— Не нравится, что для него ты выглядишь недостаточно взрослым?
— И это тоже, — согласился демон, недовольный шутливым тоном супруги, развеселившейся от его признаний. — Он испытывает меня буквально на каждой мелочи.
— В любом случае, волнения пока излишни. Пережить ещё одного заместителя наместника Аджитанта человеку не удастся.
Шутка о госпоже Пелагее заставила Аворфиса засмеяться, ибо он не знал, чем в этот момент занимался Его превосходительство виконт Ал’Берит,… тоже крайне недовольный некоторыми обстоятельствами. В частности, повелителю приходилось не по нраву, что затраченные на эксперименты дни прошли практически безрезультатно.
Конечно, за столь малый срок не стоило надеяться на яркую положительную тенденцию, и потому огорчение приносил иной вывод. Итоги опытов говорили о том, что для достижения цели потребовалось бы значительное время. Непозволительно длительное. Излишне изнурительное.
Ал’Берит был вынужден признать, что его бывший первый заместитель проявил незаядлые целеустремлённость и трудолюбие, создавая вампиров. Даже сам процесс подобного преображения требовал кропотливости и существенного затрата энергии. Сколько же усилий тот вложил в его разработку? И сколько сил предстояло затратить ему самому, если не отступать от задуманного?
— Что вы хотите сделать? — спросила женщина, когда к ней вернулась способность управлять телом. Пальцы виконта с вжатыми когтями уже закрепили ремни, удерживающие ту в лежачем положении, и паралич больше не требовался.
Обычно наместник Аджитанта не обращал внимание на слова и крики «материала». Однако в голосе не прозвучало ни жалобы, ни мольбы, ни потаённого желания завязать разговор ради собственного спасения. И поэтому, а может и потому, что этот человек оказалась последней подопытной, ответил:
— Даровать бессмертие.
— Кому?
Возможно, женщина задала вопрос невпопад. А, может, оказалась достаточно умна и понимала, что, такой дар обычно жертве не преподносили, а демону он вроде как и не требовался. Как бы то ни было, но её слова заставили Ал’Берита посмотреть на ту внимательнее.
— Кому-то, кому моя привычка достигать своих целей, обойдётся очень дорого, — соизволил всё же шутливо произнести он и улыбнулся.
Взгляд лиловых глаз при этом оставался холодным и оценивающим. Человек не выдержала его взора и прикрыла веки. Ремни не позволяли ей даже отвернуться. Голова во время этой стадии обращения должна была быть повёрнута набок, а потому путы жёстко фиксировали это положение.
Повелитель пододвинул ближе столик со всем необходимым и приступил к привычным действиям. Практически сразу лицо «материала» исказила боль.
Он не единожды создавал вампиров. Действо было не под силу низшим демонам, а потому приходилось заниматься этим лично. Процесс являлся слишком энергоёмким… А его эксперименты требовали ещё больших усилий. Более того, осуществляемые в короткий промежуток времени, они заставили его почувствовать усталость.
— Зачем всё это? — прохрипела подопытная, стискивая зубы, но снова закричала. И когда её крик затих, Ал’Берит неторопливо ответил:
— Саморазрушение является неотъемлемой частью сути людей. Даже его замедление в конечном счёте приведёт только к внезапному и стремительному нарушению всех функций организма. Остановить подобное возможно лишь превращая жизнь из линии в точку. Вот только при этом исчезает любое движение. Как мысли, так и тела. Человеку не стать бессмертным без преображения в нечто иное… Парадокс в том, что для этого ему нужно умереть.
Он сделал глубокие надрезы на теле женщины, но та даже не дрогнула. По сравнению с тем, что уже было, это не казалось ей болезненным. И уж точно забылось бы после того, что предстояло. Вскоре, благодаря специальному устройству, следовало наклонить стол. Кровь должна была вытечь. Вся. И сердце, гулко и достаточно ровно бьющееся в груди, прекрасно способствовало этой цели. А после совершенно иная животворящая жидкость потекла бы по венам, принося с собой пик мучений и окончательно видоизменяя ткани.
