и ни к чему она мне. Водитель, здоровенный, бритый почти наголо, рядом коротышка-охранник. Оба в форме, но в армейской. Отлично, теперь я видел и это. Пронёсся по закрытому брезентом кузову, недоумённо глядя на ящики, бочки и прочий нехитрый скарб, пригодный для существования полутора сотен обитателей Центра. Потом затормозил и исправил свою ошибку, проникая сквозь всё это - вот здесь меня и ждали открытия!
Нани, в камуфляжном костюме и берцах, скрючилась в одном из ящиков. Изнутри была скоба, за которую она держалась, но на кочках всё равно тихо фыркала - после ночёвки в карцере на деревянных нарах я её очень понимал. Ещё две совсем молодые девушки - теперь я читал в их сознании всё, как в открытой книге: зовут их Маша и Татьяна, они сёстры, одетые так же как блогерка, занимали пару бочек, напряжённые, готовые к мгновенному спурту.
Насколько я понял, оружия у них не было. Решили проникнуть в Центр и?.. Голыми руками меня, такого хорошего, вытаскивать?
Вот дают поисковики аномальных явлений!
Больше людей в кузове не было, исключительно ящики с картошкой, лениво булькающие ёмкости с каким-то маслом, упаковки лекарств, батарейки, целая коробка неведомого назначения электронных комплектующих, стопки одежды в стандартных мешках, замороженные в лёд мясные туши. Только пара баллонов в углу меня озадачила: вероятно, какой-то газ? Ну да и Бог с ним.
Подобным образом я обследовал второй грузовик, благо никто не мог ни заметить меня, ни остановить. Ничего интересного, подобный набор, только ещё огромная катушка кабеля из серии тех, что используют связисты. Тоже, наверное, нужная штука.
Я вновь взмыл над автоколонной, прикидывая, чем вообще могу помочь девчонкам. На всякий случай прошёлся "по головам" водителя и охранника: ага, ребята вполне себе на нашей стороне, хотя мыслишки у них были так себе. Здоровяк думал, зачем он во всё это ввязался, а коротыш-охранник в деталях представлял, как раздевает Нани. Медленно, вдумчиво, с немалыми надеждами на долгое продолжение банкета.
По ушам ему, что ли, съездить? Люди для меня были открыты, воздействие возможно, спасибо уж Доку или моей счастливой звезде - не знаю.
Но не решился. Напугаю, а что он потом устроит, Бог весть. Пусть уж действуют по плану, я ощущал его наличие, а я потом разберусь, кто и зачем будет раздевать Нани.
Поднялся ещё выше и заметил микроавтобус, чёрный, наглухо затонированный вопреки всем требованиям ГАИ, который стремительно нагонял колонну. Не удержался заглянуть внутрь: так это же господа офицеры возвращались на базу, радуясь хорошему улову! Боярский сидел за рулём, что-то насвистывая, подполковник развалился на пассажирском сидении рядом. Позади них, в просторном салоне, лежали в ряд пятеро без сознания. Попискивание мониторов пульса и давления, зелёные линии на небольшом экране. Знакомая тема, знакомая... Вот таким бревном меня сюда и привезли.
- Как они там? - не оборачиваясь, спросил Горбунов.
- Полный порядок! - Рядом с обездвиженными будущими операторами или - если не повезёт - "батарейками" сидел немолодой дядька в белом халате. Ясно, врачебный контроль.
- Приехали, считай. Сейчас Доку сдадим добычу и до вечера свободен, лепила. Там в аппаратной сами справятся.
Медик кивнул, поглядывая на лежащих.
Минивэн догнал колонну, почти упёрся в задний бампер второго грузовика и сбросил скорость. Даже если очень захотеть, разъехаться на лесной дороге было невозможно. Только загнать грузовики в кусты, расчищая путь, но, судя по сырой почве и обилию мелких озёр, так можно и без машин остаться. Не вытянешь их потом обратно, несмотря на три ведущие оси у каждой и поднятой почти на полметра над землёй подвеске.
Боярский - больше из озорства - коротко посигналил, на что грузовик откликнулся включением ненадолго "аварийки". Мигнул пару раз обоими стоп-сигналами и габаритами сразу, прости, мол, начальник - никак.
- Жратву тащат?
- Ага. Усиленный режим же, генерал велел запасы делать. Как грохнет по всей земле, не грибами-ягодами же питаться!
- Что-то ты, Валентиныч, развеселился. Веди аккуратнее: врежешься, из своих за ремонт заплатишь.
Майор поджал губы и немного отпустил вперёд грузовик: и правда, вплотную прижался же. Так и до аварии недалеко. Мне их появление было совершенно ни к чему. Да и Нани с командой изрядно удивится, увидев ещё одну машину - вдруг это собьёт все их планы. Я не отказал себе в удовольствии немного покопаться у Горбунова в мыслях, занятие было непривычным, приходилось продираться сквозь череду образов, отрывков слов, даже запахов и воспоминаний. Каша. Не позавидуешь телепатам, если они на самом деле существуют вне ментакля, читать чужие бредни - то ещё удовольствие.
К тому же, ничего нового я не узнал.
Ну да, план Центра я теперь представлял в подробностях, но он мне и ни к чему. Ознакомился с обрывком десятка секретных инструкций, удивился, но принял к сведению, что есть система самоликвидации, знал теперь местонахождение постов, открытых и тайных, схему расстановки камер, то, что у подполковника побаливает зуб, гневные - молнией - мысли о бывшей жене и тёплые, как набегающая морская волна, переживания о дочке. Человек как человек, у нас всех примерно это намешано.
Флешка. Вот это слово Горбунова дёрнуло изнутри как током, он даже схватился за верхний карман пиджака, сжал пальцы, отпустил и расслабился. Интересно... А, так это просто ключ к его биткойн-кошельку! Всё его состояние, не такое уж маленькое, кстати. Даже если он честно поделится со всеми, начиная с генерала, на долю самого подполковника останется весьма немало.
Только делиться он и не собирался, насколько я видел его мысли. Зато выловил из памяти Горбунова номер кошелька и ключ: вот силён мужик, я цепочки цифр в жизни заучить бы не смог. Но теперь я их знал не хуже самого владельца.
- Приехали, Иваныч, - сказал Боярский. - Сперва колонну запустят, иначе не разъедемся. Эх, не повезло же одновременно прибыть, теперь минут пятнадцать ждать.
Он выключил двигатель и откинулся на спинку сидения.
Горбунов недовольно хмыкнул, но дальнейший их разговор я не слышал, хватало и других забот. По идее, при достаточном количестве сил и склонности к раздвоению личности, я бы мог быть одновременно в нескольких местах. Мысленно, конечно.
