Читаем без скачивания Две половинки райского яблока - Инна Бачинская

– Кто это? – спрашивает Володя Маркелов, рассматривая картину.

– Никто точно не знает, какой-то странствующий фокусник, – отвечает господин Романо.

– А тайна в чем? – спрашивает Володя.

– Тайна в девушке с красным шарфом… или бантом, – объясняет Флеминг. – Если о фокуснике хоть что-то известно, то о девушке – ничего. В том, как расположены персонажи, тоже странность, и лица темные… Муж Марины, Николо, объяснял нам, что здесь все не так с точки зрения композиции. Что это за девушка, откуда взялась, кем приходилась «индусу», что с ней случилось – тоже непонятно. О ней нигде ни слова.

– Ага, – пробормотал Володя, приподнимая край картины так, чтобы на нее падал свет из окна. – Действительно, лицо какое-то темное, не прописано как следует.

– Равно как и «индуса», – заметил Флеминг.

– Э, нет, – не согласился Володя. – Лицо «индуса» вполне отчетливо. Там, где нет бороды, – полоска лба, скулы, очень светлые белки глаз. А девушка в тени, и лицо совсем неясное… Почему? – Он, нахмурясь от усердия, рассматривал картину. – Вот смотрите, – он ткнул пальцем, – здесь, несмотря на тень, отчетливо виден красный бант, колье с камешками, золотая или серебряная цепочка. Лицо должно быть светлым, а тут только белки глаз чуть светлее. У «индуса» – понятно, лицо закрыто бородой. А у девушки чем закрыто?

Господин Романо и Флеминг переглянулись.

– Чадрой? – предположил господин Романо. – Интересная мысль!

– Да нет же! – нетерпеливо воскликнул Володя. – Это не чадра! Смотрите – колье, бант, цепочка… Ничего не напоминает? Странствующий фокусник…

– Ничего!

– Да не девушка это вовсе! – воскликнул Володя. – Неужели непонятно?

– А кто? – спросил озадаченный господин Романо. – Если не девушка…

– Обезьяна! – хлопнул себя по лбу Флеминг. – Ну конечно! Бродяга-фокусник с обезьяной… ошейник, цепочка, бант… Это же очевидно! Инерция мышления, как же мы не догадались! И лицо темное, потому что покрыто шерстью.

– Обезьяна? – повторил господин Романо. – Не может быть… а как же девушка?

– Девушки не было, Джузеппе. Была обезьяна. Художник, изобразивший ее по описанию заказчика, никогда в жизни такого зверя не видел. Потому и спрятал за спиной «индуса». Вот и получилась девушка. Вернее, мы приняли ее за девушку, что было естественно при наличии дамской атрибутики, так сказать.

– Жаль! – вырвалось у разочарованного господина Романо. – Такая была красивая тайна. Жаль. Тебе не кажется, Грэдди, что не все тайны следует раскрывать? Что тайны сами по себе интереснее истины?

– Ничего, Джузеппе, – успокоил его Флеминг. – В мире осталось еще много тайн, которые никто никогда не раскроет. Молодец, Володя! А вот, например, еще одна тайна… – начал он, но в этот самый момент Гайко пихнул его локтем под ребра. Флеминг запнулся и удивленно воззрился на приятеля. – Что?

– Смотри! – Гайко кивнул на что-то за окном.

– Где? – снова не понял Флеминг.

– Да вон же! У входа, на ступеньках!

На ступеньках вокзала, оглядываясь по сторонам, стояла переводчица Наташа с большой черной сумкой в руке. Флеминг вдруг сорвался с места и стремительно выскочил из купе. Причем едва не упал по дороге, споткнувшись о длинные ноги Гайко, которые тот не успел убрать под сиденье.

Все трое наблюдали, как он, лавируя, мчится против потока пассажиров, спешащих к поезду. Господин Романо, не ожидавший подобной прыти от своего обычно сдержанного секретаря, открыл было рот, собираясь отпустить ироническое замечание, но усилием воли сдержался. Молчание нарушил Володя.

– Это же Наташа! – воскликнул он. – Я хотел ей позвонить, но не успел.

– Вы знакомы с Наташей? – удивился господин Романо.

– Знакомы… А разве Грэдди не рассказывал?

– Грэдди? О чем?

– Ну, он попросил меня… типа познакомиться с ней. – Тут Володя слегка смутился.

– Зачем? – удивился господин Романо.

– Ну, типа… закинуть ее пост в инет, насчет работы…

– И как же вы познакомились с ней? На улице?

– Нет, – окончательно смутился Володя. – Я соврал, что я ее сосед.

– Гайко! – господин Романо взглянул на своего шофера и телохранителя.

Тот только пожал плечами в ответ.

– Позвольте, а разве не Наташа познакомила вас с Флемингом? – спросил господин Романо. – Я думал, что именно Наташа…

– Нет… скорее наоборот. То есть… да, Наташа, конечно, но уже потом, а сначала Флеминг попросил меня познакомиться с ней типа случайно, а потом попросил ее найти кого-нибудь вместо Гайко, то есть меня.

– Но зачем такие сложности? – продолжал недоумевать господин Романо.

– Да я и сам не очень просекаю, – признался Володя. – Может, чтобы она не узнала, что он видел ее раньше, еще в банке. Не знаю!

– А откуда Флеминг знает вас?

– Я работал на одну английскую фирму у нас в городе. От них он и узнал.

– Права была Аррьета, – вздохнул господин Романо. – Законченный интриган ваш Флеминг!

Меж тем законченный итриган Флеминг добрался, наконец, до Наташи.

– Привет, – сказал он. – Я уже думал, вы не придете. Красивая сумка.

– Это мое новое платье, – вспыхнула Наташа. – Называется «Монмартр». Я не опоздала? Я страшно спешила… Господин Романо сказал, что я могу… то есть пригласил… и вот! Я никогда не была в Индии! Я нигде еще не была… – Она говорила немного сбивчиво, напряженно вглядываясь в лицо Флеминга.

Пожалуй, в первый раз в жизни Флеминг не знал, что сказать…

Они стояли и смотрели друг на друга. Их толкали недовольные запыхавшиеся люди с чемоданами и сумками, отпуская колкие замечания, вроде «стоят тут столбом… на дороге» и «путаются под ногами», а они все стояли…

– Ну, чего же они! – волновался за окном купе господин Романо. – Поезд уже отходит!

– А что, Наташа тоже с нами? – спросил Володя.

– Я знал! – немного невпопад ответил ему господин Романо. – Я чувствовал… с самого начала! – Он взглянул на Гайко. Тот в ответ, как обычно, лишь пожал плечами. – Володя, вот вам, кстати, еще одна загадка – зачем пришла Наташа? – Взволнованный господин Романо повернулся к программисту. – Попрощаться? Или… с нами?

Молодой человек задумался, глядя на все еще стоявших на ступеньках Наташу и Флеминга.

– Гайко!

– С нами, – Гайко снова пожал плечами. – Наверное…

– Я даже не успела собраться, – взволнованно говорила меж тем Наташа Флемингу. – И забыла зубную щетку… Я так боялась опоздать!

– У меня есть запасная, – успокоил девушку Флеминг, с трудом отрываясь от ее глаз, так и не решив окончательно, какого же они цвета, серого или синего – вопрос, занимавший его мысли с тех самых пор, как он увидел ее впервые в Банковском союзе. Старинные вокзальные часы показывали почти восемь, большая стрелка рывками приближалась к двенадцати. – Главное, вы не забыли новое платье! Побежали? – Он протянул ей руку.

Спустя минуту поезд дрогнул, проводники заскочили в вагоны, закричали, прощаясь, провожающие и замахали руками. Те, кто уезжал, прилипли к окнам. Блестящий поезд, похожий на праздничного китайского дракона, плавно набирал скорость, деловито лязгал железом и свистел…

Флеминг и Наташа застряли в тамбуре, где толпились шумные пассажиры, бросающие последний взгляд на родных и друзей. Они кричали, смеялись, прощаясь, и выкрикивали слова, которые не успели сказать на земле. Поезд чуть качнуло. Наташа налетела на Флеминга, и он обнял ее, оберегая.

Поезд набирал ход, пассажиры разошлись по своим местам, и они остались одни. «Наташа, – произнес Флеминг. – Наташа…» Казалось, он не знал, что нужно сказать… И это было удивительно, так как Грэдди всегда знал, что нужно сказать.

Наташа вдруг всхлипнула… Она стояла в кольце его рук и плакала. Волнения последних дней, неуверенность, спешка, опасения теперь выливались слезами. Флеминг приподнял ее подбородок, заглянул в заплаканные глаза.

– Наташа! – воскликнул он вдруг. – Они же у вас синие!

Ну вот, собственно, и все. Такая вот история под Хеллоуин приключилась…

– Э, стоп, стоп, стоп! А Галерейный Призрак? – спросит читатель.

Ах да, Галерейный Призрак… Кто такой Галерейный Призрак? Зачем он следовал за господином Романо? Зачем грабил его друзей и знакомых, а также незнакомых арабских шейхов? Почему вдруг раскаялся и, можно сказать, встал на путь исправления? И еще много всяких других, не менее важных, вопросов…

Конечно, читатель вправе требовать, автор понимает. Но… тут такое дело… если честно… Короче говоря, если честно, автору и самому это доподлинно неизвестно. В жизни полно тайн – намного больше, чем принято думать. На данный момент это тайна. А в будущем… поживем – увидим.

Вполне вероятно, Галерейный Призрак последует за господином Романо в Грецию или даже в Индию. С него станется! И в Индии, где-нибудь в глубине джунглей, где лучше держаться всем вместе, это существо, напуганное мрачной природой и рычащими дикими зверями, а также королевскими кобрами, наконец, выйдет из зарослей и скажет: