Читаем без скачивания Третье откровение - Ральф Макинерни

— В одиночку не работает никто.

Он имел в виду то, что Анатолия кто-то опекает. Что ж, Трэгера тоже опекают, как и Дортмунда.

— Quis custodiet custodes? — задумчиво покачал головой Дортмунд. — Тут что-то не так.

— Что это означает?

— «Кто опекает опекуна?» Это как цепочка, все тянется и тянется.

— И опекуна без опеки нет? — спросил Трэгер.

— Я на тебя дурно влияю, — простонал Дортмунд.

— Быть может, мне лучше остаться здесь?

— Тебя сюда не пустят. — Дортмунд подался вперед. — На вилле остановился Папа.

Донна Куандо оставила Трэгеру свою машину. Направляясь на стоянку, он достал вибрирующий сотовый телефон. Это был Карлос. Русские только что доставили беглого Винсента Трэгера в американское посольство.

— С Джоном Берком все в порядке?

— Он как огурчик. — Пауза. — Я правильно сказал?

— В самую точку.

Трэгер представил себе, как Карлос берет на заметку новое загадочное высказывание.

— Будь осторожен, — посоветовал Трэгер.

Этот совет был лишним в городе, погрузившемся в хаос. Оставив машину Донны в Ватикане, Трэгер спустился в метро. Оно еще работало. Вагоны набиты битком. Пассажиры тряслись в поездах под Вечным городом, судя по всему соблюдая временное перемирие. Трэгер вышел на станции «Испанская лестница» и направился пешком к Пинчио. На аллее с бюстами знаменитых итальянцев он опустился на скамью у Фомы Аквинского.

И стал ждать.

Никто не работает в одиночку. Каждого опекуна кто-нибудь опекает. Трэгер закурил, внезапно почувствовав усталость. Физическую усталость. Усталость от проклятого современного мира. Рядом с ним кто-то сел.

— Трэгера взяли, но не того.

Он даже не посмотрел на Анатолия.

— Слышал.

— Мы сможем совершить обмен?

— Уже поздновато.

— Ты достанешь отчет?

Отчет о покушении на Иоанна Павла Второго.

— Он тебе все еще нужен?

Глаза Анатолия вспыхнули безумной жаждой любой ценой получить документ, документ, который, как ему казалось, исправит ошибку всей его жизни, отданной служению родине.

— Где? — спросил Трэгер.

Анатолий задумался.

— Ты знаешь Североамериканский колледж?

— Найду как-нибудь.

— До него от Ватикана камнем добросить можно, — сказал Анатолий.

В данных обстоятельствах не слишком хорошее сравнение.

— Мне просто постучать в дверь? — спросил Трэгер.

— Привратника зовут Лев. Он проведет тебя ко мне.

— Куда?

— Буду ждать на крыше. — Анатолий встал. — И чтобы без шуток.

— Я работаю один.

Анатолий срезал через газон, вышел на аллею и скрылся из вида.

Опекуна зовут Лев. Quis custodiet custodes?

ЧАСТЬ III

ГЛАВА ПЕРВАЯ

I

«Он там, наверху?»

Трэгер изложил план Дортмунду. Бывший начальник нахмурился. Обмен с врагом всегда опасен. Трэгер это знал, вот почему он пришел к Дортмунду, который укрывался на вилле Стритч.

— Все потихоньку успокаивается? — первым делом спросил тот.

— Отнюдь. Ты что, не смотришь новостей?

— Нет, слава богу, — усмехнулся Дортмунд.

Является ли душевное спокойствие производной неведения? Дортмунд понятия не имел о том, что всемирное безумие, которое последовало за публикацией Трепанье подложной третьей тайны Фатимы, только нарастало, и поэтому мог спокойно сидеть на балкончике, читая Джейн Остин и наслаждаясь замечательным видом. Именно здесь нашел убежище Папа, но Трэгер был уверен, что понтифика держат в курсе событий, чем, несомненно, и объясняется то, что он по-прежнему здесь.

— Чем быстрее я добуду подлинный документ, тем быстрее мы сможем успокоить мусульман и положить конец беспорядкам и погромам, — пояснил Трэгер.

Дортмунд неохотно расстался с восемнадцатым столетием, куда его погрузил роман. Он заложил пальцем страницу, но было очевидно, что ему не терпится снова окунуться в дела семейства Беннетов.

— Ты пойдешь один? — спросил Дортмунд, выслушав план Трэгера.

— Как и Анатолий.

— Будем надеяться.

— Он жаждет получить отчет о покушении на Иоанна Павла Второго не меньше, чем Ватикан — вернуть подлинник третьей тайны.

— В таком случае он не может работать в одиночку.

— Я думаю, Анатолий не солгал.

Дортмунд пожал плечами.

— Ну а ты?

— Что я?

— Винсент, тот, кто разбил твою легенду, настроен очень решительно.

Трэгер пытался убедить себя в том, что именно Анатолий стоял за публикациями в прессе, которые вынудили его бежать из страны вместе с Хизер на самолете «Эмпедокла», словно покидая последним рейсом Касабланку.[121] Однако это означало, что у Анатолия или был сообщник в КГБ, или имелся доступ к досье комитета на Трэгера. Что, в свою очередь, означало, что Анатолий работает не в одиночку. Однако сейчас на улицах Рима подстерегало больше опасностей, чем в Североамериканском колледже.

Родригес провел Трэгера в соседнее здание, где располагалась обитель августинцев, с крыши которого они изучили Североамериканский колледж. Сквозь бинокль Трэгер тщательно изучил место встречи: дверь, невысокое ограждение по периметру, расставленные в беспорядке парты и стулья. Должно быть, студенты поднимались на крышу, чтобы отдохнуть и насладиться видом. Сейчас наверху никого не было.

Родригес обратил внимание Трэгера на другие здания, выше по склону холма.

— Ты будешь постоянно на виду.

— Нет, — отрезал Трэгер. — Я дал слово.

— Что придешь один. Ты и пойдешь один.

— Карлос, этот человек профессионал. Первым делом он вот так же изучил место. Анатолий сразу же поймет, что я никого не привел.

Родригес неохотно согласился не размещать своих людей в соседних зданиях. Трэгеру хотелось верить, что он сдержит свое слово.

Он распечатал отчет о покушении, который все эти годы хранился на жестком диске его компьютера. Это был неотредактированный текст: Дортмунд изъял из окончательного варианта все указания на свое участие в тех давно минувших событиях. В обмен на этот доклад Анатолий должен был передать подлинный текст третьей тайны Фатимы.

— В среду, — сказал Анатолий в понедельник.

— В среду.

— Мы с тобой встретимся на крыше.

— Когда?

— В три часа.

— Хорошо.

— В три ночи.

Трэгер усмехнулся. Анатолий профессионал. Колледж будет спать, и никто не сможет наблюдать за обменом из соседних строений.

— Буду на месте.

Во вторник в два часа дня у Трэгера завибрировал сотовый телефон.

— Да?

— Сейчас, — сказал Анатолий.

Связь оборвалась. Анатолий решил встретиться на день раньше назначенного срока. Трэгер был этому только рад. Теперь Родригес точно не направит своих людей.

Если буквально, «сейчас» означало то время, когда поступил звонок Анатолия. Однако Трэгеру нужно было добраться из каса дель Клеро до Североамериканского колледжа — расстояние порядочное и в нормальных условиях, но сейчас, когда город бурлил, общественный транспорт не работал и отовсюду доносился вой пожарных машин, это уже было сравнимо с тем, чтобы пересечь поле боя в разгар сражения. Оставалось только надеяться, что Анатолий примет в расчет все трудности, с которыми придется столкнуться Трэгеру.

Трэгер направился кружным путем, миновав стороной пьяцца Навона, протиснувшись сквозь толпу демонстрантов на площади Витторио-Эмануэле и срезав через кампо дей Фиори до набережной. Североамериканский колледж находился на противоположном берегу Тибра, и мост был забит остовами брошенных машин, подожженных в первый день беспорядков. Трэгер пробрался между ними. На заднем сиденье одной более или менее уцелевшей машины устроилась парочка — любовь среди развалин.

Оказавшись на противоположной стороне, Трэгер достал сотовый телефон и принялся на ходу нажимать кнопки. Надежда отыскать в памяти номер телефона, с которого звонил Анатолий, сбылась. Не замедляя шага, Трэгер ждал, прижимая трубку к уху. Наконец, где-то после десятого гудка, ему ответили.

— Pronto.[122]

— Анатолий?

— А?

Трэгер разорвал связь. Он попал не на сотовый телефон Анатолия. Телефон-автомат? А они еще работают? Благодаря спутникам сотовые телефоны оставались единственным надежным средством связи в этом царстве хаоса.

Похоже, Лев, консьерж, его ждал. Это оказался небритый мужчина неопределенного возраста, упорно не желавший смотреть в глаза. Не сказав ни слова, он впустил Трэгера и указал на лестницу.

— Он там, наверху?

Лев молча пожал плечами.

Трэгер преодолел последний пролет и остановился, пыхтя и отдуваясь. Он постоял, чтобы отдышаться. Да уж, годы берут свое. Но кто неуязвим перед временем? Толкнув дверь, Трэгер вышел на крышу. И тотчас же его взгляд непроизвольно остановился на величественном куполе собора Святого Петра. Он был слева так близко, что, казалось, до него можно достать рукой. Трэгер осмотрел крышу, но Анатолия нигде не нашел. Пройдя к парапету, он сел. Несомненно, Анатолий видел, как Трэгер вошел в здание, и теперь проверяет, один ли тот.