой, — пояснила она Рустеру. — Я понять не могу, почему он к тебе все время цепляется. Можно подумать, что сам святой!
— Он любит командовать, — сказал мальчик, пожимая худыми плечами. — Явился, чтобы защищать сестру, а вы ему ничего не хотите объяснить. По-моему, ему просто страшно.
Джуди вдруг поняла, что Кристофер, наверное, чувствует с ее стороны такое же отчуждение, какое она чувствует со стороны Буна. Все время опасаясь проговориться, она вообще ни разу не потолковала с ним по душам. Когда у тебя появляются секреты, у твоих близких возникает чувство ненужности.
— Это не извиняет его грубость, — сказала она Рустеру. — Нам всем страшно.
— Мне не страшно, — выпятив грудь, возразил Рустер. — Я вовсе не от страха не хочу к вам ехать.
Джуди видела его насквозь: чем дожидаться, когда тебя прогонят, лучше уйти самому.
— А отчего же? Рустер отвел глаза.
— Зачем вам такие, как я?
— Рустер, ну дай же нам самим решить, нужен ты нам или нет! Не обращай внимания на Кристофера. Вот увидишь, мои родные примут тебя радушно. Для них не важно, кем ты был, им важно, каков ты есть. Поверь: если я скажу им, что ты мой друг, любой из Латуров станет твоим другом.
— Любой из Латуров?
Только сейчас Джуди вспомнила, что Кристофер просил ее не говорить об их родстве с Рафом, но смекалистый Рустер уже все понял.
— Это тот, которого мы выслеживаем? Так он вам родственник?
Теперь уже отрицать это было бесполезно.
— Он наш дядя, но много лет назад они с женой усыновили меня и моих четверых братьев.
Рустер кивнул, словно именно это он и ожидал услышать.
— А ваша плантация называется Камелот?
— Да. — Джуди от удивления окончательно забыла наставления Кристофера. — А ты откуда знаешь?
— Один из игроков сказал приятелю, что его хозяин Анри Морто хочет ее купить. В следующем месяце ее будут продавать с аукциона.
Джуди была в панике, узнав не только, какая опасность угрожает Камелоту, но и от кого.
— Анри Морто?
— Верно! Вы его знаете?
У Джуди по спине поползли мурашки.
— Это брат моего отца. Родного отца. У дяди Анри денег больше, чем у Мидаса, но другого такого эгоиста и злопыхателя поискать. Камелот ему не нужен. Он просто хочет отомстить Рафу.
— За что?
— Он думает, что Раф убил его брата, и все эти годы чинил нам всевозможные препоны. На самом деле отца убил не Раф. Мне совсем не нравится, что с нами плывет его прихвостень.
Рустер нахмурился.
— Вот уж не думал, что его тоже надо остерегаться.
— Тоже? — со страхом спросила Джуди.
— Этот парень, с которым он разговаривал, тащится за нами по крайней мере с Сент-Луиса.
Джуди не на шутку испугалась.
— По-твоему, он тоже из «серых призраков»? Рустер кивнул:
— Бун так считает.
Значит, банда не потеряла их след в Индепенденсе. Но как же Билли и его громилы узнали, где они? — Бун, говоришь, знает этого человека?
— Да, он сказал, что за ним неплохо бы последить. Неплохо бы последить? А почему Бун ни разу не сказал про этого человека ей? Да собственно, когда он мог ей что-нибудь сказать — он же бежит от нее как черт от ладана.
— Так вот что ты делал в игорной комнате — следил за этим человеком по поручению Буна?
— Не только, — ответил Рустер и опять отвел глаза. — При Буне этот мужик ничего бы такого не сказал, а на мальчишку никто не обращает внимания. Я решил подобраться поближе — вдруг узнаю что-нибудь полезное и передам Буну.
— Погоди-погоди, — сказала Джуди и повернула его лицом к себе. — Что это значит — «не только»? Что еще ты там делал?
— Помогал Буну выигрывать.
— Он что, шулер? — Джуди была ошеломлена. Мало того, что Бун сам обманщик, так втягивает в свой обман еще мальчика.
Рустер отчаянно затряс головой.
— Да нет, никакой он не шулер. Он просто здорово играет. И он хочет знать, кто жульничает. Из темного угла мне видно, кто прячет в рукав туза или сдает карты снизу колоды. Я отлавливаю шулеров, и Бун отказывается с ними играть.
— Значит, он выигрывает? — спросила Джуди, словно это было для нее самым главным.
Рустер широко улыбнулся:
— Еще как! Однажды я видел, как он блефовал. У него была всего пара валетов, а у его противника — три плюс два, и тот не выдержал, бросил карты.
Нет, подумала Джуди, этого человека нельзя понять. Как он может пить и играть в карты, когда за ними по пятам следуют «серые призраки»? Или позволять Рустеру рисковать собой, выглядывая для него шулеров?
Заметив, что матросы готовят тросы для причаливания, Джуди решила, что во всем этом надо разобраться до того, как они сойдут на берег в Батон-Руже. Она встанет у сходней и перехватит Буна, как только он спустится с верхней палубы. Поблагодарив Рустера за ценные сведения, она велела ему собрать остальных и приготовиться к высадке.
— И Буна тоже?
— Особенно Буна.
С этим человеком ей просто необходимо поговорить.
* * *
— Капитан, вы здесь?
Услышав за дверью спальни Лилы голос Билли Кокрана, Ланс встал с постели, чтобы подобрать ее одежду. Он, конечно, обожает смотреть, как она танцует для него нагишом, но ей незачем присутствовать при его разговоре с лейтенантом. Как она сама любит говорить: делу время, а потехе час.
— Оденься, — приказал он ей и толкнул за ширму, бросив вслед ее одежду. — И займись чем-нибудь ближайшие полчаса.
Лила сверкнула на него поверх ширмы зелеными глазами:
— Это моя комната, дорогуша. Кто ты такой — командовать мной в собственной спальне?
— Кто я такой? Человек, который скоро заработает нам с тобой кучу денег.
Ланс пошел к двери, стараясь подавить раздражение: не дай Бог связываться с жадными и властными женщинами.
