— Вы мешаете клану Дагна осуществлять охрану служащего третьего ранга! — согласно уставу выкрикнула при этом она, хотя и не видела в словах особого смысла. Нападающие явно знали, что делают. Во всяком случае, они тоже просканировали пространство и следующий их удар пришёлся не по Дарине, а по человеку. Огненная магия должна была раскалить металл вагона, но демонесса, жертвуя собственным телом, встала на пути потока. Несмотря на активированный артефакт защиты, волосы её обгорели, на коже образовались жуткие волдыри, а воздух наполнила вонь жжёной плоти. Боль, пронзившая её насквозь, казалось, должна была закончиться остановкой сердца. Вся сосредоточенность исчезла. Ничего кроме бессилия противнику такой мощи ей было не противопоставить. Но хорошо, что большего и не потребовалось.
— Право неприкосновенности было нарушено, — зазвенел чистый голос ангела… точнее архангела.
Архангелы пусть и являлись одним из нижних чинов, но их способности затачивались под одну конкретную цель — фанатичное уничтожение всего противного от замыслов Царя Сущего. Вследствие, обычно из Рая их направляли на Землю только ради проведения карательных операций, но иногда случалось им и хранителями порядка служить. Тогда более дотошных исполнителей ещё поискать надо было бы. Они придирались к любым действиям демонов, и сейчас произошёл аналогичный момент.
Несмотря на то, что год назад Рай отказал в своей протекции госпоже Пелагее, она по‑прежнему оставалась человеком, по-прежнему не провела ни одного ритуала, ставящего на душу клеймо, позволяющее Аду использовать её на своё усмотрение, и потому все права людей на Земле формально оставались ей присущи. А самыми основными из них являлись два: неприкосновенности и доброволия. Первое запрещало какие-либо членовредительные воздействия на людей, а второе их разрешало… если человек на то давал своё согласие. И, несомненно, пусть согласия на убийство самой себя подопечная никак не озвучивала, но какой-либо иной ангел запросто отрешённо постоял бы в сторонке да лукаво поглядел на смерть женщины, предавшей свой род ради службы на благо Ада. Вряд ли бы ему вменили такой проступок в нарушение обязанностей.
Но вот именно фанатичный архангел поступить так никак не мог.
Его глаза засияли ярким голубым светом. Он поднял пылающий белым пламенем меч и перерубил им поток энергии, прежде чем пойти в нападение. Дарина тут же рухнула на колени и опёрлась одной рукой о землю. Телохранительница едва дышала. В ней не было сил ни на что. Она просто стояла на четвереньках и смотрела оставшимся глазом на чужой короткий бой. Архангел недолго бился в одиночку. Подоспели ещё служащие порядка. Как Рая, так и Ада. Совместно они быстро обезвредили несостоявшихся убийц и сразу покинули местность.
— Давайте, держитесь, милочка, — вдруг услышала Дарина подле себя голос, когда подумала, что осталась в полном одиночестве.
Ей удалось приподнять голову. Зрение расплывалось, но лицо Высшего демона разглядеть и узнать у неё получилось. Им оказался не повелитель или те, кого она ещё хоть как-то могла ожидать, а Вердельит. Он зачем-то помог наблюдательнице подняться, попутно усмиряя боль и залечивая самые страшные ожоги.
— Подумать только, Дагна поддаются регенерации также тяжело, как люди!
— Благодарю вас за помощь, Ваше превосходительство.
— Помощь? — улыбка распорядителя церемоний стала ещё шире, а затем он резко посерьёзнел. — Я действую вопреки желающим гибели чада вашего повелителя только потому, что именно сейчас это в интересах Ада. И если будущие претензии Рая вам также небезразличны, то используйте появившееся время с толком. Сюда спешат человеческие спасатели, а амулет, способствующий сохранению иллюзии, действует только на живых. Вы должны максимально быстро избавиться от тела напарницы, если не хотите существенных претензий к своему клану.
Дарина понятливо кивнула, и Вердельит, не желая и далее влиять на ситуацию, чтобы не заполучить уйму врагов, переместился в другой мир. После этого телохранительница вновь сжала в ладони рукоять меча и, держа оружие двумя руками, расковыряла стену вагона, рассчитывая добраться до нутра электрички.
