Некоторое время Логан только сидел, отдуваясь, дожидаясь, пока утихнет боль и прояснится сознание. Лучи фонариков все еще шарили по обломкам воздуховода, но он, должно быть, попал в какой-то тупик, стены которого защищали его от света.
Наверху о чем-то шепотом посовещались, и один из тройки – в луче фонарика блеснули стекла очков – начал осторожно заползать в поврежденный воздуховод. Труба прогнулась. Он замер, распростершись так, чтобы по возможности распределить вес по большей площади. Труба недовольно заскрипела и застонала, но смельчак все же добрался до нижнего края и, свесившись, приготовился спрыгнуть.
Логан понял, что пора убираться. Стараясь не шуметь и опираясь на кирпичную кладку, он поднялся и выпрямился. В голове зашумело, мир качнулся, и ему пришлось прислониться к стене.
Немного погодя головокружение прошло и боль стихла. Включить фонарик – если, конечно, тот не разбился при падении – он не решился, но сориентироваться помог слабый отсвет фонарика второго из преследователей, который помогал спуститься первому.
Место, где оказался Логан, напоминало катакомбы: стены старой каменной кладки; низкие потолки с арками в романском стиле; основательные соломоновы колонны с витым узором, характерные для всего особняка. Повсюду висела паутина, в темноте попискивали невидимые насекомые. Тяжелый, спертый воздух отдавал плесенью. Выглядело все так, словно нога человека не ступала здесь по крайней мере лет сто.
Слабый плеск воды – первый из преследователей наконец спустился. Пока он подсказывал что-то второму, Логан двинулся дальше, касаясь пальцами сырого камня.
Отражения фонариков в холодной воде понемногу меркли, но энигматолог уже успел заметить, что нижний подвал ведет в лабиринт тесных помещений. Впереди и справа зияла черная дыра, дышавшая мертвенностью склепа, но тем не менее именно к ней за сомнительной защитой направился, оберегая правую ногу и ведя рукой по стене, Логан.
Снова плеснула вода – к первому преследователю присоединился второй. Стоило поторапливаться. Логан прибавил шагу, нырнул под арку, повернул за угол и шагнул в беспроглядную тьму. Вот теперь можно попробовать воспользоваться фонариком. Он скрестил пальцы и нажал на кнопку, прикрыв луч ладонью.
Ничего.
Логан тихонько выругался и яростно потряс фонарик. Тот испустил немощный луч, высветивший раздваивающийся впереди туннель.
Голоса позади стали громче. Логан огляделся, откладывая в памяти картину, выключил свет и, прихрамывая, побрел в темноту. Шаг, другой, третий… Нога зацепилась за что-то, и он тяжело, всем весом, бухнулся в воду.
В следующую секунду Логан, не слушая яростных протестов ушибленного колена, был уже на ногах. Преследователи кричали, лучи метались по каменной кладке, брызги разлетались в стороны. И он рванул вперед – уже не скрываясь, не маскируясь. Вытянув вперед руку, щелкая через каждые несколько секунд фонариком, чтобы успеть сориентироваться, Логан то бежал, то брел по запутанному лабиринту коридоров, клетей и погребов. Преследователи, похоже, разделились, но теперь, убедившись, что жертва здесь, переговаривались открыто: плеск… вспышка… глухие вздохи выстрелов и шумный рикошет. Стреляли наугад, вслепую, однако пули с визгом проносились в пугающей близости.
Внезапно резкая боль обожгла ногу над поврежденным коленом. Логан инстинктивно охнул и подался в сторону, чтобы не попасть под следующие пули. Укрывшись в темноте, он ждал, жадно хватая воздух, прислушиваясь к голосам, которые сделались сначала громче, а потом затихли – очевидно, преследователи удалялись в другом направлении. И снова тишина. Какое-то время казалось, что они все же потеряли его в этой подвальной неразберихе.
Потеряли, успев, однако, подстрелить.
Логан посветил на рану. Пуля лишь зацепила внешнюю сторону бедра, прошив брючину, которая постепенно напитывалась кровью, сочащейся из глубокой царапины. Опасаться того, что преследователи заметят на черной воде кровавый след, не приходилось, но кровотечение следовало так или иначе остановить, пока еще есть силы. Ученый снял пиджак, оторвал рукав хлопчатобумажной рубашки, перевязал рану и крепко затянул узел. Потом надел пиджак и побрел дальше, уже медленнее, чем раньше, из-за дважды пострадавшей ноги.
Через какое-то время Логан наткнулся на бывший винный подвал. По обе стороны поднимались стеллажи из потемневшего от времени дерева. Все пустые. Густая паутина свисала с них гирляндами, похожими на веревочные.
За винным погребом начинался каменный переход с зияющими пустотой помещениями по обе стороны; судя по расположению полок, они использовались когда-то в качестве кладовых для продуктов. В конце перехода, за низкой аркой, обнаружилась комната, такая большая, что луч фонарика не достигал дальней стены. В самом начале истории особняка здесь определенно помещалась кухня: вдоль одной стены – плиты, у другой – огромный камин с чугунным горшком, висящим над треножником на ржавой цепи.
Логан на секунду замер, вслушиваясь в тишину. Но ни плеска воды, ни голосов позади себя не услышал.
Морщась от боли, он побрел через комнату. Вода здесь доходила ему до щиколотки. В центре стоял большой дубовый стол с оставленными на нем давным-давно кухонными принадлежностями: увесистыми секачами, молотками для отбивания мяса, разносортными деревянными ложками. Логан выбрал из представленного ассортимента филейный нож, осторожно сунул его за пояс брюк и двинулся дальше.
Вот наконец и дальняя стена. Он надеялся найти коридор или даже лестницу, которая вывела бы его на подвальный уровень, но не обнаружил ничего, кроме вделанного в стену необычного на вид металлического буфета. Логан медленно повернулся, посветил во все стороны фонариком, но убедился лишь в том, что выйти из комнаты можно лишь тем же путем, которым он только что вошел. Оптимизма это открытие не добавило.
Завершая обход, энигматолог снова высветил встроенный в стену буфет. Присмотревшись внимательнее, он пришел к выводу, что никогда в жизни не видел похожего буфета. Логан взялся за ручку, потянул на себя и вдруг понял, что перед ним кухонный лифт.
Он посветил внутрь – в обложенной кирпичом шахте, как в дымоходе огромного камина, висел деревянный каркас размером примерно три на четыре фута. На полу, покрытом толстым слоем пыли, лежало несколько пустых тарелок. Логан собрал их и опустил под воду.
Перед лифтом, между его деревянной рамой и кирпичной стеной, висела толстая веревка. Логан взял ее одной рукой и потянул.
Ничего.
Он зажал фонарик между зубами, ухватился за веревку обеими руками и потянул сильнее. Деревянная тележка дрогнула и чуточку поднялась.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
