Сергей Николаевич с улыбкой встретил меня и протянул листок бумаги:
– Позвони по этому номеру Михалкову.
– Я Михалкова не знаю… – удивился я и торопливо добавил: – Конечно, в стране, наверное, нет человека, который бы не знал Михалкова, я знаю его произведения, но лично не знаком.
– Вот и познакомишься. Звони.
В трубке раздался женский голос:
– Вы Машбаш? Меня зовут Наталья Петровна, фамилия – Кончаловская. Слышали такую фамилию? Сергей Владимирович и я ждем вас, приходите сейчас. Найти наш дом не составит труда. Вы же знаете, где находится Союз писателей СССР? Так вот, мы живем в большом доме напротив.
Конечно, фамилию Натальи Петровны Кончаловской я слышал. Читал ее повесть в стихах «Наша древняя столица». Знаком и с другими ее стихами, отдельными статьями по искусству. Знал, что она – дочь известного русского художника Петра Кончаловского, а великий русский художник Суриков – ее дедушка по матери. Но то, что Михалков и Кончаловская супруги, узнал только в тот день.
– Входи, входи, дорогой, – немного заикаясь, словно давнего знакомого встретил меня Сергей Владимирович Михалков, – мы ждем тебя. Наталья Петровна, ты не ошиблась, Машбаш выглядит именно так, как ты себе его представляла.
Высокого роста, Михалков, которому я достаю только до плеча, обняв, заводит меня в квартиру. Навстречу мне с улыбкой идет симпатичная, миловидная брюнетка. Меня уважительно, как дорогого гостя, усаживают за стол и кормят, приговаривая: «Солдат и студент всегда горазды поесть», а сами, чтобы не смущать меня, пьют чай, ненавязчиво расспрашивают об адыгах, о моей учебе, о том, что пишу. По вопросам Натальи Петровны отмечаю, что она сведуща в моих литературных делах и удивляюсь этому. Оказалось, Наталья Петровна является членом комиссии по приему в Союз писателей СССР и ей дали на отзыв мои стихи и поэмы. По разговору чувствую, что мои стихи ей по душе. Сергей Владимирович спросил:
– Что еще у тебя, кроме «Трех охотников» есть для детей?
– Только поэма-сказка…
– Она мне понравилась, ты удачно использовал народную сказку, у вашего народа они хорошие. Я знаю, как прекрасно отзывался об адыгских сказках Максим Горький. Мне кажется, что из тебя мог бы получиться неплохой детский писатель. Правда, «взрослые» стихи и поэмы твои тоже удачны. Чувствуется, что ты пишешь о том, что хорошо знаешь. Серегин мне сказал, что ты не только прилежно учишься, но и занимаешься общественной работой. А писать для детей надо, жизнь с них начинается, мы перед ними всегда в долгу. В наших национальных литературах еще мало места занимает детская литература. На днях я говорил об этом в Союзе писателей, и многие меня поддержали. Думаю, надо поднять этот вопрос на одном из наших писательских пленумов.
Из встречи с Михалковым и Кончаловской я понял, что они живо интересуются развитием новописьменных советских литератур и хотели бы ускорить их качественный рост, понимая, что русская литература будет более значимой с помощью развития национальных литератур страны. Даже на моем личном примере можно было видеть, что русская литература, российские писатели делают все, чтобы оказать всестороннюю помощь и поддержку своим собратьям из автономных республик и областей. Скольких национальных писателей Кавказа, Севера, Урала и Поволжья С.В. Михалков вывел на большую литературную дорогу! А о братской разносторонней помощи, оказанной мне, я еще не раз буду упоминать в своих воспоминаниях.
* * *
…Я нахожу удовлетворение в работе, но испытываю трудности с жильем. Найти квартиру для семьи оказалось проблемой, особенно если в ней есть ребенок. С трудом снял комнату у пожилых людей и готовился перевезти свою семью из Москвы. Квартплата довольно высокая, но что поделаешь – пришлось согласиться. Приятной новостью для меня стало сообщение об участии Сергея Владимировича Михалкова в отчетно-выборном писательском собрании Адыгеи, но сожалел, что не смогу пригласить его к себе.
Я находился в числе встречающих, но не мог повидаться с Михалковым в течение двух дней – его приглашали к себе Тембот Керашев и Юсуф Тлюстен, тем самым не давая мне возможности приблизиться к именитому гостю.
На третий день мне в редакцию позвонил Юсуф Тлюстен и недовольным голосом спросил:
– Куда ты пропал? О тебе спрашивает Михалков, подойди к нему в гостиницу. Вчера он поздно лег, постарайся его не утомлять. Я тоже где-то через час подойду, чтобы организовать ему завтрак.
Я отправился к Михалкову с намерением не утомлять его, но он, будто ждал меня, сидел в гостиничном номере чисто выбритый и отдохнувший, читая свежую газету. Сергей Владимирович встретил меня приветливой улыбкой:
– Пойдем, погуляем, заодно и город мне покажешь.
