Много ли, мало прошло времени в таких раздумьях – Фелисити не знала.
Луна уже высоко плыла над верхушками деревьев, заливая все вокруг мертвенным светом, а капитана все не было.
– Как вы думаете, где он? – послышался взволнованный голос с носа лодки.
– Не знаю, Эзра. Но я уверена, что капитан скоро вернется.
– Плохо это, – продолжал мальчишеский тенорок, – слишком давно он ушел.
– Капитан знает, что делает, – попыталась успокоить себя и детей Фелисити. – И я уверена – с ним все хорошо.
Сисси закашлялась, и девушка снова засомневалась в справедливости своих слов. Она напоила больную, тут же снова заснувшую, а потом принялась тихонько играть с лежащей на дне маленькой Люси.
– Почему бы тебе не отдохнуть, Эзра? А на твой пост встала бы пока я.
– Простите, мисс Фелисити, но капитан приказал мне охранять вас всех.
– Это, разумеется, замечательно, но ты всего лишь мальчик, и я сама могла бы…
– И все же, мисс Фелисити, я своей вахты вам не уступлю.
– Хорошо, Эзра. – Она будет нести свою вахту.
Фелисити откинулась на бот шлюпа, ласково и умиротворенно покачивающегося на темной воде, и все ее чувства напряглись, улавливая в окружающем мире тысячи незнакомых звуков и запахов. Порой ее приводило в трепет неожиданное ворчание аллигатора, но, в основном, ночные звуки были ласковыми и даже приятными для слуха.
Все успокаивало душу: и плеск воды, и шорох камыша, и шуршание сосновых иголок, и даже неумолчный звон ночных насекомых, если позабыть об их укусах. То тут то там раздавался ухающий призывный крик совы.
А запахи! От нечего делать Фелисити попробовала различить окружающие ее запахи. Запах грязи был ей уже знаком; поначалу соленый, терпкий, он не давал покоя, и до самого Чарлстона, где и вовсе было нечем дышать, Фелисити прижимала к носу надушенный носовой платок. Но теперь… Что уж говорить теперь!
Вместе с ароматами жасмина, магнолии, индейской розы и нежной ноты испанского мха острый запах грязи создавал неповторимый тонкий букет, который навсегда станет ассоциироваться у Фелисити с этими проклятыми местами.
Слишком взвинченная для того, чтобы заснуть, девушка, тем не менее, задремала под журчание отлива, пока вынырнувший прямо у борта Дивон не нарушил ее тревожного забытья.
– Где же вы были столько времени?! – немедленно потребовала она ответа, но голоса не повысила и, не удержав руки, дотронулась до его мокрой небритой щеки.
– И все-таки вы все меня пропустили! – Губы капитана были солены, когда он, раскачивая лодку, крепко и весело поцеловал смущенную Фелисити.
– Вовсе нет! – сказала девушка, но Дивон, не обращая внимания на эту ложь, уже поднимал якорь. Фелисити была вся мокрая от его поспешного объятия и хотела было сделать за это неосторожному капитану выговор, но вдруг заметила, что движения его как-то непривычно поспешны.
– Что-нибудь случилось?.. За вами погоня? – Она внезапно представила себе их маленькую компанию, сражающуюся не на жизнь, а на смерть с целой армией янки.
– Они меня не видели, – неохотно ответил капитан, забирая у Эзры револьвер и затыкая его за ремень на поясе.
Шлюп быстро выходил на середину бухты, и развернутый парус, наполненный свежим ветром, явственно белел в мутноватом свете луны.
– Вы не боитесь, что они увидят нас?
Дивон убрал с лица мокрые волосы.
– Я проверил их дозоры, все они находятся ниже по течению. Впрочем, теперь это все равно. Мы должны добраться до Форт-Ламара.
– До Форт-Ламара? Но я думала, мы направляемся в Чарлстон?
– Мне удалось подобраться так близко, что я слышал, как разговаривают офицеры…
– Боже правый! Да ведь они убили бы вас, если б заметили!
– Почему это, мисс Уэнтворт, ваш голос звучит так, словно бы вы и дня не прожили, если бы они сделали это?
Фелисити напряглась, даже в темноте ощутив проклятую дьявольскую ухмылку. Нет, она не даст этому наглецу понять, что пережила из-за него еще час назад; в лучшем случае он лишь посмеется над нею.
– Я просто очень переживала за детей. Что с ними стало бы, попадись вы!
– Значит, только за детей?
– Ну… и за себя, конечно.
Дивон громко расхохотался, не считаясь с обстоятельствами, а Фелисити постаралась скрыть свои чувства, поправляя сбившуюся простыню под головой Сисси. Однако следующие слова капитана вынудили ее снова обернуться, и обернуться в панике.
– Утром они собираются атаковать этот форт.
– Вы уверены? – девушка схватилась за голову. – Конечно, уверены, раз вы слышали это собственными ушами! – Пальцы ее дрожали. – И что же вы намерены предпринять?
– Предупредить наших, – был ответ.
Было уже около одиннадцати вечера, когда путешественники причалили в Секессионвиль. Дивон на руках вынес Фелисити и детей из лодки на берег, где девушка расстелила для больной одеяло, чтобы немного перевести дух перед походом к форту.
Здесь в полях между Секессионвилем и фортом лагерем стояли войска, защищающие город. Капитан немедленно остановил первого попавшегося офицера, оказавшегося чистеньким, хорошо выбритым мальчиком из Атланты.
– Не уверен, что нам стоит врываться к полковнику Ламару прямо сейчас, – забубнил тот, когда они подошли к форту, построенному в виде буквы М.
– Поверьте мне, он будет только рад этому.
Форт смутно темнел на равнине своими коричнево-желтыми от грязи стенами, окруженными брустверами, и Дивон порадовался, что на каждом из них виднеется пушка. Еще больше вдохновило его обнаруженное в самом форте несметное количество минометов.
Полковник Ламар, по фамилии которого и был назван форт, сидел у себя в штабе, наслаждаясь коньяком и сигарой, когда в дверь вежливо постучали.
– Войдите!
Услышав спокойный голос полковника, лейтенант кинул на Дивона взгляд, обещавший, что, может быть, все и обойдется.
– Со мной штатский, сэр, который утверждает, что имеет важные сведения о противнике.
– Пусть зайдет, лейтенант. – Полковник сделал последнюю затяжку, скривил губы и одернул мундир.
– Полковник Ламар! – войдя в штаб, капитан приступил прямо к делу. – Сегодня я поднимался вверх по Фолли-ривер и по проливу Лонг-Айленд, где собственными глазами видел скопление военных сил северян.
Ламар расправил усы.
– Сомнительные новости. Враг, как известно, окопался на южной оконечности острова. – Он чуть помедлил. – Как ваше имя, сэр?
– Блэкстоун. Капитан Дивон Блэкстоун.
– Слыхал о ваших подвигах, капитан, но сейчас, пожалуй…
– Если вы не выслушаете меня, полковник, произойдет катастрофа. Янки уже не сидят в окопах, они двигаются сюда скорым маршем и будут здесь еще до рассвета. В данный момент они стоят бивуаком в каких-нибудь пяти милях отсюда, планируя начать атаку с восходом солнца.