— Обращение же не всегда бывает удачным, — продолжил наместник Аджитанта. — В среднем, в одном из трёх дюжин случаев смерть наступает окончательно. И эта статистика ныне меня не устраивает.
— Вы хотите быть более уверенными, — прозвучал очень тихий комментарий.
Кажется, женщина была всё же умной. И весьма сильной, чтобы в таком состоянии ещё и воспринимать речи демона.
— Именно, — только и сказал он, наблюдая как алые струйки заскользили по специальным желобкам, смешиваясь с необходимыми ингредиентами.
— Чем же кто-то из людей заслужил подобную ненависть?
Виконт усмехнулся и нажал на рычаг. Теперь его «материал» находился под нужным углом, и выпущенные на свободу ручейки крови ускорили свой бег.
— Разве шла речь о подобном чувстве?
— Но она точно не о любви.
К концу фразы голос больше напоминал лёгкое дуновение ветра. Жизнь стремительно покидала тело. Однако последнее слово унесло предсмертные мысли женщины к чему-то радостному, ибо губы изогнулись в слабой улыбке, а напряжение на лице сменилось спокойствием…
Ал’Берит подметил, что процент подобного умиротворения во время обращения в его личной статистике сводился к весьма приблизительному числу. Неточность была связана как и с крайней редкостью случаев, так и с общим количеством изменяемых особей.
Размышление об этом заняло лишь миг. Поэтому виконт и позволил то. После его внимание сосредоточилось на процессе. Наступал самый ответственный момент, требующий чётких и оперативных действий. Стоило чуть поторопиться, и мышцы нового вампира так и не обрели бы подвижность. Если же задержаться, то могла быть утрачена ясность сознания.
Демон окинул взором тело женщины. Оно было идеально подготовлено для предстоящего. Так что следовало запустить сердце снова, чтобы новая кровь заполнила нынешнюю пустоту. А после длительно вливать в эту жидкость силы, чтобы та преобразовала клетки организма, придавая им абсолютно новые свойства.
Ал’Берит выждал необходимые мгновения и уверенно приступил к действу. Воспетая земными поэтами мышца вновь забилась.
И всё же вскоре он убрал ладони с груди человека.
Брови его хмуро сдвинулись к переносице.
Из пятидесяти одной особи вампирами и так стали сорок шесть. Это же обращение лишь ухудшило результаты.
Виконт сцепил пальцы за спиной, размышляя, следовало ли продолжать опыты, и недовольно посмотрел на разочаровавший его труп. При этом он отметил, что этот «материал», пусть и был моложе его нынешнего первого заместителя, очень походил на ту внешне. Безмятежность смерти на застывшей лёгкой улыбке придала даже ещё больше сходства. Именно такое выражение лица было у госпожи Пелагеи, когда она засыпала в одной постели с ним.
Демон расцепил ладони и начал внимательно осматривать подопытную, стараясь выявить ускользающую причину подобной неудачи. И всё же большую часть его сознания занимало совсем иное.
— Видимо, я просто не знаю, что такое любовь, — произнёс он.
Смерть собеседницы не казалась ему достаточной причиной, чтобы не закончить разговор.
Глава 2
Без спешки обойдя поселение по периметру и отвечая на редкие приветствия, первый заместитель поняла, что её миссия здесь закончена. Как бы ни хотелось задержаться и ещё немного поболтать с другом — следовало возвращаться. Тем более что к концу прогулки спутник значительно побледнел и стал прихрамывать ещё сильнее. Всё-таки с момента серьёзного ранения прошло не так уж много времени. Он не был готов к столь продолжительным пешим променадам.
Девушка, воодушевлённая приятной болтовнёй, сама обняла Андрея на прощание и пошла по направлению к вершине, где её ожидал один из местных служащих для обратной телепортации.
— Я бы посоветовала тебе быть осторожнее с этим человеком, — грозно и сурово сказала Дайна, как только они чуть отошли в сторону. — Твои приветствия и прощания могут быть привычными для людей, но… Повелитель точно не будет в восторге.