– Я готов, Сергей Владимирович, но сейчас к вам подойдет Тлюстен.
– Пусть подождет или разыщет нас, – глаза Михалкова хитро блеснули. – Не беспокойся, он найдет нас, где бы мы ни были.
Я был приятно удивлен, что Михалков так известен в нашем городе. Прохожие приветливо здоровались с ним, а какая-то пожилая дама остановила его и поблагодарила за «Дядю Степу», которого несколько раз читала внуку, заметив при этом, что Сергей Владимирович даже в гражданской одежде внешне схож со своим милицейским героем. Похвалила и слова Гимна Советского Союза. Такие встречи не в новинку Михалкову, но он рад, что люди узнают его на улицах Майкопа. Я же горжусь тем, что иду рядом с ним.
– Хорошо, когда люди знают и уважают тебя, но важно не зазнаться, не поддаться похвале. И постоянно нужно работать над собой, иначе быстро забудут. Я знаю таких… Ну, а как твои дела? Ты окончил Литинститут, тебя приняли в Союз писателей и что дальше? Где работаешь, что пишешь?
– Я работаю заведующим отделом культуры и быта в областной газете, – говорю ему не без гордости.
– Это хорошо, нужно зарабатывать деньги на содержание семьи. Но мне интересны твои творческие планы.
– Пишу, Сергей Владимирович. Уже подготовил и отдал в книжное издательство рукопись стихов и поэм.
– Не сиди, уповая на сделанное. Думай о том, что сейчас делаешь и что дальше делать. Но не пиши, чтобы просто писать. Писать надо о том, что тебя волнует, что у тебя получается, искать свой путь к сердцу читателя. Старайся не повторяться, ищи темы, идеи, образы, свежие краски. Меня тоже учили примерно этому еще до войны, когда я учился в Литинституте. А теперь расскажи о своем житье-бытье. Ты собираешься приглашать меня к себе?.. Я побывал в домах Керашева и Тлюстена, отведал их хлеб-соль…
Трудно было понять – шутит Сергей Владимирович или всерьез собирается ко мне в гости. Я, конечно, мог бы накрыть хороший стол моему старшему товарищу, сделавшему мне столько добра. Но мне некуда его пригласить: ни квартиры, ни дома, семья в тот момент была еще в Москве. Тем не менее, приглашаю:
– Конечно, Сергей Владимирович, я живу здесь недалеко.
– Далеко или близко – пойдем, посмотрю, как ты живешь.
Я повел Михалкова на съемную квартиру по улице
Госпитальной, завел в просторный двор. Сидевший в тени раскидистого грушевого дерева хозяин дома старик-удмурт, бывший нефтяник, хоть и не был предупрежден, что к нему приведут гостя, да еще такого знаменитого, но, знавший из газет, что Михалков в Майкопе, приветливо, словно давнего знакомого встретил его. Пока дед ставил на стол миску с фруктами, а его жена-казачка готовила чай, по разговору хозяев, особенно хозяйки, мой спутник понял, что они – не родители мои и не родственники, а хозяева дома, в котором я снимаю комнату.
– Мы, Сергей Владимирович, живем неплохо. Не жируем, конечно, но и, как говорится, не последний кусок доедаем. Вы видите, у нас небольшой огород, и сад неплохой, в фруктах не нуждаемся, да еще кроликов развожу. Однако ваш коллега, мой квартирант, выпустивший две книги, как ни прискорбно, не имеет своего жилья. А он не сегодня-завтра перевезет сюда свою семью…
– Обещаю, дорогой, ему помочь. Я рад, что вы беспокоитесь о моем молодом друге. Спасибо вам: и фрукты у вас отменные, и чай был хорош… А теперь мы пойдем по своим делам.
Когда, пройдя несколько кварталов, мы поравнялись со зданием обкома КПСС, Михалков сказал:
– И ты, и твоя жена – молодые специалисты. Я не знал, что у вас нет собственного жилья… – И коротко сказал: – Зайдем сюда!
– Нет, Сергей Владимирович, не пойду: не хочу, чтобы подумали, будто я жаловался вам. И потом, в Майкопе строят мало, свободных квартир нет.
– Это не твоя забота. Если захотят – найдут. Небось, сами они на частных квартирах не живут. Не забывай: государство заботится о молодых специалистах. Кто по профессии твоя жена? Врач. Ты – писатель. Пошли!
Первого секретаря обкома партии Ибрагима Чундокова не оказалось на месте – он был в командировке, и мы пошли ко второму секретарю Василию Степановичу Попову… Когда Попову доложили, что к нему на прием пришел С.В. Михалков, он сам вышел к нему, и они встретились, будто давние знакомые. В кабинете Михалков, без длинных предисловий, представил меня Попову:
