Сидевший слева от меня мужик пристально разглядывал стекла очков, будто то, что он видел и слышал, объяснялось каким-то их трудноразличимым дефектом. При этом он временами потирал глаза, словно пытался не дать себе заснуть.
— …Таких проповедников в те времена было множество. Например, всем известный суровый аскет — пророк Иоанн — «предтеча» Христа, погибший в застенках ещё до Иисуса. Именно Иоанн «изобрел» крещение. До сих пор существует религиозная группа мандеев — последователей Иоанна (не путать с иоаннитами — иерусалимским орденом святого Иоанна — будущими мальтийскими рыцарями). Мандеи почитают Иоанна последним истинным пророком, а Иисуса Христа и Мухаммеда — лжепророками.
Размер групп, скорее всего, варьировал от двух до пяти человек. Кто-то пришел один, кто-то с коллегами по работе, с друзьями, но, по моим ощущениям, основную массу слушателей составляли не команды, а всё-таки одиночки.
— …Вернемся назад в древнюю Палестину, — продолжал лектор. — В шестьдесят шестом нашей эры году началась страшнейшая Иудейская Война, и еврейский народ понес сокрушительное поражение. Был разрушен как сам Иерусалим, так и Иерусалимский храм — главная святыня еврейского народа. Сам народ частично уничтожен, частично рассеян, частично обращен в рабство, а та часть, что осталась на родине оказалась ввергнута в унижение и нищету. Вывезенные в Римскую империю иудейские пленники и вольноотпущенники фактически стали первой крупной волной еврейской миграции, положившей начало формированию «диаспоры» за пределами Иудеи. Тут в очередной раз вспомнилась старая идея о мессии. Спасителе. Который восстановит Израиль и спасет еврейский народ. Только идея была переосмыслена и переработана, стали говорить, что свободу и спасение нужно искать на небе, а не на земле. Стали говорить, что спаситель уже приходил, но евреи не приняли его, отвергли, за что и пострадали. А спасал Он не Израиль, а вообще всех угнетенных. Вспомнилась полузабытая история о погибшем на кресте бродячем проповеднике — сыне плотника. Придумали продолжение о том, как Иисус ожил и явился ученикам. Появились разнообразные легенды о чудесах, совершенных Иисусом. Сложились революционные, для того времени, философские взгляды…
Постепенно, зал начал уставать. Настроение у слушателей стало какое-то невнятное, рассеянное. Сидевшая рядом молодая женщина вдруг тихо пробормотала: «Зачем он навязывает нам всё это? Для чего?» Здравый смысл подсказывал: обязателен перерыв каждые полчаса. Пусть всего на пять минут, но объявлять его надо неукоснительно. Видимо лектор не знал этих базовых рекомендаций:
— …Благодаря мощной миссионерской деятельности первых энтузиастов, — витийствовал докладчик, — молодое учение набирало силу. Возникшая как иудейская секта, христианская религия быстро завоевала последователей и укрепилась в Римской империи. Потом она стала государственной, но это уже совсем другая история. Собственно говоря, любая религия призвана решать только три задачи. Первая: примирить сознание человека с неизбежностью своего физического исчезновения. Вторая: установить и авторитетно закрепить морально-нравственные системы ценностей, запретов и табу, без которых любое общество саморазрушается и гибнет. И, наконец, третья: сделать попытку объяснить природные явления и построить модель возникновения и развития окружающего мира, удовлетворив природное любопытство человека. Всё остальное — просто следствия из этих трех направлений. Первую трудность в состоянии преодолеть любое достаточно сильное человеческое сознание. Вторую задачу в современном обществе пытается решить законодательная база и правоохранительная система. А с третьей прекрасно справляется наука. В результате я не вижу места для религии в своем понимании этого мира. Спасибо, благодарю за внимание. Теперь — вопросы.
Стоило только прозвучать заключительным словам, как настроение в зале резко изменилось. Стало шумно, все как-то зашевелились, начали шелестеть и громко разговаривать между собой. Тут поднялся рыхлый молодой человек лет двадцати, который давно уже нервно ёрзал на своем месте, будто хотел в туалет:
— Извините, уважаемый, но первая и третья задачи вообще ни о чём, — неожиданно высоким голосом произнес полноватый слушатель.
— У вас вопрос? — вежливо спросил лектор. — Я как-то не уловил сути вашего вопроса.
— Вопрос. Вы, видимо, мало знаете о религии как о сфере общественного сознания?
— Я, видите ли, не философ, вступать в такие тяжкие дискуссии не способен. А поскольку проверить справедливость теории общественного сознания (не путать с психологией толпы!), скорее всего, будет нельзя в обозримом будущем в силу технических и этических ограничений, то можно сомневаться, заслуживает ли данная теория статуса научной, поскольку не является фальсифицируемой в попперовском смысле этого термина. Видимо марксистская философия, которая, как известно, давно устарела, превалирует в вашем миропонимании…
— Нифига о христианстве не знаете, а поучающим тоном читаете лекции о том, как надо относиться к христианскому же Патриарху, — нервный молодой человек явно ничего не понял, а поэтому потерял терпение. — Вы Евангелие сначала бы прочли, а потом уж заворачивали.
— Читал, читал, не беспокойтесь, — махнул рукой докладчик. — И все Евангелия, и Ветхий Завет, и Деяния, и Откровение. Послания тоже читал. И дошедшие до нас апокрифы. А вам рекомендую Синодальный перевод, если что. Я даже защитил диссертацию по теме — «Апокрифические евангелия, как культурно-исторический феномен». Про «нифига» это вы немного поторопились, уважаемый. Да и вообще — нельзя же серьёзно воспринимать то, что говорят на этом семинаре? А как вы должны к кому-то там относиться, мне вообще-то глубоко безразлично. Относитесь хоть к Патриарху, хоть к Папе Римскому, хоть к Далай-ламе, как вам будет угодно. Мне-то что?
«Всё-таки семинар? — подумал я. — Вроде бы вначале речь шла о свободной лекции?»
— А, то есть всё, что вы тут нам говорили, это по-приколу?
— Слава создателю! — обрадовался докладчик. — Дошло наконец! Тут всё «по-приколу», если вам так хочется. Это вообще очень прикольный семинар, не находите?
— Ну, просто тон вашего выступления не содержит и намека на стеб или юмор... — смущенно возмутился толстый парень.
Потом были ещё какие-то невнятные вопросы и возражения, но я только ждал, когда можно будет улучить момент и спокойно подойти к лектору.
— Извините, Василий Захарович, — сказал я, когда докладчик уже сходил со сцены. Вопреки моим подозрениям, на ногах у него оказались элегантные модные туфли, абсолютно, на мой взгляд, не сочетаемые с такими джинсами. — У меня частный вопрос. Я нашел вас в Интернете, и там вас рекомендуют как известного специалиста по символам.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