Получилось.
Тут же послышался человеческий стон. Подопечная, поверх которой лежала пронзённая острыми осколками стёкол сестра, начала приходить в себя. Это заставило Дарину действовать в разы быстрее. Она ухватила обмякшее тело Дорры, в котором, кажется, не осталось ни единой целой кости, и рывком вытащила наружу. От прилагаемых усилий она даже упала навзничь. Ей пришлось выбираться из-под придавившего её трупа. Острые камни впивались в обожжённую плоть как ядовитые иглы. Пульсирующая бесконечная боль мутила сознание, но она кое-как начала ощупывать одежду Дорры. Пальцы не слушались.
Вот он — телефон! В отличие от её, расплавившегося в огне, этот аппарат был достаточно цел, чтобы отправить экстренный сигнал Кхалисси.
Помощь. Как же ей нужна помощь!
Снова стон человека, а сил, влитых в неё Высшим, хватит только на что-то одно… Необходимо решить: помочь подопечной или же затратить силы на труп? Какой долг превыше? Контракт или стремление защитить клан? Кто знает, когда прибудет Дайна, а когда подоспеют люди?
Дарина кое-как поднялась на ноги и, проклиная саму себя, вытащила госпожу Пелагею из вагона. Тут же что-то глухо защёлкало, как если бы сработал часовой механизм. Юная наблюдательница сгруппировалась, расправляя крылья над подопечной как щит. И тут же в нескольких метрах от них вспыхнуло жаркое пламя, а груда металлического мусора со скрежетом сместилась. Место, где только что была женщина, погребло под хламом и огнём, а тело юной Дагна пронзили острые куски стали.
Кровь стекала на свежие весенние ростки и падала с них на землю. Впитывалась. Насыщала корни. Красное, бурое и зелёное, и так едва различимое в свете фонарей, смешалось перед глазами в одну массу.
В сторону. Оттащить подопечную как-нибудь в сторону!
Шаг. Ещё шаг. И всё… Нет, огонь слишком близко. Нужно сделать ещё один шаг! И ещё! И ещё!
— Вот бездна! — услышала она тревожный голос своей Кхалисси, перед тем как упасть навзничь.
С такими повреждениями как у Дарины не всякий демон прожил бы так долго.
— На этом воспоминания объекта завершены по причине его гибели, — пробулькал Шайрву, и убрал проекцию.
Провокация Вердельита не удалась. И пусть на вмешательство этого Высшего Ал’Берит не особо рассчитывал, он остался доволен итогом его деяния. Всё сложилось как нельзя лучше. Ему не только не пришлось задействовать для спасения женщины третьих лиц, но и достойное поведение Дарины стало возможно использовать с пользой. Теперь у трибунала не должно возникнуть придирчивых зацепок.
Отчётливо предвидя исход дела, виконт скучающе осведомился у собравшихся:
— Вы желаете получить что-либо ещё от данного материала?
Присутствие Хранителя летописей и Главы архивов было крайне необычно для происходящего разбирательства, но никак не возбранялось, а потому глава гильдии и его сподручные могли только недовольно коситься на вышестоящее должностное лицо, бессовестно вызвавшее для разрешения поднятого вопроса представителя клана Шайрву. Доказательство памятью не давало осуществить демонам намерения по затягиванию процесса и умаляло подготовленные для Дагна требования.
— Подобное не требуется, Ваше превосходительство.
— В таком случае, я прошу вас удалиться, — обратился к слизнеобразному рефаиму Ал’Берит и пристально поглядел на главу гильдии. Тот, старательно игнорируя этот цепкий взгляд, недовольно заключил:
— Постановляю снятие с клана Дагна претензии за произошедший инцидент… однако вопрос неявки обвиняемых по-прежнему оставляю открытым.
— Разве? — приподнял бровь он. — А это тогда кто?
Наместник грациозным взмахом руки указал на замершую в центре зала беловолосую Дагна. И от этого движения она словно ожила. Сперва обвела взглядом присутствующих, а затем начала повторять ранее ею сказанное:
