по Днепру. На этой реке были бурные пороги. Вода по камням неслась стремительно, любое судно разбила бы. Возле порогов всем путешественникам приходилось высаживаться. Лодки разгружали и тащили в обход по берегу. Русичи гребли по Днепру и вдруг обнаружили: как раз у порогов их поджидают тучи печенегов. Как пробиваться через такую силу, если у Святослава от войска совсем мало осталось, половина раненые? Вернулись по Днепру к морю, расположились на пустынном берегу. Стали зимовать в рыбачьих землянках и хижинах. Кончилась еда, воины голодали. Слабели и умирали раненые, больные. Ждали помощи из Киева — а её не было…
Наступила весна 972 года, сошёл лёд. Святослав и его измученные бойцы решили ещё раз попробовать проскочить по Днепру. Надеялись, что теперь-то им помогут! Свенельд и князь Ярополк приведут навстречу киевские полки. Нет, не было подмоги. А печенеги схитрили. Изобразили, будто ушли. Русичи выгрузились из лодок, стали перетаскивать их. И тут-то на них налетели вражьи орды. В последней отчаянной рубке пали Святослав и все его соратники. Из его черепа печенежский князь Куря велел сделать чашу. Пил из неё, хвастался перед гостями — это величайший воин на земле! Сам Святослав! Но разве смог бы какой-то жалкий Куря победить Святослава в честном бою?
Глава 21
Князь Владимир Красное Солнышко
У Святослава осталось трое сыновей. Три князя. Ярополк в Киеве, Олег в древлянской земле, Владимир в Новгороде. Хотя какие там князья! Мы уже говорили, что Ярополку исполнилось лет 10–11. Он был безвольным, бесхарактерным. Воевода Свенельд целиком подчинил его, Ярополк стал править по его указаниям. Другие братья были и того меньше, Олегу 9 лет, Владимиру около 8. Но сказал своё слово народ. Древляне полюбили Олега. Заявили, что не хотят подчиняться Свенельду и Ярополку. К ним присоединились волыняне, дреговичи, кривичи. Жители Новгородской земли с князем Владимиром — словене, чудь, весь, тоже сказали, что признают великим князем Олега, а не Ярополка, которым руководит изменник Свенельд. Ведь получилось, что и Ярополк предал собственного отца, раз он заодно с воеводой, слушается его.
Древний Новгород
Держава разделилась. И даже не на две части, а больше. Среди этого раздрая вятичи и радимичи вообще отделились от Руси. А после разгрома Хазарии освободилась Волжская Булгария. Её царь решил, что теперь он стал в Поволжье самым сильным и главным. Принялся покорять соседние народы — мурому, мерян, мещеряков. Так же, как хазары, посылал на них войска, заставлял платить дань. Защитить их было некому. Киевским правителям было совсем не до них. Им бы свою власть удержать. В результате Волжская Булгария отхватила всю северо-восточную часть Руси.
Византийцы были довольны. Получилось именно то, что они замышляли и подстроили, — чтобы Русь развалить. Договор, подписанный со Святославом, они сразу же отбросили. Про обещанную дань даже не вспоминали. Наплевали и на другое, записанное в договоре, — что восточная часть Крыма и Тамань с городами Самкерцем и Таматархой отныне принадлежат русичам. Уступили эту область и города хазарам. Туда понаехали уцелевшие хазарские купцы, и возродился кусочек Хазарского каганата.
Ну а сами византийцы продолжили завоевание Болгарии — теперь русских можно было не опасаться, никто не помешает. Болгарские города больше не сопротивлялись, сдавались Цимисхию. Но их всё равно грабили. Забирали всё ценное, даже почитаемые иконы, другие святыни в храмах и монастырях. Вместо болгарских начальников ставили греческих с гарнизонами солдат. Они издевались и насмехались над болгарами — ну что, «варвары», кончилось ваше царство!..
В Константинополе Цимисхий пышно отпраздновал свой триумф. Под восторженные вопли горожан перед ними везли на колесницах груды болгарского золота, серебра, дорогой утвари и прочих богатств. Провели по улицам пленного царя Бориса с братом Романом. Перед массами зрителей Борис снял с себя корону, царскую одежду и обувь. Униженно сложил их к ногам императора, сам распростёрся перед ним. Цимисхий назначил его прислуживать при своём дворе. А Романа сами же греки наобещали женить на своей принцессе. Теперь издевались — надо же, «варвар» возомнил себя женихом византийской царевны! За это его изувечили и заточили в монастырь.
Но греки захватили только восточную половину Болгарии. Видя, что они вытворяют, многие жители уходили в западную часть страны. Туда отступали остатки болгарских войск, не желающие покоряться. Возглавил их здешний начальник Самуил. Он провозгласил себя царём и призвал народ на войну с византийцами. И теперь-то болгары не поддавались ни на какую сладкую ложь о дружбе, союзе. Поняли, к чему это приводит. Сражались жестоко, насмерть. Не щадили ни себя, ни врагов. Укрепились в горах. Громили войска, посланные против них. Сломить их Цимисхий так и не смог.
А на Руси в это время оказалось два государя. Большинство племён признавало великим князем Олега Святославовича — его даже в русских былинах воспели как честного и справедливого Вольгу Всеславьевича. Но он жил в земле древлян, его столицей стал город Овруч. Второй великий князь, Ярополк, сидел в Киеве. Но при нём всеми делами руководил Свенельд. Под их властью осталось лишь два племени, поляне и северяне. И даже они подчинялись только из-за того, что у Свенельда были его воинские дружины. Простой народ его не любил. Расходилась молва, как воевода и Ярополк погубили Святослава, не послали ему помощь.
Киевский князь и Свенельд боялись, как бы Олег не пошёл на них войной. Ведь и их подданные могут перейти на сторону древлянского князя. Задевать владения Олега и Владимира они не осмеливались целых 5 лет. Но их противники допустили ошибку, промедлили. Олег-то был ещё мальчиком. Его бояре ждали, когда князь повзрослеет. А Свенельд времени не терял, копил силы. Русским воинам он не доверял, зазывал побольше наёмных варягов. Хотя им надо было хорошо платить. Для этого увеличивали подати — и население ещё больше возненавидело его с Ярополком.
По указаниям Свенельда киевский князь заключил союз с печенегами — с убийцами своего отца. И союз-то был против родных братьев, против жителей Руси: древлян, кривичей, новгородцев. Свенельд не забыл и своего тайного сговора с византийцыми. Стал налаживать с ними дружбу. Когда Ярополк подрос, воевода женил его на гречанке Преславе. Говорил, что это пленница, которую он привёз из похода со Святославом. Но Свенельд лгал. При заключении мира с Цимисхием русичи забрали с собой только богатства, а всех пленных вернули императору. Значит, гречанку специально прислали из Константинополя. Жена была намного старше юного мужа, держала его под контролем, поучала. А поскольку она
