кошмар какое занудное.
- Спать? - вдруг шепнул Йенс и погладил его по спине.
- Ага, - согласился Кай раньше, чем сообразил, что, наверное, Йенс ждал совсем другого ответа.
Запоздало возникла мысль о том, что, похоже, не Хиллерманн и не Оуэн тут старики. И не Кертис самый-самый дрищ. Фостер работал наравне с Каем и едва ли не так же тяжело, как Йенс, но радостно помчался на свидание, Крайтон болтает без умолку, а Кай уже может только матрасом поработать.
Но, черт возьми, как же хотелось спать. Даже член был согласен с остальными частями тела и не думал вставать. Кай мечтал обнять Йенса, устроиться поудобнее и заснуть.
И тут неожиданно Йенс зевнул. Сдавленно, прикрыв рот рукой. Но сразу стало понятно, что и он тоже устал. Наверное, если бы они лежали сейчас в постели, накрывшись одеялом и с пачкой влажных салфеток на тумбочке, то занялись бы быстрым сладким сексом и уснули бы, не вылезая из кровати, но мысль о том, что надо куда-то идти, перетряхивать в темноте подстилку, а потом лезть в океан, не вызывала никакого энтузиазма, как видно, у обоих.
- Идем, - Кай взял Йенса за руку и медленно поднялся на ноги.
Йенс допил чай и тоже поднялся. Тяжеловато, но шел к навесу, не прихрамывая.
Подождав, пока Йенс ляжет, Кай быстро устроился на привычном месте и довольно улыбнулся, когда сильные руки притиснули его ближе. Забросил ногу Йенсу на бедра, потерся щекой о плечо.
- Godnat, - сказал Йенс тихо.
Несмотря на исковерканное чужим языком звучание, Кай все-таки понял, что имелось в виду.
- Спокойной ночи, - шепнул он в ответ и закрыл глаза.
Большая ладонь уже привычно легла на затылок, и, засыпая, Кай отрешенно подумал, что будет нелегко отвыкнуть потом от этого ощущения.
33. День 6. + Том Фостер
Италия… И приглашение Санни…
А еще слова Кая о том, что ему лучше думать о перспективах отношений с Вилли, а не о романе на троих.
Том сорвал шкурку с очередного плода салака - на обратном пути они нашли целую поляну колючих кустов и нарвали полную футболку плодов - и приказал себе не думать ни о чем.
Он все равно узнает, окажется ли прав Маккензи, или собственное чутье Тома на людей не подвело и в этот раз. А значит, нечего гадать раньше времени, надо просто наслаждаться тем, что есть. А сегодня это вкусный ужин и сразу два горячих любовника рядом.
“Любовник”... От этого слова хотелось довольно жмуриться и смущенно кусать губы. Это звучало так… солидно. По-взрослому. Не дурацкое “бойфренд” и не легкомысленное “мой парень”. И в тоже время очень лично. Никто ведь не говорит: “Знакомьтесь, это мой любовник”. Нет, это слово не произносят вслух - лишь в мыслях да за глаза.
И если сочетание “мой любовник Вилли” отдавало чем-то легким и искрящимся, как газировка в высоком стакане, то к Самми подходили совсем другие вкусы. Стоило только посмотреть на рослого, статного Ачестона и подумать: “Это мой любовник”, - как на языке разливалась терпкость дорогого вина.
Правда, очень дорогого Том никогда не пробовал, да и вообще мог по пальцам одной руки пересчитать, сколько раз пил алкоголь, но все равно в голову шло именно это сравнение.
- Ты думаешь о том же, о чем и я? - прошептал Вилли, дожидаясь своей очереди налить добавки.
- Не знаю как ты, а я больше не хочу тратить время на полумеры, - шепотом ответил Том. Он уже наелся до отвала не стал брать добавки, хотя похлебка была невероятно вкусной, а сам Том сжег за день миллион калорий.
- Я тоже! - Вилли воинственно нахмурил брови. За эти несколько дней его кожа все-таки умудрилась загореть даже под пальмами, и светлые брови теперь выразительно на ней выделялись. - Но ты будешь первым! - заявил он так, словно и слышать не желал ни о каких возражениях.
- Это почему? - поинтересовался Том. - У тебя, между прочим, хоть какой-то опыт да есть, в отличие от меня.
- Именно поэтому! - Вилли хмуриться не перестал, но все равно улыбнулся. - Потому что ты отстреляешься быстро, а я хочу распробовать.
- Вот еще, я тоже, может, распробовать хочу! - фыркнул Том, воспользовавшись тем, что Пейс, Роберт и Армс громогласно спорили о чем-то. В таком шуме можно было не опасаться, что их с Вилли услышат. - Хотя, знаешь, мы с тобой, походу, оба быстро отстреляемся, - добавил шепотом, глядя на Санни. - Как бы даже не раньше, чем вообще до дела дойдет.
- И не говори… - Вилли вздохнул, и тут Санни посмотрел прямо на них. Улыбнулся - открыто, понимающе. Будто точно знал, о чем они сейчас говорят. - Блядь, ну ты посмотри на него, - прошипел Вилли Тому в ухо. - Я солью, когда просто на вас смотреть буду!
- А, то есть это продуманный план? - спросил Том, думая о том, что нельзя представлять себе эту картину. Ну просто потому что неприлично сидеть за столом со стояком, и плевать, что вместо стола кусок старой клеенки, выловленной Риттером. - Слить, чтобы потом продержаться подольше?
- И это тоже! - кивнул Вилли и как-то странно глянул на него. - А если у тебя снова встанет, то ты можешь… того… - он выразительно опустил глаза на собственный пах.
- Сесть на тебя сверху? - Том что, правда это сказал?.. Слова обволокли язык, как самый спелый и сладкий вкус.
А ведь можно зажать Вилли между ним и Санни. И Том мог бы целовать их по очереди, а обнимать обоих сразу.
- Сесть?! - почему-то изумился Вилли. - Я думал, мы будем стоя. Но если лежа, то тогда… - он ненадолго задумался. - Тогда ты…
- Хватит решать уравнения! - Санни подсел к ним и сказал это, не понижая голос. Никто, впрочем, не обратил на него особого внимания.
- А что, похоже, что мы решаем? - поинтересовался Вилли, напустив на себя самый беззаботный вид.
Вот только Том уже знал, куда смотреть, и видел: Кертис не просто уравнения решает, в его голове целые системы с кучей переменных, степенями, производными и логарифмами.
- Я сейчас! - шепнул он и решительно двинулся к Риттеру и Маккензи.
К
